«Найди источник».

Эта фраза ударила как разряд тока. Не знаю, почему именно она оказалась ключевой. Но стоило мне её услышать, и пазл сложился. Трещины множились не случайно. У них должен быть источник.

Просто. Логично. И почти невозможно в моём нынешнем состоянии.

Я резко открыл глаза и поднял голову.

Надо мной нависали Лена и Ирина. У Лены в руках был пустой шприц, внутри которого виднелись остатки зеленоватой жидкости. Регенерационный раствор.

Значит, они вкололи мне стимулятор, и именно поэтому сознание вернулось. А я-то подумал, что голос из будущего сработал. Хотя, может, и сработал — одно другому не мешает.

— Я уж думала, всё, — выдохнула Лена. Глаза у неё были красные. — Что тебя снова на скорой увезут.

— Не дождётесь, — усмехнулся я, но вышло невесело.

Невольно посмотрел вверх. И увидел, что небо над Москвой было изрезано трещинами. И их было много. Каждая тянулась по горизонту как шрам на теле мира, и от каждой вниз спускались щупальца, рождающие разломы. Из разломов уже лезли твари.

И всё это происходило прямо над Москвой. Над городом, в котором живут миллионы людей. Стольких не смогут быстро эвакуировать.

— Давай помогу, — Алексей, стоявший рядом, протянул руку.

Я ухватился за неё и поднялся. Тело ломило, поскольку удар о землю был нехилым. Форма погасила большую часть урона, но голову приложило знатно. Перед глазами плыло, ноги подкашивались.

Но я уже стоял.

А через секунду у Алексея зазвонил телефон. Он достал его, посмотрел на экран, ответил:

— Да… Да, живой. Стоит, разговаривает… Да, конечно.

Потом протянул мне трубку.

— Крылов, — сказал он одними губами.

Я взял телефон.

— Глеб Викторович, — голос генерала звучал так, как я его ещё никогда не слышал. Слишком устало. — Думаю, вы уже сами видите, что ситуация патовая.

— Вижу, — ответил я. — Сколько трещин?

— Семнадцать, и ещё открываются. Мобилизованы все маги столицы, в том числе отряд Андропова. Он сейчас находится в центре, закрывает разломы со своей командой.

— А мы в пригороде, — кивнул я, оглядывая поле вокруг. — Здесь ситуация не лучше.

На том конце трубки раздалось тяжёлое дыхание. И мне на мгновение показалось, что Крылов — генерал, один из самых влиятельных людей в ФСМБ, человек, который десятилетиями управлял магическими силами страны, — сам не знает, что делать. И позвонил мне с какой-то отчаянной надеждой. Что я скажу что-то правильное. Что у меня есть план.

Найти источник.

Система, ты знаешь, как найти источник этих трещин?

[Анализ…]

[Множественные трещины имеют единый источник нестабильной энергии хаоса]

[Рекомендация: обнаружить и закрыть первую трещину — ту, через которую энергия поступает в пространство этого мира]

[При закрытии первичной трещины вторичные ослабнут и схлопнутся самостоятельно]

Первая трещина. Та, через которую Учитель вкачал всю эту энергию в наш мир. Если найти её и закрыть — остальные рухнут сами. Как в Подмосковье: я закрыл трещину, и все двенадцать разломов схлопнулись.

Только в этот раз масштаб другой. И первую трещину нужно сначала найти.

— Вы знаете, какая из трещин открылась первой? — спросил я в трубку. — Помимо той, что моя команда закрыла здесь, в Подмосковье?

Пауза. Крылов обдумывал.

— Сейчас уточню у аналитиков. Перезвоню.

В трубке раздались гудки.

— Первая трещина? — нахмурился Алексей. — Почему именно первая?

— Есть у меня одна теория, — ответил я. — Но легко точно не будет.

Алексей посмотрел прямо мне в глаза.

— А когда было легко?

— Справедливо.

Вокруг уже собралась вся моя команда — весь отряд, больше сотни человек. Стояли полукругом, молча. Усталые после зачистки двенадцати разломов, с царапинами, ушибами и подпалинами на форме. Но ни один не сел, ни один не отвернулся.

Они ждали приказов.

Я понимал, что всё произошло неожиданно. Требовать от них координации лучше той, что была, смысла уже нет.

Нам придётся действовать в условиях, которые создал Учитель. А он, похоже, долгое время аккумулировал нестабильную энергию хаоса и выпустил её для решающего хода.

Крылов перезвонил через три минуты. Я ответил сразу.

— Глеб Викторович, аналитики определили: первой открылась трещина на Рублёвском шоссе, в районе посёлка Жуковка. Она же — самая стабильная. Остальные пульсируют, а эта горит ровно.

— Мы отправимся туда.

— Принято. Координаты отправлю. Удачи, Глеб Викторович, — пауза. — И будьте осторожны.

Вернул телефон Алексею. Повернулся к отряду.

— Слушайте все, — заговорил я, усилив голос магией. Каналы отозвались лёгкой болью. — Мы уходим к новому месту. Там будет самая первая трещина. Источник всего, что сейчас происходит над Москвой. Если закроем её, то скорее всего, закроются и остальные. Готовьтесь к сражению.

Я ожидал возражений. Ожидал, что кто-то скажет, что устал, что только что отработал двенадцать разломов, что каналы на пределе. Что это не тренировка, а мясорубка, и что командир, которого недавно откачивали, не в том состоянии, чтобы вести людей в новый бой.

Но нет. Ни один человек не возразил.

Шевченко стоял в первом ряду, скрестив руки. Кивнул. Десятники за ним — тоже. Сто пар глаз смотрели на меня прямо и спокойно. Никто не дрогнул. Никто не отвёл взгляда.

Вот ради этого стоило становиться командиром.

Это меня не просто радовало. Это давало силы.

И с этими мыслями я открыл портал. Каналы отозвались резкой болью, но выдержали. Портал был большим, на всю сотню, и я чувствовал, как пропускная способность проседает ещё на несколько процентов. Но сейчас было не до экономии.

Группы прошли по порталам быстро, одна за другой. Я — последним, с Алексеем и остальными.

И мы увидели это снова…

Рублёвское шоссе. Элитный посёлок, коттеджи за высокими заборами, сосны, припорошенные снегом. И над всем этим висела огромная трещина.

От неё вниз тянулись двенадцать щупальцев, из каждого открывался разлом. Классы разные — от D до A. И из каждого разлома уже лезли твари.

Но здесь, в отличие от Подмосковья, ещё никого не было. Ни оперативных групп, ни военных, ни оцепления. Видимо, все силы бросили на защиту самого города, а до пригорода пока не добрались.

— Рассредоточиться! Зачистка по группам! — скомандовал я. — Десятники, вы знаете порядок! Мне нужно пробиться к трещине, прикрывайте!

Десятники отдали команды. Группы быстро двинулись к разломам.

Вдруг тварь вылезла прямо из-под асфальта — прямо передо мной. Чёрная, бесформенная, похожая на кляксу с зубами. Я среагировал на автомате: Пространственный разрез,