выбранным местом. В воздухе дрогнуло, и на панель мягко выпали предметы из его подпространственного кармана: портативный термоиндуктор, набор мензурок и тиглей, пакетики с высушенными ингредиентами, склянки с экстрактами. Всё его кулинарное хозяйство, умещавшееся в кубе три на три метра, но представлявшее собой целый арсенал выживания.

Затем он занялся собой. Из того же кармана появилась склянка с густой, пахнущей мёдом и полынью пастой - «Адсорбент ксенотоксинов», его первая линия обороны против местной биологии. Он аккуратно размазал пасту по месту ранения. Ощущение было странным: жгучим, но затем сменившимся глубоким, прохладным онемением. Паста работала, нейтрализуя возможные инфекции и чужеродные ферменты, попавшие с костяного клинка.

Теперь к главному. «Успокоительное» в двойном объёме. Он разложил ингредиенты на панели, его движения быстрые, но лишённые суеты. Каждый жест был отточен сотнями повторений.

> Гриб-поглотитель. Чёрный, сморщенный. Его нужно было измельчить в тончайший порошок, но не перегреть, иначе он начинал выделять галлюциногены. Марк взял пестик и ступку из обожжённой глины и принялся работать, впадая в ритмичный, почти медитативный транс.

> Мох-стабилизатор. Серые пучки. Их нужно было не молоть, а вымачивать в дистиллированной воде (её он припас в небольшом баллоне) при определённой температуре, чтобы выделить седативные алкалоиды. Он поставил тигель на термоиндуктор, выставил точную температуру.

> Его собственная слюна (обработанная). Катализатор. Без неё реакция между грибом и мхом давала лишь ядовитую кашу. Он отмерил нужное количество пипеткой.

Пока экстракт мха нагревался, его руки не останавливались. Шас’так просил «максимальную концентрацию стабилизатора». Значит, нужен был дополнительный компонент. Марк достал тот самый комок интактной био-железы, добытый с ксеноса. Она пульсировала в его ладони тусклым, золотистым светом.

[Око Шефа III] подсказывало: «Высокий потенциал к стабилизации ментальных процессов. Побочный эффект: возможна кратковременная эмоциональная притупленность (апатия).» Идеально для «рывка». Солдату, идущему на верную смерть, не нужны острые чувства. Ему нужна железная воля.

Он отщипнул небольшой кусочек железы, растёр его в отдельной мензурке с каплей дистиллята до состояния мерцающего геля. Это будет «усилитель».

Работа закипела. Воздух в углу наполнился странными, чуждыми запахами: горькой пылью гриба, терпким, травяным духом мха, сладковатой, но с металлическим привкусом нотой био-железы. Марк перемешивал, нагревал, остужал, фильтровал. Его сознание было полностью поглощено процессом. В эти минуты он переставал быть беглецом, пленником, «Немым». Он был Мастером. Единственным в этом чужом мире, кто мог превратить гниль и отчаяние в нечто, дающее силу.

Помимо основного заказа, его руки по памяти создавали и другое:

«Энергетическая паста «Стальной корень». Из растёртых в пыль корешков, богатых железом по местным меркам, и концентрированного сока стимулятора, добытого из жилок листьев техно-растений. Густая, серо-коричневая масса. Эффект: временный +1 к Телосложению. Брутальный, грубый, но дающий возможность выдержать лишний удар или протащить тяжёлый груз.

«Ментальные якоря». Самый рискованный проект. Он взял те самые потрескавшиеся осколки душ, добытые из ксено-гопников. Растёр их в почти невесомую пыль и замешал на очищенном эфирном масле местного аналога ладана, обладающего лёгкими пси-активными свойствами. Получился мутный, переливающийся разными оттенками серого бальзам. Теория была такой: нанесённый на виски, он должен был создать иллюзию «фона», ментального щита от всепроникающего «гула» Сети или отдалённых атак Мыслеформ. На практике он мог и сжечь сознание. Он сделал всего три дозы. Для самого себя и, возможно, для Шас’така, если тот решится.

Наконец, основная партия «Успокоительного» была готова. Двадцать четыре матовые, тёмно-серые плитки, каждая размером с ноготь. Они лежали на листе очищенного пластика, излучая лёгкое, умиротворяющее (и немного зловещее) тепло. Он аккуратно упаковал их в специальный термостабилизирующий контейнер, затем разместил в кармане браслета вместе с пастой и рискованными «Якорями».

Он выключил термоиндуктор. Внезапно наступившая тишина после долгого жужжания устройства оглушила. Марк облокотился о холодный металл, вытирая пот со лба тыльной стороной здоровой руки. Физически он был истощён. Но ум, напротив, прояснился. Ритуальный акт творения, даже такого мрачного, смывал с него налипшую грязь тупого насилия в кармане-свалке.

Он был готов. У него было оружие. Не клинок, не булава. Оружие, которое работало изнутри. Теперь оставалось только ждать. И заполнить паузу самым мучительным из всех ритуалов.

***

Тишина после завершения работы была иной. Не просто отсутствием звуков жужжащего прибора или шипения реактивов. Это была пустота, зияющая, как червоточина. Физическая усталость оседала тяжёлым грузом в костях, но сознание, отточенное концентрацией, теперь металась, ища, за что зацепиться. Единственная доступная отмычка от этого состояния висела у него на запястье, но была не из металла. Она была виртуальной.

Марк сполз по стене, устроившись на относительно сухом участке пола, прислонившись спиной к корпусу мёртвого сервера. Холод металла просачивался сквозь тонкую ткань куртки. Он закрыл глаза, но это не помогало.

Нужно отвлечься. На что-то настоящее.

Он сделал глубокий вдох, задержал его и мысленно, с усилием, почти физическим, вызвал интерфейс. Гильдия «Таверна "У Чифа"». Окно, которое он открывал по нескольку раз на дню, как верующий - молитвенник.

Оно всплыло в восприятии, знакомое и чуждое одновременно. Лаконичное, системное. Список участников. Его имя — Марк (Мастер). Статус: «Вне зоны действия». Вечное, неизменное клеймо. Ниже — Света. Костя. Иконки Пайка и Булки. Уровни... Он моргнул, переведя взгляд. Света — Ур. 9. Костя — Ур. 10. Его губы дрогнули в подобии улыбки. Выросли. Чертяга Костян его обогнал. Конечно обогнал. Он всегда рвался вперёд, сломя голову.

Он не стал смотреть на их текущие параметры (здоровье, мана, выносливость). Вместо этого его сознание потянулось к вкладке, которая была одновременно и благословением, и проклятием. Гильдейский чат. Архив.

Он не читал его с самого утра. Теперь, в тишине склепа, с тремя трупами за плечами и партией психотропных пилюль в кармане, ему нужно было это. Как наркоману доза.

Он прокрутил не в начало, не к истеричным сообщениям первых недель. Он двинулся к самым свежим записям. Туда, где хроника его гильдии превратилась из крика о помощи в сухой, деловой отчёт о жизни, которая продолжается без него.

Сообщения шли с огромными интервалами. За последние тридцать земных дней — всего четыре.

> [24 дня назад, 17:43] Света: Караван в Новосибирск прошёл. Торгуем.

Коротко. Ясно. Никаких деталей. Какие товары? С кем торговали? Как прошло? Ничего. Он представил её: сосредоточенную, бледную, с новыми морщинками у глаз, считающую осколки и оценивающую риски. Она всегда была умнее Кости. Теперь она, наверное, и главная в… в его гильдии. В их гильдии.

> [17 дней назад, 09:12] Костя: Паёк нашёл древний артефакт в аномалии. Тип: информация.

Марк почувствовал, как что-то ёкнуло внутри.