четвертый противник, тот самый гыгыкающий парень, все эти секунды стоял замерев на месте. Когда он увидел, что остался против нас один, резко развернулся и стремглав помчался прочь из переулка. Главный отморозок, придерживая рукой выбитую челюсть, закричал ему вслед:

— Димо-о-он!!!

Но Димон даже не обернулся и скрылся за поворотом.

Парень со сломанным носом попытался встать, но Лиза тут же добавила ему по ребрам. Тот, которому досталось в глаз, отползал, зажимая правое око, куда ему прилетело моим лбом. Лично у меня он уже перестал болеть.

Главарь обернулся ко мне.

— Похер… — выдохнул он и выхватил из кармана нож. Его челюсть неуклюже свесилась, но в глазах горела такая отчаянная ярость, что было ясно — боли враг не чувствует. — Давай сюда все бабки, что у тебя есть, хрен собачий! А завтра принесешь сюда еще двести тысяч в качестве компенсации! Налом! Или сегодня я порежу тебя, а завтра — ее!

Мои губы сами собой разъехались в хищном оскале. Нижнюю пронзила резкая боль. Оказывается, она лопнула и залила подбородок и зубы кровью, а когда и отчего — я не помнил. Судя по несколько протрезвевшему взгляду главаря, не такой реакции он ожидал. Выглядел я наверняка мрачно. В ушах радостно стучала кровь, разгоняемая адреналином. Приятный металлический привкус риска появился на языке. Это был вкус самой жизни. Концентрированный, слегка солоноватый.

— Знаешь, в чем отличие победителя от проигравшего? Настоящий победитель готов идти до конца… — произнес я, улыбаясь.

— Исаев, да ты больной! — выкрикнула Лиза сзади.

Взревев, противник бросился на меня, замахнувшись ножом. Но тем самым он открылся справа, и я нанес бесхитростный хук левой. От удара ноги главаря запутались, и он рухнул на меня. Не без омерзения я отпихнул от себя бесчувственное тело, и оно упало в лужу у стены. Судя по запаху, там стояла не только вода.

Я подошел к единственному из хулиганов, что еще был в сознании и не слишком громко стонал от боли. Тому, что зажимал глаз, забившись в угол у водосточной трубы.

— Чтобы она вас больше не видела. А я тем более. Ясно?

— Ясно-ясно! — часто закивал он, а его здоровый глаз со страхом смотрел на меня.

Ну правильно: мы тут вдвоем с девчонкой их банду повергли. Я бы тоже себя боялся.

— Кажется, все, Лиз, если Димон, конечно, не вернется с подкреплением и не спасет своих друзей. Но что-то мне подсказывает, что он сбежал с концами, — сказал, поворачиваясь к девушке.

Сначала она взглянула на меня, как на не совсем вменяемого человека, скользнула глазами сверху вниз и вдруг испуганно выдохнула:

— Исаев…

Я проследил за ее взглядом и увидел, как из живота слева торчит рукоять ножа.

— Ах ты гад, успел все-таки… — зло процедил лежащему без сознания главарю, чувствуя, как земля начинает уходить из-под ног.

Голова резко закружилась, во рту пересохло, а язык, казалось, прилип к небу. Странное чувство, от которого я давно отвык. Сверху кожу заливает теплая кровь, а внутри тянет щупальца холод.

— Тебе надо в больницу! — воскликнула Лиза, подставляя свое плечо.

— Ага, можно сразу в тюрьму поехать, — скривился от подступившей боли и тошноты. — Это же я нанес первый удар. Скажут, что защищались от нас. А я и так уже успел несколько раз подставить своего друга-полицейского. Еще одного раза его карьера не переживет.

— Ладно, мой дом за углом. Я тебя зашью…

* * *

Простой выкидной нож, тонкий и блестящий, лежал теперь в старой жестяной раковине. Вообще, квартира Лизы находилась в еще более неблагополучном районе, чем наше с Романом жилье. Наш спальный район города вырос во время строительного бума, когда Император издал указ обеспечить народ дешевым и комфортабельным жильем. Вроде как это позволило утихомирить какие-то назревавшие волнения в стране. Было это с полвека назад, если верить справке из Квазинета… то есть, интернета.

Район квартиры Лизы был старше лет на двадцать. Небольшие двухэтажные дома, построенные то как попало, то как заваленные набок домино. Отсюда и длинные, мрачные переулки. Сами дома старые и обветшалые, с хорошей слышимостью. Потому что за стеной кто-то пел пьяные песни.

Нож, к счастью, ничего важного не задел, только шкуру мне попортил. Ничего, это даже на пользу Исаеву будет. Я лежал на кровати в маленькой единственной комнатушке. Гулко капала вода, разбиваясь о раковину. А Лиза, склонившись над моим животом и придвинув видавший виды торшер, сосредоточенно шила по живому мясу. Чтобы заглушить боль, отхлебнул из горла какое-то горькое, но крепкое пойло. Нашлась у Лизы бутылка. В голове уже шумело, но боль притупилась.

— Где ты научилась так шить? — спросил, искоса оценив ровность шва у себя на животе.

— На курсах кройки и шитья в школе благородных девиц, — отрезала девушка, заправив за ухо непослушную прядь.

— А если серьезно?

Наткнулся на ее прямой взгляд.

— Район здесь не самый благополучный. Если коротко, то училась шить на своем брате.

— Ясно… Так вы со Славиком, значит, здесь живете?

— Нет, я живу одна.

— Теперь понятно, почему он ничего не знает об этих парнях. Он ведь не знает, верно?

— Не знает, потому что так надо! — Девушка как-то изощренно шевельнула иглой, и кожу пронзила боль. — И тебе лезть не стоило. Я сама в состоянии разобраться со своими проблемами. Понятно?

— Да плевать мне на твои проблемы… — прохрипел я, корчась. — Просто не люблю смотреть, как одна девушка противостоит сразу нескольким парням. Мне это зрелище душу выворачивает.

— И ты поэтому решил все испортить?

— Ну… еще в таких историях победитель обычно получает любовь этой девушки. А я не хотел, чтобы ее получил этот пьяный придурок.

— И все? — с неподдельным разочарованием посмотрела она на меня, оторвавшись от своего дела. — Просто сам захотел залезть ко мне в трусики?

— А… — приподнял я голову, притворно удивляясь. — Так ты их все-таки носишь? Ай! Больно! Стой ты!

— Какой же ты гад, Исаев! — кричала девушка, пытаясь насадить меня на иголку.

Еле перехватил ее руку. А то стало бы во мне на пару отверстий больше.

— Так ты правда им денег задолжала?

— И да, и нет. Брала в долг, потом вернула. И меня вдруг Пашка этот на проценты выставил, — рассказывала она, обматывая меня бинтом. Мне для этого пришлось сесть. — Конечно, платить я их не собиралась. Вот он и преследовал меня, проходу не давал, как и сегодня, потому я к Тренеру и опоздала. Все… — Девушка завязала маленький узел и потрогала бинт рукой. — Готово. Почти как новенький. Только Славику про эту ситуацию не рассказывай, а