и невеста обменялись кольцами, поклонились друг другу, подписали свидетельство, которое затем также подписали свидетель, посредник и первый шафер, после чего снова заиграла музыка. Когда музыка стихла, Сунь Тунсюань встал и произнес поздравительную речь: «Чиновник Кун – выдающаяся личность и хорош собой; госпожа Сунь прекрасна собой, словно небожительница, девушка из семьи чжуанбюаня достойна вступить в брак с потомком Конфуция!» Ван Сяоинь пожелал: «Один – потомок мудреца, возвышенный и изящный; другая – из семьи чжуанъюаня, писаная красавица. Я желаю вам оставаться преданными друг другу до конца своих дней, держаться одних помыслов и устоев, Желаю вам быть добрыми друг к другу и любить друг друга!»

Гости выступили с речами, Под хвалебные песни учеников школы Миндэ снова зазвучала музыка. Жених и невеста трижды поклонились друг другу, а после церемонии поблагодарили свидетелей, церемониймейстера, представителей обеих сторон и гостей, шаферов, Затем подружки невесты сопроводили жениха и невесту в комнату новобрачных, Свадебная церемония успешно завершилась под звуки оркестра.

В тот же день в доме Конфуция прошел банкет для гостей, В Переднем зале принимали мужчин, в Заднем – женщин, В северном и южном павильонах в саду встречали представителей Центрального комитета и важных лиц из провинциальных организаций, в учебном крыле – гостей из окрестностей и города, учебных заведений, которые были в подчинении у дома Конфуция, В зале, следующим за главным, принимали близких и друзей, Накрыли больше трехсот столов, самых важных гостей кормили блюдами из акульих плавников, свидетелю и посреднику подавали блюда «ласточкины гнезда». Военных и офицеров, а также в учебном крыле угощали блюдами из морского огурца.

Японские агрессоры стремительно оккупировали северо-восток Китая; страну охватил патриотический энтузиазм. Хотя в такой обстановке свадьба в доме Конфуция несколько отошла на задний план, отрекшийся от престола цинский император Пу И отправил на свадьбу в Цюйфу своего старшего брата Пу Туна. Чан Кайши и другие значимые деятели Гоминьдана также прислали подарки. Первый президент Бэйянского правительства Цао Кунь, Сюй Шичан и Панчен-лама, Хуан Цзиньжун из Шанхая, посол Японии в Китае Кавагоэ Шигеру, японский военный атташе – все прислали поздравления. Сунь Тунсю-ань с супругой подарили новобрачным диван. Члены Центрального комитета Гоминьдана преподнесли расшитую золотом ткань, на которой были слова: «В награду потомку за его заслуги». Председатель гоминьдановского правительства Линь Сэнь подарил доску с надписью «Желаем благого явления орла и цилиня». В главном зале на всю ширину висел свадебный полог и парные праздничные благопожелания, были выставлены расписанные золотом ширмы, серебряные щиты и амфоры, жезлы-жуи и другие предметы, приносящие счастье.

Главный человек того времени – Чан Кайши, желал присутствовать на бракосочетании, однако так и не приехал. Его ждали с самого утра, но, поскольку откладывать дальше было нельзя, в полдень объявили о начале церемонии. Чан Кайши не приехал даже к вечеру. Оказалось, что за четыре дня до свадьбы, 12 декабря, произошел «сианьский инцидент»: Чжан Сюэлян и Ян Хучэн, чтобы вынудить Чан Кай ши собрать общенациональный Объединенный антияпонский фронт, взяли его под арест – тогда об этом было мало кому известно, в том числе и в доме Конфуция.

1937

К декабрю 1937 года японская армия вторглась в Северный Китай – возникла угроза захвата Шаньдуна. Задолго до начала войны Кун Дэчэна неоднократно приглашали в Японию для участия в церемонии открытия храма Конфуция, но он отклонял предложения.

Чан Кайши приказал Хань Фуцзю, председателю правительства провинции Шаньдун, при отступлении эвакуировать Кун Дэчэна в Нанкин. Хань Фуцзю позвонил Сунь Тунсюаню в Яньчжоу и велел тотчас отправиться в Цюйфу и отвезти Кун Дэчэна на юг. Сунь Тун-сюань добрался до Цюйфу в одиннадцатом часу ночи.

Кун Дэчэн лично встретил Сунь Тунсюаня и, узнав о приказе, возразил: ведь если он отправится на юг, то некому будет совершать моления в храме и заниматься домашними делами, к тому же его жена была беременна. Однако Сунь Тунсюань настаивал на своем. Кун Дэчэн распорядился подать ужин. Хань Фуцзю уже два раза позвонил Кун Дэчэну и убеждал немедленно отправляться в дорогу.

Нетрудно представить смятение Кун Дэчэна, которому не было и двадцати лет: впервые с эпох Цзинь и Ляо глава дома Конфуция был вынужден покинуть Цюйфу не ради аудиенции у императора или учебной инспекции, Кун Дэчэн захотел посоветоваться с дядей: Кун Линъюй служил начальником одного из отделов в департаменте финансов провинции Шаньдун. Вскоре после инцидента 7 июля [149]дядя Кун Дэчэна, осознав, что ситуация будет ухудшаться, отправил мать, жену, четверых дочерей и нескольких слуг в родной Цюйфу. Его семья временно поселилась в западном крыле дома Конфуция, а сам Кун Линъюй работал в уезде Нинъян.

Кун Дэчэн говорил с дядей по телефону, Кун Дэюн, сын Кун Линъ-юя, вспоминал об этом:

По тону брата Дэчэна можно было заключить, что мой отец тоже не поддерживал срочный отъезд и предлагал, чтобы госпожа Сунь сначала родила. Я младше брата Дэчэна на несколько лет и тогда был еще ребенком и плохо понимал, что происходит, и не желал слушать их препирания по телефону. Мне больше хотелось побежать в главный зал поглазеть на шумиху.

В двенадцатом часу ночи Кун Дэчэн положил трубку. Сунь Тун-сюань направил машину в Нинъян за Кун Линъюем; представителям двенадцати семей через слугу передали, что им немедленно нужно прибыть в дом Конфуция для обсуждения важных вопросов, Около трех часов утра Кун Линъюй приехал в Цюйфу и встретился с Кун Дэчэном и главными членами рода. Собравшиеся составили соглашение, которое подписали в трех экземплярах: один остался в Кунфу, остальные – у Кун Дэчэна и Кун Линъюя, Местные знали об этом документе по слухам, но сомневались в его существовании: только в 1954 году, когда Кун Линъюй скончался в Пекине, Кун Дэюн увидел наконец копию, которая хранилась у его отца. Там были три основных пункта:

1. Кун Линъюй будет выступать в роли заместителя фэнсыгуаня и заниматься делами дома – за исключением налогов.

2. Управляющий домом будет выполнять те же обязанности, а ранее уволенного Чэнь Цзинтана вернут на должность управляющего внешними делами дома.

3. Кун Линъюй не будет получать деньги за свою работу, но жалование и питание другим работникам дома Конфуция будут выдаваться в полном размере.

Соглашение подписали к четырем утра. Все домашние были заняты сборами. К Кун Дэчэну приставили четырех солдат, которые не отходили от него ни на шаг. Он вернулся в спальню и вместе с Сунь Цифан собрал необходимые вещи. В пять утра Кун Дэчэн с