— Не совершишь, — усмехнулся мой наставник. — Если что, тебе предложили этот груз, потому что у нас лимит багажа больше — мы же «в свите» Игнис, а ей выделили, как для стихийников. Но при этом ты всего лишь маг Жизни, то есть на предложение подзаработать гарантированно не оскорбишься. Предлагать такое стихийнице — не по чину. Так-то этим служащим, насколько я понимаю, положено такие посылки самостоятельно через портал двигать в день открытия, лишнего служащего гонять туда-сюда, на это выделены фонды. Они, видно, часть таких фондов прикарманить хотят. Взаимовыгодная схема, мелкое мошенничество. Не хочешь, не участвуй, хочешь — пробуй.

Я вспомнил истории о закладках в багаж туристов и головой помотал.

— Нет уж. Мало ли, что они туда подсунули?

— Зачем им? — очень удивился Элсин. — А даже если и подсунули, ну и что? — потом пожал плечами. — Тебе виднее, конечно.

Короче, служащему я отказал. Он не обиделся, кивнул, и вскоре я увидел, как с этим ящиком в очереди стоит уже другой служка, тоже в серой одежде, но уже не балахоне, а штанах и кафтане — полевая форма такая. В общем, сорвал кому-то мелкий гешефт.

Почти точно в назначенный час к порталу явился сам достопочтенный мэтр Хендель Хорн. Помню, первый раз, когда я услышал это имя, захотелось переиначить его в Кренделя Рога или Хенде Хоха, не решил даже, как кринжовее. Однако при первом взгляде стало ясно, что с этим мужиком лучше не шутить — Ройга права.

К порталу явился… ну, молодой парень, да, это было ожидаемо. То, что он был одет в пафосную красную накидку с рукавами, расшитую золотой канителью, и алый камзол с золотыми вставками, тоже было ожидаемо. Но при этом более разбойничьей рожи я, кажется, в этом мире не видал — даже у настоящих разбойников, сиречь, каторжников! Горбатый нос, жесткие, будто рубленые черты, высокомерный и одновременно холодный взгляд — только таблички «злодей эталонный, одна штука» не хватало! А у него еще и свита была из реальных головорезов — по крайней мере, на вид. Трое некромантов очень перекаченного вида, трое — похоже, просто люди, но тоже по виду спецназ «альфа» в местном исполнении. У некромантов физиономии просто очень холодные и невыразительные, у живых — еще и тяжко-огрубелые.

Жизнь уже научила меня: иногда внешность людей бывает обманчива. Но — иногда. В девяти случаях из десяти на человеке разве что плакатными буквами не написано, кто он такой и что из себя представляет. Так вот, на Хорне было написано, что дорогу ему лучше не переходить, не позаботившись заранее о карьерном самосвале.

Хорошо, что судьба позволила мне до сих пор с ним не пересекаться!

Он с его свитой занял позиции прямо возле портала и этак закаменел лицом — мол, все здесь ниже меня, я тут царь и бог, но я соблюдаю процедуру. К нему подбежал один из служащих Канцелярии и сказал:

— Время, достопочтенный мэтр!

Хорн вскинул руки — и в арке портала заплясало ало-золотое пламя.

Впервые я видел, как кто-то, кроме меня, кастует огненную магию. И, к сожалению, ничего особенного не ощутил и не увидел. Жест как жест. Я тоже так могу. Да и пламя под аркой я бы тоже зажег. Правда, заставить его заполнить весь объем арки, не «выливаясь» наружу, у меня бы не вышло. Наверное. Во всяком случае, я никогда не пробовал. Потренироваться, что ли?

И вдруг пламя прямо на наших глазах сменило цвет на синий!

«Гори оно все синим пламенем», — вспомнил я расхожее выражение.

— Портал открыт с другой стороны и готов к приему! — возвестил служка. — Прошу уважаемых господ проходить в порядке очередности!

Наша очередь была первой.

Я шагал следом за Элсином, за плечами рюкзак и копье, на боку — сумка со спящими Глинкой и Зурро (я взял обоих сразу, потому что если бы кому из них стало плохо, Элсин ничего не смог бы поделать). В карманах — золото, рядом — верные соратники. Немалое отличие от того, каким я вошел в этот мир — почти голым, одиноким, ничего не понимающим.

Ну что, фронтир, прощай.

* * *

Проход через огонь занимал секунды две — и я вдруг отчетливо понял, зачем нужен дежурный маг Огня! Он обеспечивает проход людей за счет своей «зоны контроля», не давая им сгореть, потому что Огонь в портале пылал самый настоящий, способный за секунду оставить от живого человека, не говоря уже о некроманте, горсточку пепла. Очень странное, давящее чувство получилось, когда чужая «зона контроля» пощекотала мне кожу! Блин, надеюсь, Хорн не заметил?

Вроде нет — по крайней мере, никто нас не окликнул и в портал за нами не скакнул.

— Странное чувство… — прошептала Игнис. — Я думала, проходить через огонь будет страшно. Но после того, что Влад нам в пещерах устроил…

— Ага, — тихонько фыркнул Элсин в ответ. — Волшебные объятия Огня, да. После них уже не так впечатляет.

— Обращайтесь, — в тон ему ответил я.

За аркой оказался длинный мраморный зал, примерно такой же, какой мы только что покинули. Еще один служащий Канцелярии в сером поклонился нам и начал вежливым, но задолбанным тоном аэродромного ассистента объяснять:

— Прошу уважаемых путешественников, следующих с пересадкой, проходить вон туда… Идущие по заявке номер О-5–347. Маг Воздуха, маг Смерти, маг Жизни… ваши документы, пожалуйста…

Наши документы проверили еще раз, после чего вежливой скороговоркой попросили пройти «вон по тому коридору и первый поворот налево». Причем на «повороте налево» тоже дежурил еще один слуга в сером, чтобы мы не свернули не туда — видно, прецеденты случались!

Коридор я толком и не разглядел, кроме того, что он был отделан невыразительным гранитом, и пахло здесь примерно так же, как в покинутом нами здании портала. В целом, полная атмосфера транзитного аэропорта!

Под следующую арку мы прошли, уже слыша, как за нами топают некроманты — им, видать, тоже было не в этот мир.

— Поторопимся, — шепнул нам Элсин, — чтобы с ними не пересечься!

— Да теперь уже все равно, — сказал я, но послушно ускорился.

У второй арки тоже дежурил огненный маг, и тоже со свитой, но всего из двух некромантов. Этот дежурный оказался девушкой — и весьма симпатичной! А кстати, бывают ли некрасивые магички? Среди магов Жизни точно бывают, среди недоумертвленных некромантш тоже… а среди стихийниц? Пока я видел только Игнис, конечно…

Так или иначе, эта девушка была хороша, но при этом казалась совсем юной — в смысле, по-настоящему юной, лет