а в субботу, в день последнего пленэра у Александра Петровича, гадал лишь о том, проведут ли они с Лерой эти выходные вместе, или женщина решит, что точкой в отношениях – по крайней мере, постельной их составляющей – станет именно сегодняшний вечер. Для финального урока мэтр выбрал Цитадель, но не вокруг Речной башни, а противоположную от неё часть. Отсюда можно было полюбоваться на набережную и острова, на усеявшие склоны холмов домики с торчащими среди них там и сям колокольнями церквей, и на левобережье, которое, по мере сгущения сумерек, превращалось в целое поле огней.

Сергей ждал какого-то торжественного финального аккорда, но художник вполне буднично завершил занятие, поблагодарив учеников за участие, и пригласив заглядывать к нему в школу в любое время. В свою очередь участники пленэров поочерёдно благодарили наставника, потом девушки преподнесли мэтру сертификат художественного магазина и большой букет – деньги на подарок накануне собрали в ученической беседе. И сертификат, и букет взялась купить Валерия.

– Ты как-то говорила, что на эти занятия так просто не попасть, что Александр Петрович лично приглашает участников. Как-то не похоже, – пожаловался Серёга, усаживаясь в машину к Лере. Та только улыбнулась:

– Только не говори, что ты ждал прямой протекции и сведения с нужными людьми.

– А что, это всё в художественном мире делается иначе?

– Делаться это может по-разному. Александр Петрович не занимается проталкиванием своих протеже. Но он внимательно следит за успехами учеников, и если нужно – даёт свои рекомендации. Только в любом случае человек должен сначала сам попытаться чего-то достичь, а не ждать, чтобы за него всё решила «мохнатая лапа».

– И в чём разница?

– Разница в том, что рекомендация от Александра Петровича – это как усиление того, что делает сам ученик. К примеру, ты организуешь выставку своих работ. И вдруг на неё придут несколько маститых художников с именем, похвалят, или, может, даже замечания сделают. О выставке заговорят, появятся статьи, какая-нибудь газета захочет сделать с тобой интервью.

– То есть он всё это организует?

– Не организует, а всего лишь подсказывает тем же журналистам, на кого стоит обратить внимание. Не потому, что ты – его ученик. А потому, что ты этого реально заслуживаешь. Чувствуешь тонкость?

– Не особо.

– Ну и ладно. Ещё почувствуешь.

– Сегодня мы к тебе или ко мне? – спросил Сергей, подводя разговор к тому главному, что заботило его в этот вечер.

– Сегодня, – Лера вздохнула, – я отвезу тебя домой и уеду. Неожиданные обстоятельства.

– Ну вот… – разом скис парень.

– Но домой я тебя отвезу немножко позже. Ты никогда не пробовал секс в машине?

Глава 26. Прощальный подарок

Взъерошенный и нервный, Сергей сидел над чашкой давно остывшего чая, уставившись в одну точку перед собой. Спал он в эту ночь плохо, урывками, то и дело просыпаясь и долго ворочаясь в попытках уснуть снова. На рассвете парень, наконец, перестал бороться с бессонницей, и его тут же съели до того задвигаемые на задворки сознания мысли.

Почему вчера Валерия не осталась и не пригласила к себе? Просто, чтобы сделать расставание короче, в надежде, что так будет немного легче? Слова о том, что у неё никогда после мужа не было долгих и серьёзных отношений, выстраивали неприятную для Серёги логическую цепочку. Он сам – не серьёзные отношения (и, понятное дело, недолгие). Кто-то другой придёт ему на смену? Уже пришёл? Не с новым ли любовником она проводит нынешние выходные?

Голосок разума попытался указать на то, что Лера никогда не врала, и если бы у неё появился новый кавалер – не стала бы этого скрывать. Ревность огрызнулась на это своим аргументом: Валерия не врёт, но и не говорит больше, чем считает нужным. Могла просто не сказать о том, что у неё уже есть другой ухажёр.

Опечаленный разум умолк, а ревность принялась развивать успех, и к девяти часам утра Сергей был на взводе. Ему хотелось устроить скандал – и именно потому, что, как парень сам себя убедил, женщина не посчитала нужным поставить ясную точку в их отношениях. Тот факт, что точка была поставлена ещё раньше, в укромной речной бухте, Серёга, разумеется, проигнорировал.

Портрет Валерии, который она сама так до сих пор ни разу и не видела, был закончен им во время вынужденного больничного, и теперь парень ухватился за этот предлог. Достал несколько листов ватмана, аккуратно упаковал в них холст – больше для того, чтобы избежать любопытных взглядов прохожих – и отправился на Монастырку. Сергей намеревался, если даже Валерии не окажется дома, дождаться её, передать портрет – а там уже действовать по обстоятельствам.

Охранник на воротах со скучающим видом кивнул, когда Серёга назвал ему номер квартиры. Выходящая из подъезда женщина, увидев быстро приближающегося парня, придержала для него дверь, так что на девятый этаж художник поднялся в полной уверенности, что его визит станет абсолютной неожиданностью.

Пропиликала мелодия звонка, за дверью послышались шаги.

– Серёжа? – удивлённо посмотрела на него Валерия.

Впрочем, её удивление не шло ни в какое сравнение с тем, которое испытал сам парень: у распахнутого шкафа, разыскивая что-то на верхней полке, стояла девушка с серыми волосами.

– Я… – горло пересохло, Сергей судорожно сглотнул – и тут возившаяся у шкафа обернулась, привлечённая тоном Леры и ответным невнятным бормотанием мужского голоса. Горло отпустило: Серёга понял, что всего лишь ошибся.

Цвет волос, стрижка и хрупкая фигура девушки делали её при взгляде со спины в самом деле очень похожей на Жанну. Но при виде лица Сергей невольно подумал о том, что это точная копия Валерии, только, конечно, моложе. Хотя, если поставить рядом мать и дочь – пожалуй, они бы могли сойти и за двух сестёр.

Девушка с вежливым недоумением смотрела на него, а Серёга, спохватившись, протянул Лере свёрток:

– Я закончил портрет, – смущённо пробормотал он. Все ночные терзания и утренние размышления показались вдруг разом невероятно глупыми, а распалявшие воображение «обиды» – по-детски надуманными. Женщина, почему-то тоже смутившаяся, взяла из рук парня упакованный в бумагу холст и, словно опомнившись, указала раскрытой ладонью на девушку:

– Моя дочь, Алина. А это мой коллега, Сергей. Мы вместе учимся у Александра Петровича.

Серёга не стал уточнять, что учёба официально закончилась вчера. Он кивнул в ответ на представление и попытался улыбнуться:

– Доброе утро. Простите за вторжение.

– Здравствуйте, – на лице Алины не было и тени улыбки.

– Что же это я… Проходи. Мы как раз собирались завтракать. Присоединишься?

Сергей, аккуратно снимавший на коврике у