и не опустили оружие, размахивая мечами с ещё большим рвением.

– Она убьет Софи, – закричал Рэй, вновь мельком взглянув на окно. Сердце, гулко стучавшее в груди, болело от жгучей тревоги за любимую.

– Иди к ней! Забери ее! И убей эту дрянь! Пусть катится в преисподнюю! – громко произнес Эрон и переместился с братом так, что Рэй оказался лицом к замку. Но все так же спиной к спине со старшим братом. – Мы прикроем! Беги!

– Эрон! Ты останешься один!

Рэй понимал, что вампиры тут же окружат брата, и Эрон не продержится долго. Он бросил взгляд на Шона и Джаспера, которые сражались в метрах двадцати от них, так же, стоя спина к спине.

– Иди, черт тебя подери! – заорал Эрон.

И Блэкмор, бросив очередной взгляд на окно, где находилась его любимая, стремительно побежал в сторону замка.

Эрон с диким криком занёс свой меч, рассекая им воздух и не давая подойти к нему ночным тварям.

По крайней мере, моя любимая ведьма сможет мной гордиться.

Что-то резко толкнуло его в спину, заставив податься вперёд.

– Спина прикрыта, – отчитался Шон, и Эрон улыбнулся, почувствовав рядом плечо младшего брата. – Правда я прихватил с собой ещё одного. Ты как, Джаспер?

– Чертовски устал, – процедил Джас, понимая, что им ещё сражаться и сражаться…

По-видимому, моя человеческая жизнь будет слишком коротка.

Рэй быстро мчался по серым коридорам замка, уничтожая охранников Лаэты, которые с диким рвением пытались защитить свою хозяйку.

Вампиры цеплялись за стены, опрокидывая канделябры с горящими свечами и пытаясь перегородить путь охотнику.

Но Рэй все равно, хоть и с большим трудом, пробирался все ближе и ближе к комнате Лаэты.

Потерпи, милая. Не сдавайся. Я уже рядом.

И, наконец, добравшись до огромной массивной двери, распахнул ее, немедля ни секунды. Но стоило ему войти в комнату, как дверь тут же захлопнулась за ним, словно он попал в ловушку, а самого Рэя придавило к стене невидимой силой, полностью лишив способности двигаться.

Он с удивлением взглянул на мертвое тело Армана, лежавшее на полу с торчащим клинком в сердце.

А он что здесь делает?

– А вот и наш Рэй… – усмехнулась Лаэта, так и продолжив стоять к нему спиной, наблюдая за боем. Но одним движением руки ведьма развернула Софи лицом к мужчине, словно хотела показать ему ее мучения. – Пришел за своей любимой?

– Отпусти ее, – тяжело дыша, произнес Блэкмор.

Его сердце стучало так сильно, что готово было, казалось, выпрыгнуть из груди. Но несмотря на безумную усталость, он лишь крепче сжал рукоять меча.

Серые глаза остановились на парящей в воздухе Софи. Ее лицо приобрело пугающий серый оттенок, словно она задыхалась. А взгляд любимых глаз был пустым.

Милая, нет! Живи!

– А что ты можешь мне предложить? – Лаэта повернулась к нему и сощурилась.

– Свое сердце, – отозвался Рэй, не в силах выносить вида того, как страдают возлюбленная и его ребенок. – Ты убила Армана. Я же предлагаю прийти к тебе в услужение на целую вечность. Только отпусти ее и сохрани ей жизнь.

Лаэта медленно начала кружить вокруг Софи, изучая ее глазами.

– За что ты её любишь?

– А разве любят за что-то? – ответил Рэй, поморщившись от мучительной боли, и чувствуя, как невидимая сила сдавливает его грудную клетку все сильнее, словно пытается сломать ему все ребра.

– Ты готов умереть за нее?

– Да, – Блэкмор сделал тяжёлый вздох и опустил голову, чтобы не выдать ведьме того, что он страдает от невыносимой боли, – Она – все для меня. И ради такой любви стоит жить и умереть.

Лаэта взглянула на мужчину и горько усмехнулась. Она знала цену любви… Потому что отдала за нее слишком многое.

Лаэте безумно хотелось почувствовать хоть каплю той любви, что испытывали эти двое…

Ещё тысячу лет назад, когда она верила в любовь Армана, она считала, что разлучила Вириата и Эвелин, отомстив им, когда послала вечную разлуку.

И теперь ей казалось, что они снова живы и борются за свою любовь.

– Ты умрёшь, Рэй, – хрипло произнесла Лаэта, и одним взмахом ее руки свечение вокруг Софи прекратилось, а сама девушка упала на пол.

Рэй поднял голову и всмотрелся в любимое лицо. Софи была без сознания, но он видел, как приподнимается ее грудь.

Она дышит… Жива.

А большего ему и не нужно было. Главное, чтобы жили Софи и его ребенок.

Я люблю вас.

– Я согласен, – простонал он, снова опустив голову. – Ты выполнила свою часть договора, а я выполню свою.

Лаэта медленно двинулась к Рэю, оставив позади себя бесчувственное тело девушки.

– Ты не будешь сожалеть о своем решении? – спросила она, вновь медленно поднимая руку.

Блэкмор почувствовал, как под воздействием магических сил меч Вириата медленно поднимается в его руке.

Умереть от собственного меча… Да уж… Незавидная у меня судьба.

– Ни дня, – Рэй с трудом поднял голову и взглянул в холодные голубые глаза Лаэты.

И увидел там то, чего не ожидал.

Грусть и огромную боль.

– Тогда умри счастливым и старым, – тихо прошептала Лаэта и, взглянув на объятое пламенем оружие в руке Рэя, направленное на нее, бросилась на меч.

* * *

Блэкмор замер, продолжая смотреть в голубые глаза, которые глядели прямо на него.

С каждой секундой печаль в глубине ее глаз уходила… Он не видел там ни страха, ни сожаления… Лишь смирение и пустоту.

В глубине души Рэю было жаль Лаэту. Женщину, любовь которой так жестоко растоптали и предали, в то время как она была готова на все.

Он отпустил рукоять меча, и безжизненное тело ведьмы с глухим стуком упало на каменный пол, прямо рядом с телом Армана.

Стены замка начали дрожать, словно они вот-вот поглотят всех, кто находится внутри.

Рэй бросился к Софи и, подняв ее на руки, кинулся к дверям. Он стремительно бежал по коридорам со своей драгоценной ношей на руках, уклоняясь от падающих огромных камней. Стены замка рушились… Словно он исчезал вместе с Лаэтой.

Выбежав наконец на улицу, Рэй опустился на мягкую траву и прижал Софи к себе. Ее ресницы едва дрогнули, и из его легких вырвался вздох облегчения. Его любимая медленно приходила в себя.

– Милая… – тихо окликнул он, прикоснувшись к ее губам лёгким поцелуем. –