— Думаю, их будет много, — апатично кивнул Андрей. — Но ты сможешь нас спасти, в частности поэтому я не согласился на условия Трехликой.

— Говоришь о возможностях пройти сквозь черную дыру? Я не нашел записей испытаний подобного безрассудства со стороны предыдущего владельца.

— Мой отец мог быть кем угодно, но не идиотом. Если он пошел на сделку с пришельцами взамен на технологию — твое создание — значит, это возможно, — отрезал Андрей.

— У нас не осталось выбора, не так ли, наследник? — в голосе Ии прорезался прежний сарказм. — Госпожа Богатырева в стабильно тяжелом состоянии, в лазарете включена система максимальной компенсации перегрузки, зигота извлечена и помещена в антирадиационный бокс…

— Зигота? — оторопело переспросил Андрей.

— Зигота это…

— Я знаю, что это! У нас… Как?

— Мне подробно рассказать как, чтобы ты пришел в себя? — ехидно уточнил ИИ.

— Провода выдергаю, — собственное сердце пустилось вскачь. — У нас ребенок?

— Потом решите, когда дать развитие и каким образом. Сейчас в теле оставлять нельзя, погибнет.

Андрей не мог поверить, совсем не думали о предохранении.

— То не знаю что, — от широкой улыбки прибавилось боли в висках. Не только Настя оказалась находкой. Их клетки соединились в будущего ребенка…

— Собирается буря. Командуй, — напомнил ИИ.

— Убираемся отсюда, — Андрей пристегнулся.

Атмосфера содрогалась от электрических всплесков, словно сама природа взбунтовалась против попытки людей покинуть ее пределы. Но это была работа Трехликой. Планета превратилась в гигантский генератор мощнейших электромагнитных волн, рвавших атмосферу на части и швырявших судно, сбивавших траекторию.

Морок летел строго вертикально, отлавливал изменения в прямой линии, возвращал на курс.

Новый импульс прошил их насквозь, до каждого атома.

Андрей оказался в искривленном пространстве, где обнаружил себя вытянутым на весь мостик, а затем разобранным на части и выгнутым под невероятными углами. Полностью дезориентированный, смотрел, как выгнулась огромным пузырем приборная панель, а экран наоборот вогнулся. В этом царстве кривых зеркал его сознание удерживала только мысль о мозге корабля и андроиде возле Насти: ИИ не мог быть подвергнут искривлению восприятия, он вывезет.

Перегрузка душила организм, и это при всех стабилизирующих системах «Морока».

Электромагнитные вихри кружили вокруг космического корабля, оборудование было бесполезно, экраны потухли, датчики перестали функционировать. Малейшая ошибка приведёт к катастрофе.

— Двигатели работают исправно, продолжаем подъём! — голос ИИ прорвался в мысли. Сейчас главное — выдержать турбулентность и выйти из зоны воздействия магнитных полей.

Искривление отпустило, но свет погас, включилось аварийное освещение, залило красным все вокруг, будто разбавленной кровью.

— Гроза, Кощеев. Шарахнуло такими молниями, что лучше не знать, — доложил ИИ. — Лазарет в порядке, Богатырева стабильно тяжела. Перенаправляю ресурсы антиперегрузки полностью на медицину. Держись.

Корабль стремился вверх, борясь с мощнейшими потоками воздуха и разрядами молний, угрожающими всей электронике, двигатели работали на максимуме мощности, стараясь удержать направление полета. Каждый удар, каждая встряска заставляли сердце Андрея сжиматься от страха за Настю. Ощущение абсолютной беспомощности охватывало волнами. Он даже думал, что лучше бы пошел с Трехликой…

Экран навигационной системы давно утонул в белом шуме. Каждый метр пути в космос ощущался отдельно, словно продвижение шло рывками.

Наконец, наступила тишина. Резко, будто вырвались из притяжения сверхгиганта. Андрей смог вдохнуть полной грудью. Аварийное освещение сдало пост обычному, приборная панель ожила, как и экран внешнего обзора. Перед глазами предстало бескрайнее звездное небо.

— Внимание! Искривление пространства-времени! — сигнал опасности резанул по ушам.

— Морок, быстрее! — заорал Андрей, его тут же размазало по креслу.

Они улепетывали на максимуме.

И не оглядывались…

Первое, что сделал Андрей, когда они вышли из системы F-24k, на нетвердых ногах пошел в лазарет, по пути вытирая кровь с лица. Он почти не слышал — барабанные перепонки требовали восстановления, в отражении металла поймал себя: глаза такие же красные, как у андроида.

В лазарете было тихо, работали системы поддержки жизни. Морок стоял возле капсулы точно страж у кабинета президента.

— Она не пострадала при взлете, — сразу сказал андроид, его голос с трудом проник в сознание.

— Спасибо, — Андрей подошел ближе, взглянул через стекло на неподвижное спокойное лицо Насти. Ей хотя бы не больно.

Морок возился со сканером вокруг него, что-то впихивал в ушные проходы. Андрей дернулся от резкой колючей боли.

— Все, повреждения устранены, — андроид вернулся на пост в изголовье капсулы.

— Взгляни, такое не каждый день увидишь, — ИИ перевел на небольшой экран в лазарете картинку снаружи.

Этэрус плевался протуберанцами настолько огромными, что казались руками, тянушимися во все стороны, а Рионада, окруженная блестящей взвесью неизвестного происхождения, сжималась, уплотнялась. Андрей исчерпал лимиты на удивления, спросил равнодушно:

— Мы достаточно далеко, если она, например, взорвется?

— Да, мы далеко.

Планета, где он потерял отца, но нашел нечто совсем другое, складывалась внутрь себя, свечение становилось сильнее, сильнее, до рези в глазах, а затем экран залило белым.

Когда свет померк, остался яростный Этэрус и три планеты, Рионады не было.

— Настя дотянет до Земли? — его волновало лишь это.

— Да, — твердо ответил Морок. — А пока летим нам нужно продумать, что ты скажешь Научному корпусу по прибытии. Ствеллары не должны узнать о Трехликой матери, иначе их культ действительно воскреснет и нас ждет рабство.

— Ты прав. Но мне нужно отдохнуть, — Андрей уставился на контейнер, где в маленькой пробирке хранилась новая жизнь.

Ему есть, ради чего делать мир лучше и безопаснее.

Глава 29

Эпилог

В палате было тихо.

На интерактивной стене менялись красивые пейзажи, на столе ваза с черными розами, Андрей сам их вырастил. Настя любит цветы, ей понравится. Не эггеры, конечно, зато гораздо лучше и безопаснее.

Он сел на свободный стул, взял за руку спящую девушку. Теплые пальцы легли в его ладонь совершенно естественно, будто всю жизнь так было.

Андрей впервые использовал ресурсы корпорации «Навь» в личных целях и распробовал возможности. Лучшая клиника корпорации, лучшие врачи, служба охраны — все безупречно работали на него. Практически бездонный банковский счет обеспечил Насте приватность и восстановление. Новое сердце было идеальным, сенсорная кожа рук работала, организм пришел в норму и скоро ее разбудят.

Он выплатил весь долг за протезы и не заметил трат. Надеялся, что она примет столь щедрые подарки.

Это были бесконечные несколько недель.

Исчезновение Рионады прошло мимо основной массы человечества. Беспокоились только причастные к исследованиям: Научный корпус, правительства разных стран и верхушка ствелларов. Вот последние хуже президентов, не давали расслабиться до вчерашнего дня. Андрей поначалу вежливо принимал вопрошающих, потом ему надоело. Вспомнил, как вел себя отец в подобные моменты, все тонкие инструменты воздействия на оппонентов —