их под белым покрывалом, чтобы не заветривались. Полицейские не стали отказываться от приглашения и уже приподняли ткань, выбирая, что бы съесть.

Я хотел подойти к ним, но Пирожок неожиданно ткнул меня головой в бедро. В зубах пес держал слегка помятую подарочную коробку, куда мы сегодня складывали Нессины тыквенные пончики, и весьма недвусмысленно совал мне. Открыв ее, я обнаружил там два пончика. Наверное, кто-то из сотрудников, стоявших за прилавком, торопился, помял коробку и дал покупателю другую, а эту сунул под прилавок и забыл.

— Ладно, ты прав, — пробормотал я волдогу. — Вчерашние тоже были ничего, но эти явно лучше, и глазурь у них уже не розовая. Можно и попробовать.

Пирожок издал согласный «гав», вильнул хвостом и отправился на кухню — скорее всего, искать новую съедобную добычу. А я со вздохом посмотрел на оранжевый пончик и надкусил его.

Эмоции накатили девятым валом. Я замер с куском пончика во рту, забыв о том, что тесто неплохо бы прожевать. Видения резко сменялись одно за другим: я закатываю рукава, чтобы заняться ремонтом магпечки, я рассказываю Партинсу какую-то из дурацких полевых баек, а он ржет, как ненормальный, я непринужденно заставляю слойки складываться на блюдо в рядок, и так далее, и тому подобное. Я присутствовал в каждой картине, видя себя со стороны. До меня, признаться, не сразу дошло, что это и есть чужой взгляд.

Так меня видела влюбленная девушка.

Нахлынувшие чувства не оставляли места для заблуждений. Тепло в груди, странное тянущее чувство, восхищение и еще много-много других оттенков, прекрасно мне знакомых, потому что я и сам их испытывал в последние дни.

Остаток пончика упал на стол. На миг я испугался. Несса вложила в свое изделие любовь ко мне, и его сегодня попробовало, наверное, полгорода. И что, теперь все знают о том, какие чувства она испытывает к Черной Смерти?

— Все хорошо, ваше сиятельство? — озадаченно спросил один из полицейских.

— Да, — протянул я и соврал: — Ранение покоя не дает.

Зазвучали слова сочувствия, даже вполне искренние. Кое-кто из полицейских и сам раньше воевал в колониях, так что понимал, каково это. Я благодарно улыбался, а сам напряженно думал о пончиках.

Нет, никто ничего не знает. Я же сам сегодня не раз наблюдал, как посетители за столиками их едят. Людям нравилось, они определенно что-то испытывали, но никто при этом не смотрел ни на меня, ни на Нессу. Ее чары откликнулись во мне сейчас лишь потому, что я испытывал то же самое. Это было подсознательное послание девушки, которая не осмелилась бы вслух произнести то, что смогли донести ее изделия.

Вздохнув, я откинулся на спинку стула.

Поздно отказываться от Нессы, убеждая себя, что я ее недостоин. Мы оба попались в одну и ту же ловушку любви.

Глава 28. Несса

Долгожданный праздник вышел с кислинкой. Даже на работу не очень-то хотелось идти, невзирая на то, что мои пончики вчера расхватали подчистую. Утром мы, как обычно, встретились с Минни, и она всю дорогу восторженно щебетала о том, какой, оказывается, Фил классный. Я радовалась за нее, но… У меня на сердце лежал здоровенный такой камень.

Лорд Ардан вчера не захотел даже ненадолго с нами остаться и попраздновать успех. Ну да, где-то среди нас, если верить шефу, крылся злоумышленник, однако сама я в это не верила. Даже Гарт не стал бы себя так подставлять — куда еще ему идти? В Танджании, судя по слухам, дела стали совсем плохи. Если нас с Минни отправят на завод, который хотя бы находится прямо в Шенберри, то парня его возраста сцапают и забросят в колонию, плюнув на все справки.

И вообще, разве не граф говорил, что наша сила — в единстве и в том, что мы должны научиться работать в команде? А сам увильнул от празднования. Неужели мы все ему противны? По тому, как он общался с нами прошедшие дни и чинил нам оборудование, и не скажешь. Что же Ардан — притворялся?

А может, дело во мне. Зря я вчера помчалась его уговаривать. Граф еще ни разу не заглядывался на меня так же, как на Никки в ее дурацком платье. Наверное, ему гораздо больше нравятся смелые девушки, а не скромницы-стесняшки вроде меня.

Мы уже почти добрались до «Сладкого волшебства» и как раз проходили мимо ателье, в котором одевались многие зажиточные горожане. За большим витринным окном было выставлено несколько уже готовых платьев. Я застыла и загляделась на одно из них.

Оно было нежно-голубым с белым узором и элегантно облегало манекен. Глубокое декольте могло бы показаться чересчур откровенным, если бы не аккуратная оторочка. Я представила себя в этом наряде, и, как ни странно, не испытала ни ужаса, ни ощущения, что такое не по мне.

Наверное, стоит пересмотреть гардероб. Мне двадцать лет, а одеваюсь по-прежнему как девочка-школьница: простые однотонные платья с глухими воротниками, заколки с цветочками. Какое бы отвращение ни вызывала Никки, а кое в чем она разбиралась намного лучше меня — такие наряды мужской взгляд не привлекут. Не удивлюсь, если лорд Ардан считает меня ребенком, у которого на уме только одни благоглупости вроде сладостей, подружек и ромашек. И в какой-то мере это правда, однако мне не обязательно быть такой все время.

— Ты чего? — озадаченно спросила Минни, только через пару шагов заметив, что я отстала.

— Ничего, — соврала я. Незачем грузить подругу собственными печалями, когда она наконец-то нашла свое счастье. — Просто обратила внимание на красивый цвет и подумала, получится ли сделать такую глазурь.

— Синего красителя у нас нет, а смешать его из других цветов не получится, — всерьез задумалась подруга. — Может, когда «Сладкое волшебство» заработает побольше, уговорим графа заказать красители из столицы?

— Может, — согласилась я и зашагала дальше.

На входе в кондитерскую нас ждал неприятный сюрприз — замок снова был выломан. Мы с Минни, перепуганные, ринулись внутрь. К счастью, шеф и Франни уже пришли и что-то тихо, серьезно обсуждали на кухне, пока еще не взявшись за дела, хотя к этому времени в печи обычно уже стояли первые свежие булочки.

Только в последний момент я осознала, что все на месте, ну разве что вчерашние остатки кто-то забрал — до последней засохшей крошки — и свалил кучу грязных чайных чашек в мойку. Не очень-то похоже на работу воров.

— Что тут произошло? — выпалила Минни, озираясь и тоже ошалело выискивая следы разгрома.

Шеф прочистил горло. Белый колпак