я нанёс ещё до закрытия — порез на его левом плече — перестал затягиваться. Кровь текла по мантии, капала вниз.

Трещина за его спиной исчезла. А с ней и его подпитка. Его бессмертие.

Но остальные трещины по городу остались… Хотя должны были исчезнуть. Неужели Система ошиблась. Похоже на то.

[Данные скоррективаны с учётом новых обстоятельств]

[Вам необходимо уничтожить Учителя]

Враг посмотрел на меня. И в его зелёных глазах я увидел нечто похожее на растерянность.

— Ты… — начал он.

Я не дал ему договорить. Отправил ещё один разрез. Прямо в грудь.

Учитель отшатнулся. Кровь хлынула, целительская магия мигнула, пытаясь затянуть рану, но без подпитки от трещины сил не хватало. Рана закрылась наполовину и замерла.

Он смертен. Ранен. Ослаблен.

А у меня каналы невыносимо горят, тело не слушается, перед глазами чёрные пятна. Ноги подкашиваются.

Мы оба зависли в воздухе друг напротив друга. Два бойца, выжавших друг из друга всё до капли. Или… почти всё.

И тут Учитель улыбнулся.

Нет, нет. Эта улыбка мне совсем не нравилась.

— Ты сильнее, чем я думал, — сказал он, и в его голосе не было злости, не было боли. Только спокойное, холодное удовлетворение. — Но ты забыл одну вещь, Глеб Афанасьев.

Он поднял правую руку. Щёлкнул пальцами.

И снизу, прямо из-под земли начали подниматься чёрные фигуры.

Пожиратели!

А затем внизу появились сотни людей в гражданской одежде. Они выходили из ближайших переулков. Мужчины, женщины. Глаза — пустые, стеклянные, без единой мысли.

Они были среди гражданских, которых прибывшие военные должны были эвакуировать в безопасную зону. Но видимо, не вышло. Обычные люди — пенсионеры, мужики в рабочих куртках, даже подростки.

Спящие агенты. Заложенные Учителем заранее, может быть, месяцы назад. Обычные жители, которых он подчинил при случайной встрече, и так они стали бомбой замедленного действия. Жили обычной жизнью, ничего не подозревали. А потом — щелчок пальцев, и они уже не люди. А оружие.

И они окружали мой отряд. Людей было слишком много…

Мои маги внизу замерли. Тварей они могли рубить без сожаления. Но это — живые люди. Чьи-то отцы, матери, дети. Которые минуту назад были обычными жителями Подмосковья, и они ни в чём не виноваты.

Я увидел, как Стас опустил кулаки. Как Алексей погасил огонь в ладонях. Как Ирина отступила на шаг, глядя на пожилую женщину с пустыми глазами, которая шла прямо на неё.

А ещё некоторые из моего отряда тоже попали под контроль. Сменили сторону и встали поодаль с теми, кто их окружил. Около двадцати человек, но для отряда это существенные потери…

— У тебя нет сил драться со мной и защищать своих людей одновременно, — произнёс Учитель. Голос его снова стал спокойным, почти дружелюбным. Как в начале разговора. — Сдавайся, Глеб Афанасьев. Я жду.

Сознание уже стремилось отключиться от перегрузки. Перед глазами всё плыло.

Похоже, Выбора нет.

Стоп! Или есть?

Глава 24

Обращённые окружали мой отряд. Десятки людей с пустыми глазами, Пожиратели, и твари из разломов. Внизу мои маги замерли, потому что бить гражданских не могли. А Учитель стоял передо мной и ждал ответа, коварно улыбаясь.

Каналы горели не на шутку. Пропускная способность уже была на минимуме. Но мана по-прежнему бесконечна. И навык Управления хаосом работает не совсем через каналы. Он работает через Систему, которая направляет потоки маны в обход повреждённых путей. Так что не всё потеряно.

Система, я могу снять ментальный контроль с обращенных с тем же способом, что раньше?

[Массовый выплеск при текущей перегрузке каналов]

[Прогноз: ментальный контроль будет снят с 94% обращённых]

[КРИТИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!]

[Нагрузка при выполнении превысит 140%!]

[Необратимые повреждения каналов неизбежны!]

Необратимые. Ну да, ну да. Я уже это слышал. И каждый раз продолжал. Сейчас ничего не изменится, сколько бы Система не подсвечивала окошки красным.

Посмотрел на Учителя. На его самодовольную улыбку. И на людей внизу, которые шли на моих магов с пустыми глазами.

— Я уже выбрал, — сказал я.

Заполнил свои каналы до предела и выпустил волну.

Энергия хлынула из меня, как вода из прорвавшейся плотины. Система перенаправляла поток, находя микроскопические лазейки в повреждённых путях, и мана текла наружу. Система пыталась минимизировать повреждения, но их всё равно было не избежать при текущей нагрузке для тела.

Было больно. Настолько, что я на секунду потерял зрение. Мир стал белым, потом чёрным, потом вернулся на круги своя… И я открыл глаза, осознав себя висевшим в воздухе — левитирующий артефакт ещё работал.

[Нагрузка на каналы: 141%!]

[Необратимые повреждения прогрессируют!]

[Каналы: множественные разрывы]

Но волна пошла. Я видел, как она расходилась от меня кругами, невидимая для обычного глаза, но ощутимая для любого, кто чувствует магию. Она опустилась ниже, накрыла обращённых, Пожирателей и других тварей.

И обращённые начали останавливаться. Один за другим. Как куклы, у которых обрезали нити.

Мужчина в рабочей куртке замер в полушаге, посмотрел вокруг безумными глазами. Женщина рядом с ним упала на колени и закрыла лицо руками. Подросток отшатнулся, ударился спиной о забор и сполз на землю.

Глаза у них оживали. Из стеклянных становились человеческими, но растерянными.

Контроль был сброшен. Хотя это далось мне совсем нелегко.

Учитель это увидел. И на лице его отразилась самая настоящая животная ярость.

Пожиратели остались. Но мой отряд уже перестроился. И был готов к новому бою.

— Артефакты! — крикнул Алексей, и десятники среагировали мгновенно.

Достали те самые артефакты, которые были разработаны в исследовательском центре совместно с моей матерью. Маги активировали их. И направленные импульсы, настроенные на частоту хаоса, отправились в Пожирателей.

Одних удавалось обратить обратно в людей. Других, тех, кто зашёл слишком далеко, приходилось убивать. Жёсткая реальность, от которой никуда не денешься.

А ещё отряд продолжали атаковать вылезающие из разлома твари.

Стас врезался в группу монстров кулаками. Ирина заморозила двух тварей, прорвавшихся к гражданским, которые осознав себя, спешили смыться с поля брани. Саня световыми хлыстами отгонял монстров. Лена ставила огненные барьеры. Денис бил воздушными лезвиями, почти не останавливаясь.

Шевченко вёл свою группу на фланге. Я видел, как он лично закрыл собой молодого мага, когда Пожиратель прорвался через линию. Каменный шип из-под земли пронзил тварь насквозь. Это выиграло секунду, чтобы один из магов смог направить на тварь артефакт и уничтожить её.

Военные, подтянувшиеся к месту, использовали артефакты. Гражданских они же отводили в безопасную зону.

Внизу кипел настоящий ад. Я видел урывками, сквозь