мне, что у вас случилось. И как вы вообще попали в управление?

— Обычно, — пожал он плечами. — Я доходчиво объяснил вашим вахтёрам, по какому я вопросу, и они почти сразу выписали мне пропуск.

— Кстати, а что вы в Москве делаете? Тула надоела, или там порядок уже навели?

— Увы, — Кузовок тяжело вздохнул, — до порядка там весьма далеко. А как вы уехали, так совсем плохо стало. Сплошные отписки и никакого дела.

— Тогда почему вы здесь?

— К детям перебрался. Внуков нянчу и всё такое.

— И заваливаете жалобами управление, да?

— Да где же заваливаю⁈ — возмутился Кузовок. — Всего-то три штуки написал за неделю! И в ответ даже жалкой отписки не получил. Это как вообще называется⁈

В голосе у него было столько обиды, будто его оскорбили в лучших чувствах.

— Вот сюда, пожалуйста, — я завёл его в переговорную комнату. — Садитесь и рассказывайте, что у вас произошло. Опять ящероиды беспокоят? И где ваш жестяной тюбетей?

Кузовок печально вздохнул.

— Сыновья тюбетей попросили не носить вне дома. Говорят, вы, папенька, в нём странно выглядите, не дай бог соседи вас в сумасшедший дом сдадут, так позору не оберёмся. Представляете? Сплошное расстройство получается. Хорошо хоть я не с ними живу, а себе отдельную квартиру купил.

— Сочувствую.

Я налил из графина воды в стакан и подал Кузовку. Тот благодарно кивнул и выпил залпом.

— Так что у вас за проблема?

Кузовок поставил стакан, подался вперёд и громким шёпотом сообщил:

— Ведьма, Михаил Дмитриевич. Самая настоящая!

— Ведьма?

— Она, точно вам говорю. Прямо по соседству со мной живёт.

— И как вы её определили?

— Элементарно, Михаил Дмитриевич! Во-первых, — Кузовок начал загибать пальцы, — к ней постоянно ходят другие женщины. Судя по виду — вдовы и незамужние девицы. А, как вам? Во-вторых, она на балконе у себя выращивает какие-то травы. В-третьих, у неё живёт чёрный кот. Я специально проверял — ни одного белого пятна!

— Вы что, украли у соседки кота? — Я грозно сдвинул брови.

— Как вы могли подумать, Михаил Дмитриевич? Подманил на варёную печёнку, погладил и произвёл осмотр.

— Держать чёрного кота не преступление.

— Это ещё не всё! В-четвёртых, она в полнолуние сидит ночью у себя на балконе и что-то делает. И в-пятых, — доморощенный детектив посмотрел на меня с торжеством, — я проверил её «регентом» и увидел, что она светится магией! Да-с, знаете ли, осваиваю новейшую технику. Ну что, вы верите мне? Необходимо её задержать и выяснить, какой запрещённой волшбой она занимается.

«Давай съездим, — неожиданно вылез Захребетник. — И проверим на всякий случай».

У него, как я помнил ещё с прошлого раза, был особый счёт к ведьмам и колдунам. И даже подозрений Кузовка хватило, чтобы встать в охотничью стойку.

— Хорошо, — я кивнул. — Вечером, как я разберусь с неотложными делами, вы отведёте меня к этой ведьме.

Тратить рабочее время на ерунду я не собирался, а вот после работы можно и посмотреть на колдунью.

Глава 30

Лунатяне

Выводить Кузовка из управления мне пришлось чуть ли не насильно.

— Михаил Дмитриевич, — возражал он с нотками возмущения, — я здесь ещё не закончил! В вашей Коллегии ещё несколько моих жалоб лежит, по другим вопросам. Я просто обязан напомнить вашим коллегам, что ответы на них требуется давать в установленный срок!

— Нет, Доримедонт Васильевич, — взяв его за локоть, я настойчиво подталкивал его к выходу, — сегодня вам нельзя нервничать.

— Да я совершенно спокоен!

— Идите домой, сядьте, подумайте. Вдруг вы что-то забыли мне сообщить о ведьме?

Он слабо трепыхался, горестно вздыхал, кидал на меня недовольные взгляды, но сопротивляться не смел.

Я почти вывел его из управления, но на первом этаже, у проходной, нам встретился мужчина в мундире Горного ведомства. Судя по невысокому чину и плоскому кожаному кофру в руках — обычный курьер, привёзший в Коллегию какие-то документы. Вот только кожа на его шее была с лёгкой прозеленью и слегка напоминала чешую. Этого хватило, чтобы Кузовок замер на месте и выпучил глаза.

— Михаил Дмитриевич, — прошептал он. — Михаил Дмитриевич!

— Что случилось? Идёмте, Доримедонт Васильевич.

— Вы видите это? Видите⁈

— О чём вы?

— Ящероид! — Кузовок хватал ртом воздух. — Вон, вон он! Перед лифтом стоит!

— Бросьте, Доримедонт Васильевич. Откуда здесь взяться вашим ящероидам? Это курьер Горного ведомства.

— Он же зелёный! — просипел Кузовок. — Самый настоящий ящероид! А я говорил! А я всегда верил, что они вокруг нас! — он практически взвизгнул. — И никто, никто мне не верил!

Курьер покосился на нас, зашёл в лифт и уехал, а Кузовок застонал, словно охотник упустивший добычу.

— Доримедонт Васильевич, прекратите кричать. Вы в официальном учреждении, а не на улице. Идёмте, сейчас не до ваших фантазий.

Я вывел его из управления и велел приходить вечером. Проследив, что он вышел из здания, вернулся на проходную и приказал ни в коем случае не пускать больше Кузовка. Ни сейчас, ни потом, чтобы он там ни рассказывал. На жалобы ему официально ответят, а слоняться по управлению и срывать работу никому нельзя.

На обратном пути в кабинет меня поймал тот титулярный советник, которого я спас от Кузовка.

— Спасибо, Михаил Дмитриевич! — Он с чувством стал трясти мою руку. — Огромнейшее спасибо! Спасу нет от этого человека, чуть всю душу не вынул своими жалобами. Если вдруг понадобится помощь по делам Второго отдела — обращайтесь, я всегда в вашем распоряжении.

«Однако и от Кузовка польза есть, — тихонько рассмеялся Захребетник. — Можно его натравливать в управлении на полезных людей, а потом спасать их от него. Или, наоборот, доводить до сумасшедшего дома неприятные личности и карьеристов».

* * *

Стоило часам пробить пять часов, как чиновники дружно потянулись к выходу, только что не строясь косяком, как перелётные гуси. Редко кто из них задерживался на рабочем месте, строго блюдя график. Это наш отдел, выезжающий на места преступления, имел некоторые вольности, а у тех, кто перекладывает бумажки, конец рабочего дня — одна из немногих ежедневных радостей.

Сегодня я тоже не стал задерживаться. Только не пошел вместе с остальной толпой, а дождался, когда поток схлынет, и двинулся