упрямо отказалась она и, решив манерами пренебречь, спрыгнула на пол, придержав длинный подол. – Дядя Лазарь, а демон, про которого вы с папой говорили, обязательно плохой? Хороших демонов не бывает?

Вопрос мне не понравился. Но не так сильно, как обращение «дядя Лазарь».

– Кто-то знакомый ведет себя странно, но вроде и зла не причиняет?

– Отвечать вопросом на вопрос невежливо! – заявила Бель и насупилась.

От входной двери раздались несколько громких возгласов, но я уже сосредоточился на беседе с Бель.

– Видишь ли, Бель, у меня нет точного ответа. Мне еще не попадалось ни одного порядочного демона, который бы совершал хорошие поступки…

Но почему-то с ангелами, которые творили не пойми что, жизнь меня сводила регулярно. Ужасная несправедливость!

– Может, вам просто не везло? – не сдавалась Бель.

– Не исключено. Но демоны хитрые и подлые. Тот, кто появился в городе, уже убил бургомистра Хинрича. Так кто из знакомых или соседей вызвал у тебя сомнения?

– Демон мог защищаться, – вздохнула Бель. – Люди, мне кажется, творят больше зла. Нет, дядя Лазарь, все знакомые ведут себя обычно. Значит, демона нужно бояться?

– Ночью из-за него едва не пострадал твой папа, – напомнил я, не уточняя, впрочем, что основной вред Самуилу причинил я своей благодатью.

Бель нахмурилась, задумавшись, но продолжить странную беседу нам не дали.

– Рихтер! – прорычала ворвавшаяся на кухню фон Латгард. – Ваш подопечный устроил в гарнизоне драку. Вы идете со мной!

Я с готовностью подхватил пальто и вытянул из рукава шарф.

– Щенок жив? – сразу уточнил я.

– Жив. Но цел ли? Не поручусь, – буркнула она. – Меня вызвали из магистрата, а вы тут штаны просиживаете. Хорошо, стражники видели вас с Фалбертом – не пришлось бегать по всему Миттену.

– Спасибо за оладьи! – успел поблагодарить я Самуила, спеша за фон Латгард. Прикинул, что сегодня возвращаться будет уже глупо, тем более вечереет. – Я загляну завтра? А заодно принесу кое-что из тайника бургомистра, если фрайфрау разрешит. Мы еще нормально не изучили находки.

– Буду ждать, Лазарь. Герра Хайта тоже бери с собой, если он цел, – улыбнулся Самуил.

Он зажег свет на первом этаже и перевернул на двери табличку, привлекая внимание миттенцев. Несколько посетителей, разминувшись с нами на крыльце, с готовностью поспешили в теплое нутро лавки. За спиной послышались радостные приветствия и вопросы.

– Вы, кажется, собирались делами заняться. Даже внушительный список надиктовали, – припомнила фон Латгард, пока мы поднимались от города.

Шла она небыстро и следила за дыханием. Ее состояние и утром было паршивым, а после изматывающего совещания фон Латгард явно держалась на одном упрямстве. Если бы не эти обстоятельства, я бы обязательно выдал что-нибудь злое, чтобы завести рыцаря-командора и нарваться на очередную ссору.

Но, что весьма удивительно, после посиделок у Фалбертов ругаться не хотелось. Поэтому я бодро перечислил все, что успел сделать за день:

– Во-первых, я осмотрел подворотню. Во-вторых, познакомился с фрау Элк. У нее, кажется, есть некоторые проблемы с детьми Хинрича. Под проблемами подразумеваются вовсе не подростковые истерики. В-третьих, я случайно нашел сироту, который уже пару недель выживал один, и передал его страже. И, в-последних и в-главных, едва не оказался похищен и подрался в кирхе. А заодно узнал важную информацию. – Подстроившись под темп фон Латгард, я ощущал себя как на прогулке. Боль, успокоенная лекарством, снова запульсировала в затылке, заныло и задергало в спине, и от холода неприятно покалывал металл оков. – Не хочу повторять несколько раз. Разберемся, что за драка и не пострадал ли мальчишка, а потом я расскажу вам обоим. Мне казалось, у вас тоже были дела, кроме совещания в магистрате…

– Оно затянулось. Как же сложно с гражданскими! Стоило заикнуться о комендантском часе и о частичном запрете крупных мероприятий, такой вой поднялся! Представляете, Рихтер, эти бюрократы решили, что я пытаюсь отнять у них праздник!

– А вы пытаетесь? Решили побыть Крампусом? [25]– Я натянул колючий шарф, перекрыв низ лица, и одернул рукава пальто, пытаясь приглушить неприятные ощущения.

Вечер выдался хоть и ясный, зато морозный. Воздух и снег искрились на фоне заходящего солнца так, что смотреть было больно. Под ногами сочно хрустел свежий наст, со стороны нахтвайнской ярмарки нестройным хором голосов доносился гимн во славу Господа.

– Я вообще-то тоже люблю Адвент. Но если бы чиновники думали о людях, настроениях и комфорте! Все, что их волнует, – упущенная прибыль. Они уже превратили военное положение в фарс. Вот вам, Хильда, власть, забирайте и подавитесь! Но мы будем ходить за вами по пятам, обсуждать каждую запятую и ныть, ныть, ныть! – раздраженно передразнила фон Латгард, потянулась здоровой рукой за портсигаром, но передумала и только ускорила шаг.

– Хотите их прижать? Могу помочь.

Чиновники хуже демонов и прочей нечисти. Ту хотя бы можно безнаказанно убивать.

Но фон Латгард, выговорившись, уже успокоилась.

– Благодарю, не стоит. Я пригнала из гарнизона два десятка ребят, они посменно будут патрулировать улицы вместе со стражниками. Маги возятся с защитным заклинанием и укрепляют периметр. И я бы хотела сказать, что все под контролем, ведь, за исключением вчерашнего происшествия, в городе спокойно… Но, Рихтер, меня беспокоит, что демон, не считая убийства бургомистра, по сути, не делает ничего. Скоро уже пойдет вторая неделя с его появления в Миттене. Нет, я вовсе не желаю рек крови и ужасов инферно. Но непонимание лишь усиливает тревогу.

– Да, такое поведение нетипично. Тем более для одного из князей ада. Я не могу представить, что он просто отдыхает от злодеяний и с кружкой какао вечерами читает у камина что-то из классики. – Почему-то я вспомнил кошку, играющую с клубками пряжи, и представил Балберита, вяжущего детский свитер.

А в следующий момент едва не подавился собственным смехом, сообразив, что покалывание вызывал вовсе не холод! Фон Латгард замерла рядом, догадавшись, что остановка не прихоть.

– Бесы? Что-то крупнее? – Она сжала рукоять шпаги, но не спешила ее обнажать. Голос остался ровным и спокойным, не сбилось дыхание, не дрогнули плечи, только губы недовольно поджались, отчего натянулся шрам, уродующий лицо.

– Бес, один, – доложил я, проанализировав намеки дара.

– Из вчерашних? Кто-то улизнул со двора? Или новый прорыв?

Я скорчил рожу. Как, интересно, по ее мнению, я мог бы это определить?

– Думаю, ни то ни другое. Вчерашний бы не ушел из города. Бесы неразумны и живут инстинктами. Он бы давно на кого-нибудь напал. А возникни новая брешь – одним дело не ограничилось бы.

– Не сам же по себе бес образовался?! – Фон Латгард нахмурилась, ее взгляд заскользил из стороны в сторону, будто она верила, что сможет заметить невидимую тварь.

– Нет. Скорее всего, пока ваши люди работали над щитом, заклинание потеряло стабильность, и со стороны