Увлеченная девушка нахмурилась, ожесточилась.

— Были дела… — буркнула она, а я, отвлекшись, пропустил болезненный удар.

Правильно, Исаев, нечего болтать попусту. Ты на тренировке!

Но ее реакция… Как будто что-то случилось. Ладно, потом подумаю об этом: надо сосредоточиться, пока опять не пропустил удар.

Я и не заметил, как пропотел насквозь. На очередном показе броска как-то неудачно поскользнулся и увлек за собой Лизу, которая должна была меня перебросить через бедро. В итоге оба оказались в воздухе, и я поднырнул под нее, чтобы не упасть своим весом на хрупкую девушку. Ну… в тот момент мои рефлексы решили, что она хрупкая и падать нужно первым.

Так и произошло. Она рухнула на меня сверху, больно ударив крепкой задницей в мой пах.

— Ой! — пискнула она, тут же переворачиваясь. — Ты там живой?

— Угумс… — еле выдохнул я, чувствуя, как глаза пучит от боли. Но постепенно отпускало.

— Прости! Я случайно… На следующей тренировке обещаю поддаваться. В качестве извинений, — шептала она, налегая на меня всем телом. Горячим, мокрым.

Лиза пахла потом и шоколадом.

— Еще чего, — буркнул в ответ. — Мне твои подачки не нужны. А вот что нужно, так это пачка замороженной травы.

— Брокколи, что ли? — хохотнула она, затем встала.

Следом поднялся и я.

Тренер посмотрел на нас, затем на часы на руке, кивнул мне. То ли с уважением, то ли с благодарностью.

— Ладно, ребята, — с неподдельной грустью в голосе он повернулся к детям. — На сегодня ямэ, и так задержались. Увидимся в следующий четверг!

— До свидания, дядя Тренер! — хором проскандировали усталые, но довольные детишки. — До свидания, тетя Лиза!

— Никак не могу привыкнуть, что я для них тетя… — шепнула она мне.

— До свидания, дядя Исаев! — это уже мне.

Хех, а я вот почти привык, что я Исаев, а не Геллер.

— До свидания, дети! — ответил им, махнув рукой.

Вскоре мальчишки и девчонки разбежались по раздевалкам, шумно обмениваясь впечатлениями, пихаясь и подтрунивая друг над другом. Они выглядели заметно счастливее, чем в начале тренировки. Те две женщины, по всей видимости их наставники или опекуны (не знаю, как в этом мире это называется), пропустили толпу мимо себя и подошли к нам с Тренером.

— Спасибо, м-м-м… Тренер, — заговорила та, что выглядела чуть постарше и… более главной, что ли. Может, заведующая этим приютом. — Даже не знаем, как вас благодарить. Детишки любят вас и ваши занятия и всю неделю живут ожиданием четверга. Мы могли бы рассказать о вас на нашем сайте или в министерстве. Не знаю насчет денег, но вам наверняка дадут грамоту, напишут в газете… Но мы не знаем вашего имени…

Еще до того, как она договорила, я понял, что Тренеру это все не уперлось.

— Мне это не нужно, Любовь Анатольевна. Главное, чтобы дети вели себя хорошо и занимались физкультурой. В мире, когда они выйдут в него, море соблазнов. Дисциплина — вот что им позволит сохранить свою голову на плечах. За этим и прихожу сюда, — проговорил Тренер, положив руки на плечи женщины.

Ей ничего не оставалось, кроме как кивнуть и отступить.

Что-то мне подсказывало, что этот диалог у них не в первый раз происходит.

Я невольно проникся уважением к Тренеру. Ему не было дела до денег или славы. Он просто занимался тем, что считал правильным. Если бы он родился в моем мире, из него вышел бы превосходный алхимик.

Женщины ушли, а мы по очереди переоделись в маленькой каморке, где хранились мячи, скакалки и прочая спортивная утварь. О душе, конечно, речи и не шло.

Все еще разгоряченный, вышел на улицу, где Тренер уже садился в машину. Лиза стояла чуть поодаль, словно ожидала чего-то.

— Подвезти? — спросил Тренер, выглядывая с водительского места.

Я взглянул на Лизу, которая старательно смотрела в другую сторону. Видимо, она уже отказалась ехать с Тренером.

Да и я не хотел.

— Нет. Хочу пройтись, остыть немного после тренировки.

Тренер кивнул, коснулся пальцами своего кепи. Машина, шурша гравием, выехала за ворота, оставив тяжелый аромат выхлопных газов.

— Чего не поехал? — с лукавой улыбкой спросила Лиза.

— Сказал же, пройтись хочу, — подошел я к девушке, и мы вместе шагнули в сторону ворот. — Загадочный человек этот ваш Тренер. Ты точно не знаешь как его зовут?

— Его не зовут, он сам приходит, — хохотнула девушка. — Но я правда не знаю… А ты молодец сегодня. Детишкам понравился. Мы каждый четверг сюда приходим, проводим небольшую тренировку, дарим им радость и все такое. Так что поверь мне, я знаю, когда им кто-то нравится…

Лиза как-то печально улыбнулась и посмотрела в сторону здания приюта. Мы как раз вышли с его территории и шли мимо сада. Стояла густая вечерняя темень, и желтый приветливый свет окон пробивался сквозь голые ветви сада.

— Почему именно сюда? — спросил, предчувствуя ответ.

— Потому что мы со Славиком здесь выросли. Это мой дом, — ответила она, помолчав. Приют уже почти скрылся за поворотом пустынной улицы. — А ребятня — мои младшие братья и сестры. Я их еще вот такими помню, — показала она руками полметра от земли. — Они не знают тепла родительской любви, как и я. Поэтому и помогаю Тренеру с этим.

— А Славик? Ты сказала, он тоже отсюда.

— Говорит, что все это чепуха, но на самом деле скрывает, что ему тяжело сюда приходить. Я ж его как облупленного знаю, — усмехнулась она. — Придешь в следующий четверг?

— Не могу обещать, — честно признал я. — Хоть и хочется, но работа… Да и другие дела.

— Понимаю. Но дети будут рады. Я буду рада…

Я с удивлением воззрился на девушку. Не ожидал от нее такой откровенности. Мне казалось, она из тех, кто держит свои чувства на коротком поводке и дает им волю только во время тренировки, выпускает пар.

— … снова кинуть тебя через бедро! — засмеявшись от моего замешательства, продолжила она.

— Так и знал… — хмыкнул в ответ.

— А что… уже размечтался? — веселясь, она забежала вперед и попятилась, развернувшись. — Как там твоя, кстати… третья нога?

— Твоими молитвами, Лиза.

Боль уже давно прошла и без всяких последствий. Просто упала она удачно на самое нежное место. Удачно для меня, потому что могла, например, локтем заехать или коленом. А так — просто… упругой задницей.

Шли по улицам дальше, весело болтая о всяком. В основном о тренировках, но еще о жизни и вкусах. До хрипоты спорили о том, как правильно готовить окрошку: на квасе или на кефире. Лично я вообще не знал, что это за блюдо, но