женой и охранниками проследовали из внутреннего двора в гостиную и попрощались с родственниками и слугами, которые оставались в Цюйфу.

Среди сопровождавших были учитель Люй Цзиньшань, к которому в 1933 году Кун Дэчэн лично ездил в Цзинань и просил его обучать, учитель Ли Биннань, слуги У Цзяньжан и Чжэнь Цзинжун, две служанки Сунь Цифан, приехавшие с ней из Пекина, когда она выходила замуж. Никто не знал, вернутся ли они в Цюйфу. Кун Дэчэн обернулся и взглянул на провожавших: он не мог вымолвить ни слова, лишь махнул рукой – и, заплакав, сел в машину.

Только автомобиль пересек в Яньчжоу мост Наньдацяо – в мост тут же ударил артиллерийский снаряд. Мог ли Кун Дэчэн знать, что он садился в последний поезд, следовавший по северному отрезку железной дороги Тяньцзинь – Пукоу! Всего через несколько дней японская армия вторглась в Цюйфу, сто двадцать солдат захватили дом Конфуция.

Кун Дэюн и его отец пережили оккупацию Цюйфу. По его воспоминаниям, в доме японские солдаты вели себя скромно. Они не смели входить в помещения под знаком «Внутренние покои, проход запрещен!» без указаний вышестоящего офицера. Как считал Кун Дэюн, такое поведение объяснимо. Во-первых, дом Конфуция символизировал духовную культуру Китая, что было стратегически важно для высшего японского командования, и именно поэтому они не смели осквернить его. Во-вторых, японцы чтили Конфуция: если бы усадьбу разрешили посещать в составе экскурсионной группы, военные бы заходили стройной шеренгой, соблюдая дисциплину.

Кун Дэюн однажды принимал японского генерал-майора. Вероятно, для офицера потомок Конфуция был сродни самому Конфуцию, поэтому гость даже не осмелился поднять головы при молодом Кун Дэюне и сразу сел на менее почетное место. Сопровождавшие генерал-майора старшие офицеры также смиренно сидели на менее почетных местах, а младшие офицеры и солдаты стояли на улице. В пятнадцать лет Кун Дэюн отправился в жандармерию на Новый год. Японцы из уважения пригласили женщин, которые прислуживали во время обеда: всем прислуживало по одной, Кун Дэюну – две. Позже он понял, что это были «женщины для утешения».

За пределами дома Конфуция начинались оккупированные районы, обыски проводили при въезде в город и на выезде, люди выживали как могли, В доме совершенномудрого было спокойно: Кун Дэюну, по его словам, каждый день подавали «непривычную для него крестьянскую еду» – жареный шпинат, свинину и другие блюда. Большую часть времени Кун Дэюн проводил дома и редко покидал его.

В литературе встречаются разные сведения о той ночи, когда Кун Дэчэн вынужденно покинул Цюйфу, Кун Линпэн, другой дядя Кун Дэчэна, в 1935 году поступил в Яньцзиньский университет, Седьмого июля 1937 года он со своим отцом Кун Сянмянем, заместителем заведующего отдела закупок Центрального трастового бюро Шанхая, был на каникулах в Шанхае, поэтому не мог застать отъезд Кун Дэчэна. Однако он проанализировал имеющиеся сведения и на основе собственных предположений написал статью. Приведем отрывок из нее:

Об отъезде из Цюйфу я тогда знать не мог, но одно скажу точно: Кун Дэчэн давно предполагал, что отъезд будет лишь вопросом времени, однако никому не говорил об этом <…> Представьте, что за один вечер он должен найти преемника, которому передаст все дела дома, собрать вещи и пригласить для сопровождения учителя Люй Цзинь-шаня, секретаря и других, 一 как он мог сообщить о своем отъезде, не зная о нем заранее?.. Как Хань Фуцзю, председатель правления провинции Шаньдун, мог направить человека, чтобы разыграть сцену «изгнания из дворца»? Так что Сунь Тунсюань не принуждал к отъезду, а сопровождал их.

Насколько я знаю, после приезда Сунь Тунсюаня Кун Дэчэн немедленно велел нескольким членам семьи прибыть в Цюйфу. Наконец решили, что в его отсутствие дом возглавит Кун Чжагуан, а бытовыми вопросами будет заниматься его супруга. Чжагуан приходится Дэчэну ближайшим дядей по отцу. Кун Линъи также завещал в случае своей смерти поверить дела Чжагуану. Кроме того, я слышал, что Дэчэн передал некоторые ценные вещи господину Ван Сянтану, бывшему директору провинциальной библиотеки Шаньдуна, чтобы тот доставил книги и культурные реликвии на юг. Это убедительное доказательство того, что Дэчэн был полон решимости противостоять войне и сделал все возможное для того, чтобы не покидать родину. Поэтому не стоит говорить о том, что отъезд был вынужденным.

Могила Цзы Лу

Чжун Ю (имя-цзы Цзы Лу) дольше всех учился у Конфуция. Храбрый, честный, искренний и верный, он никогда, по словам Учителя, не откладывал выполнение обещанного на завтра. Цзы Лу погиб в шестьдесят три года в ходе восстания Куай Куя в царстве Вэй. Его последними словами были: «Благородный человек и умирая не снимает головного убора»[150].

Платформа Боциньтай (Платформа Боциня)

Некогда чжоуский Чэн-ван пожаловал Чжоу-гуну владение в Лу, но в те времена Чжоу-гун помогал Чэн-вану и не мог поехать управлять землями. Тогда вместо Чжоу-гуна в Лу отправился его сын Боцинь, став луским князем в первом поколении. Бо Цинь накрепко запомнил наставления отца и управлял государством умело. Сильно тоскуя по дому, в центре города он построил высокое земляное возвышение, забирался на него и смотрел на запад в сторону Хаоцзина, столицы Западного Чжоу. Это место находится за северными воротами старого города в Цюйфу, в километре к западу от кладбища Кунов. По сторонам раскинулись поля, где трудятся и отдыхают в тени деревьев крестьяне.

Кун Дэчэн и Сунь Цифан вернулись в Цюйфу только в 1947 году перед окончательным отъездом на Тайвань. Кун Дэюн, вспоминая эти события, говорил: «Теперь кажется, что Чан Кайши сделал доброе дело. Если бы Кун Дэчэн попал в руки японцев – последствия были бы катастрофическими. В лучшем случае, его бы увезли в Японию, и он стал бы “марионеточным Совершенномудрым”».

Годы в Чунцине: довольствоваться тем, что имеешь

Госпожа Сунь Цифан покидала Цюйфу беременной. По пути через Хубэй она родила девочку, которую назвали Вэйэ: второй иероглиф «э», по-видимому, выбрали из-за места рождения[151]. Рождение ребенка добавило праздничной атмосферы в это трудное время. В Чунцине их встретил на причале Кун Сянмянь. Супружеская пара временно разместилась на верхнем этаже банка Мэйфэн, в личной квартире заместителя директора банка Дэн Чаньцю, в новом жилом квартале Лянлукоу на западе города.

Национальное правительство располагалось в Ханькоу. На очередном собрании Исполнительного юаня велась особая дискуссия о судьбе Кун Дэчэна. Кун Сянси предложил отправить супругов на учебу в США, что позволило бы последним