Печь еще хранила ночное тепло – достаточно, чтобы начать день правильно. Я быстро нарезала лук – мелко, до сладости; высыпала в сковороду с ложкой масла, дождалась, когда он станет золотистым. Разбила яйца, вилкой взбила их с каплей молока, подсолила и вылила на шкворчащий лук.

Пока омлет «схватывал» края, тонко нарезала помидоры на дольки.

В чайнике закипела вода, и я заварила мятный чай.

– Завтрак, – позвала я.

Пол возник на кухне с поразительной скоростью. Будто стоял за дверью и ждал.

Мы сели напротив. Он налил мне чай, я пододвинула ему тарелку с омлетом.

– После завтрака проверю воду на реагенты, – сказал Пол, – на всякий случай.

Я кивнула.

Наш разговор прервал уверенный стук в дверь.

Мы с Полом переглянулись. Я вытерла руки о полотенце и пошла открывать.

На крыльце стояла женщина странного вида. Платье – серое, потертое, на подоле – дорожная пыль; поверх – плащ с чужого плеча. На голове – ало-красная шляпа с перьями, точно такую же я видела несколько недель назад в модной газете. Не шляпа, а хит сезона.

На шее дамы висели бусы натуральных камней и южного жемчуга. Невозможно было понять – нищая она, сумасшедшая или светская дама, сошедшая с пьедестала и застрявшая в кювете.

– Мы ничего не продаем и не покупаем, – сказала я на автомате.

Женщина подняла взгляд. Глаза у нее были светлые, почти прозрачные, настороженные. Она поправила шляпу – перья шевельнулись, словно живые – и спокойно ответила:

– Прекрасно, что вы ничего не продаете, – значит, мне не придется покупать. – Она едва заметно улыбнулась. – Я ищу фамильяра. Для себя.

– Фамильяра? – я приподняла бровь, отступая на полшага.

– Ну да, здесь же приют для фамильяров, верно?

Гостья чуть наклонила голову, изучая меня.

Внутри у меня щелкнуло. Я бросила взгляд вглубь дома, вообще не представляя, что делать дальше.

– Мы так и будем стоять или вы мне покажете своих питомцев?

Я кивнула и отошла в сторону:

– Простите, просто у нас редко бывают гости. Проходите.

Женщина ступила через порог осторожно, как по мостовой после дождя.

– Как вас зовут? – спросила я, когда мы вошли в теплый полумрак прихожей.

– Зовите меня Мадам Руж, – ответила гостья и чуть наклонила алую шляпу. – Остальное – излишества. Я ищу себе компаньона для жизни и путешествий.

– Так вы путешествуете? Странствующая…

Я надеялась, что Мадам Руж пояснит свой род деятельности, но она кивнула и улыбнулась.

– Дама. Странствующая дама.

– То есть вы ищите фамильяра, которому тоже будут нравится путешествия.

– Или домоседа! – отмахнулась Мадам Руж, – Как получится. Как повернется удача.

Я ничего не поняла из ее ответа, но гостья ждала и я решила провести ей экскурсию, рассказав по паре слов про каждого питомца.

По идее – так и работает приют? Приходят люди, их с знакомят с питомцами, наверняка заполняются бумаги, и если все хорошо – фамильяр переходит в хорошие руки.

Мы прошли холл. Я с гордостью показала милаху Пуговку, Марципана, который даже не соизволил открыть глаз, Герольда, который еще не расправился с мясной частью своего рациона, Фалафеля.

И на всех питомцев Мадам Руж реагировала с восторгом, называя из милыми, душевными, идеальными.

У Фиалки она задержалась.

– А вот эта мне подойдет, – произнесла она почти весело. – Поместится в карман. Удобно. И ей явно нужна подруга. Я заберу ее.

Я даже растерялась от такого заявления. По Фиалке совершенно не было понятно, нравится ли ей кто-то или нет. Она меланхолично вздыхала на подушке, болтая лапками. Ее не радовала даже еда, так что видимо решение было за мной.

Кашлянув, я потерла вспотевшие ладони о юбку и сказала:

– Пойдемте в гостиную, пожалуйста. Я принесу вам бланк-анкету и чай.

Я оставила Мадам Руж с чашкой и