говорил, я знал по этой серии «Ответный удар» и размышлял, стоит ли все-таки сообщить ментам о том, что через свалку переправляют какой-то ценный металл.

Руслан довёз меня прямо до моих гаражей. Мы выгрузили ворота. И я распрощался с моим отзывчивым попутчиком, который так мне помог. От денег Руслан отказался наотрез, только попросил телефон. Сказал, что Анна очень хотела со мной познакомиться. А я жаждал узнать, откуда она узнала о моем деле.

После ухода Руслана я занялся установкой ворот. Каркас-раму, к которой крепились ворота, распилил посередине, поскольку она оказалась по длине больше, чем проем гаража. Излишек створок тоже пришлось отпилить циркулярной пилой, хорошо, что металл оказался не такой толстый. Петли к раме я мог закрепить болтами, но решил приварить. Пришлось искать дядю Колю, у него имелся сварочный аппарат, который он спёр с какой-то стройки, когда там работал. За обещанную бутылку он согласился соединить сваркой раму, приварить петли, пока я бегал за бутылкой в гастроном. Увидев, что я притащил ему «Столичную», дядя Коля готов был расцеловать меня. Помог мне насадить створки на петли. Потом схватил бутылку и убежал к себе, с таким радостным выражением на физиономии, будто я одарил его куском золота. Передние двери я сделал подъёмными, они опускались и закрывали решётку.

Оглядев свою работу придирчивым взором, подумал, что можно ещё к прутьям приварить листы металла, вставить какой-то серьёзный замок, но пока лишь скрепил створки толстой цепью с увесистым навесным замком.

Закрыв двери гаража, усталый, и довольный, я отправился домой, мечтая о том, как приму душ, и завалюсь спать. По дороге со смехом вспоминал, что в современное время, когда купил иномарку, просто заказал бронированные ворота для гаража. И мне их вмиг поставили, без всяких усилий и поисков на помойке. Хотя, такого удовольствия, как сейчас, я не получил.

Поднялся на свой этаж, вытащил связку ключей из кармана, и вдруг услышал шорох за спиной. Резко обернулся и тут же попал в объятья Марины. У меня ослабели ноги, подкосились. И я едва удержал тело девушки. Она прижалась ко мне так крепко, что в паху вспыхнул невыносимый пожар. Оторвалась, взглянула в лицо с печалью, провела ладонью по моей лысой голове. И вновь прижалась к груди, всхлипнула, словно я вернулся, по крайней мере, с войны.

— Ну, открывай дверь, сиделец, — услышал я весёлый голос Бориса за спиной. — Мы уж заждались тебя. Фу, несёт от тебя, — довольно невежливо фыркнул он. — Ты чего теперь по помойкам промышляешь?

Я с трудом оторвал от себя Марину, открыл дверь. И мы вошли внутрь. Вспыхнул свет, и с каким-то затаённым страхом я представил, что вот сейчас опять вывалятся какие-нибудь нежданные гости. Но в квартире царила тишина.

— Я душ приму и к вам присоединюсь, — сказал я.

Сбросил вонючую, пропахшую отходами человеческой жизнедеятельности, жжёным металлом и гарью, одежду. Долго и тщательно смывал с себя не столько грязь, сколько мерзкий запах, но подумал с досадой, что сделать с первого раза не удастся.

Когда вышел из душа, Боря вовсю хозяйничал на кухне. Что-то напевая себе под нос, жарил яичницу, колбасу, сало на сковородке. Марина сидела за столом, бездумно наблюдая за его действиями.

— Ну, у тебя и жратвы полный холодильник. И где достал только. Ты гостей ждал? — поинтересовался он.

— Это не мои продукты, — ответил я, понимая, что последует недоуменный вопрос Бориса.

— А чьи? У тебя кто живёт что ли?

Я подошёл к окну, чуть приоткрыл фрамугу, боясь, что от меня все равно несёт вонью свалки. Вздохнув, объяснил:

— Боря, ты не представляешь, что произошло. Я возвращаюсь домой, а здесь какие-то люди незнакомые шастают, муж, жена и двое детей. Я обалдел просто. И у них ордер на мою квартиру. Пришлось вызвать ментов. Они разобрались. Что ордер фальшивый. Эта развесёлая семейка решила, что раз здесь зэк жил, то можно жилплощадь занять.

— А, — протянул Борис, переворачивая кусок варёной колбасы на скворчащей маслом сковородке. — Это я слыхал. Вламываются в квартиры к одиноким, которые живут где-нибудь на даче. Иногда и на тот свет отправляют. Но тебе ещё повезло.

— Да уж, Боря, мне так повезло. Просто ни в сказке сказать, ни пером описать. Обвинили в убийстве жены, которую зарезали, пока я был за границей. Бросили в СИЗО, избили там. Я потом две недели в больнице валялся. Везёт мне, как утопленнику. Постоянно.

— Ты Марину-то не пугай, — проворчал Борис. — Она и так извелась. Из-за отца. Потом из-за тебя.

Я бросил взгляд на девушку, у неё вытянулось лицо, кровь отлила от лица, задрожали губы. Я кинулся к ней, присел на корточки, взял ее маленькие захолодевшие ручки в свои, пытаясь согреть, поцеловал, прижался щекой.

— Мариночка, прости, не хотел тебя пугать. Как ты сама?

Она прикрыла глаза, слабо улыбнулась, потом открыла и ответила, вздохнув:

— Я была у врача, Олежек, он сказал, что с моей беременностью все в порядке. Понял, будущий отец? — она шутливо щёлкнула меня по носу. — Готов воспитывать своё потомство?

Душу залила тёплая волна нежности, я не удержался и обнял Марину за талию, положив ей голову на колени. Подняв голову, взглянув в ее лицо, деловито заявил:

— Ну, поскольку я теперь вдовец, осталось тебе развестись с твоим ублюдком-мужем, и мы сможем пожениться. Ну, если ты согласна стать женой голодранца без работы и будущего.

— А разводиться Марине не нужно, — подал голос Борис, устанавливая на столе, на деревянную подставку сковородку с яичницей, невероятно вкусно пахнущую сливочным маслом и жареной колбасой. — Игорёк-то того.

— Игорь стал сильно пить, потом как-то поехал на машине, врезался в дерево, — объяснила Марина. — После его смерти материалы о моем отце ушли в прокуратуру. Из-за этого он под следствием.

Это не удивило меня, я помнил подслушанный разговор Игоря и Мельникова, где Орлов угрожал отцу Марины, что отправит документы об их совместных махинациях куда надо. С одной стороны, со смертью Игоря разрушилась ещё одна преграда между мной и Мариной. Отец ее тоже лишился всего, так что мы сравнялись. Но с другой, я оказался на дне, без работы, без будущего.

Автору будет приятно, если вы оставите отзыв, лайк, награду. Это очень мотивирует писать дальше.

Глава 19

Ультиматум