кивнул. — Мы точно можем помочь, ага. Мне нужно позвонить им и убедиться, что кто-то есть в лагере, прежде чем подавать план полета.

— Полностью понимаю. Можете передать ему, что хочет заехать друг Утиливу по колледжу.

— Лады. Тогда наберем ему, а? — Джефф поднял трубку настольного телефона и набрал номер по памяти. Через десять секунд на том конце ответили. — Эй, бро, это Джефф. У меня тут «дуб», хочет тебя навестить. Говорит, он друг Утиливу по колледжу, кто бы это, блять, ни был. — Джефф подмигнул Рису, давая понять, что шутит. — Ага, ладно, дай-ка гляну погоду. Скоро увидимся. Привезти чего? Добро.

Джефф повесил трубку и посмотрел на Риса.

— Он сказал везти вас как можно скорее. Я проверю погоду, и посмотрим, как доставить вас туда сегодня.

— Отлично, спасибо, Джефф. Сколько я вам должен?

— Вы, должно быть, хороший друг Рича. Он сказал записать на его счет.

В течение часа они погрузили сумки Риса в маленький грузовичок и выехали за ворота. Джефф переоделся в форму пилота и нес черный портфель с картами, идентичный тем, что используют коммерческие пилоты по всему миру. Им потребовалось три минуты, чтобы заехать на территорию аэропорта, и, к огромному облегчению Риса, Джефф объехал терминал и вырулил прямо на перрон, остановившись рядом с одномоторным турбовинтовым высокопланом. Cessna 208 Caravan могла вместить до девяти пассажиров, но в этом рейсе Джефф и Рис были единственными обитателями.

Рис загрузил сумки, пока Джефф ушел улаживать дела с авиационными властями. В самолете было слишком жарко, поэтому Рис сел на подножку двери и отдыхал в тени крыла. Джефф вернулся через несколько минут и начал предполетный осмотр, велев Рису сесть в правое кресло кабины. Признаков полиции или военных на поле не было, но тем не менее Рис мысленно выдохнул с облегчением, когда они наконец поднялись в воздух.

ГЛАВА 19

Заповедник Ньяса

Мозамбик, Африка

Март

ПОЛЕТ ДО ЛАГЕРЯ занял полтора часа, и все это время Джефф изображал в гарнитуре экскурсовода. Он указывал на реки, города и деревни, проплывающие внизу на зелено-коричневом ландшафте, знакомя Риса с местностью. Последним более-менее крупным населенным пунктом перед лагерем был Монтепуэс, но с воздуха он казался лишь скоплением нескольких зданий. Джефф показал реку, образующую границу охотничьих угодий, когда они пролетали над ней, но до взлетной полосы оставалось еще десять минут лёта. Он определенно выбрал одно из самых глухих мест на планете, чтобы здесь умереть.

Рис заметил белый пикап, припаркованный вдоль красной грунтовой полосы, над которой Джефф сделал круг, чтобы зайти на посадку против ветра. Пилот выпустил закрылки и убрал газ, направляя «Сессну» по глиссаде к земле. Самолет мягко коснулся грунта и, подпрыгивая, покатился по полосе, пока не замер перед машиной. Через лобовое стекло Рис сразу узнал человека, стоящего у белого «Ленд Крузера»: Рич Гастингс, дядя Рэйфа и владелец «РХ Сафарис».

Он заметно постарел с тех пор, как Рис видел его в последний раз; трудно было поверить, что с того лета в Зимбабве прошло почти двадцать лет. Его короткие волосы стали совершенно белыми, резко контрастируя с глубоким загаром. Ростом он был выше шести футов, с поджарым телосложением стайера; на мускулистых предплечьях под закатанными рукавами накрахмаленной зеленой рубашки в стиле сафари выступали вздутые вены. Одет он был в короткие шорты и сандалии на босу ногу. Увидев, что Рис выходит из кабины самолета, он широко улыбнулся и шагнул навстречу.

— Джеймс, рад тебя видеть, сынок! — Он пожал руку Риса железной хваткой, а другой похлопал его по спине, приветствуя как давно потерянного племянника.

— Рад видеть вас, мистер Гастингс. Большое спасибо за то, что, ну... что не прогнали меня.

— Конечно, Джеймс, ты нам как родной. В семье всегда рады своим, особенно когда те в беде. — Огонек в его голубых глазах подсказал Рису, что мистер Гастингс прекрасно осведомлен о том, что он в бегах. — Тебе помочь с сумками?

— Я сам, спасибо. — Рис забрался в кабину «Сессны» и передал баул Ричарду, стоявшему в дверях. Он закинул рюкзак на плечо и подошел к пилотам, чтобы поблагодарить Джеффа за полет.

— Спасибо большое, что доставил меня сюда, Джефф. Очень ценю.

— Не парься, приятель. Надеюсь, еще увидимся. Если нужно будет куда подбросить, Рич знает, как меня найти. Удачи тебе.

— Спасибо.

Мужчины пожали руки, и Рис спустился по ступенькам на грунтовую полосу. Его сумка уже была в кузове «Ленд Крузера», и Рич Гастингс жестом пригласил его на пассажирское сиденье. Старший мужчина завел пикап и выехал на колею, уводящую от взлетной полосы. Рис молча разглядывал пейзаж, когда Гастингс заговорил.

— Я упомяну об этом только один раз, Джеймс. Чертовски ужасная история с твоей семьей. Я читал об этом. Кажется, одна молодая журналистка раскопала правду. Я пытался расспросить Рэйфа, но ты же его знаешь, увертливый гад, — сказал Гастингс с улыбкой, переключая передачу. — В репортажах упоминалось что-то об опухолях мозга у твоих людей?

Рис промолчал.

— Что ж, дай знать, если понадобится врач, ладно? И можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Я бы сказал, шансы, что тебя найдут в Мозамбике, довольно призрачны, если не будешь особо высовываться.

— Я ценю это, сэр. Правда.

— До нас тут почти не доходят новости из внешнего мира, Джеймс. Нас заботит только земля и дичь. Наверное, поэтому мы все здесь. В лагере даже нет интернета. Все бронирования идут через службу охотничьих консьержей из Джорджии, а они связываются с нами по старинке, по телефону. Аппарат в лагере всего один, в главном офисе. На самом деле, это сильно привлекает клиентов. Здесь они могут забыть о современном мире, который держит их на постоянной привязи. Здесь выбора нет. Если хочешь исчезнуть с радаров — это твое место.

— Спасибо. Меня это вполне устраивает.

— В прошлый раз ты показался мне славным парнем. Больше мы об этом говорить не будем, — заявил Гастингс, въезжая в сафари-лагерь. — Выглядишь как чертов скелет. У нас готовится большой ужин. Посмотрим, удастся ли нарастить немного мяса на эти кости.

— Жду с нетерпением. Давно я нормально не ел и не пил пива.

— Наверстаем и то и другое. Приведи себя в порядок, а потом поедим.

Лагерь представлял собой комплекс