шумом выдохнул через ноздри воздух, совершенно неожиданно для меня перекрестился, и выдавил из себя:

— Я понял, Туман. Ну… Отдам.

Мы вновь вышли в коридор, но я уже тащил под мышкой скатку, все остальное — миску, кружку, зубную щётку забирать не стал.

Конвоир довёл меня до лестницы, и мы поднялись на второй уровень, провёл по прогибающимся под тяжестью металлическим щитам в дальний угол.

И замер у двери, будто не решаясь открыть ее, потому что там с потолка свисало гнездо злых огромных ос, в пруду плавали крокодилы, а по стенам висели анаконды. Потом все-таки открыл оконце и бросил туда:

— Принимайте новенького.

Аккуратно вставил ключ в скважину, несколько раз осторожно повернул, чуть приоткрыв дверь, впихнул меня в щель и тут же захлопнул.

Я огляделся. Камера эта оказалась раза в два меньше той «хаты», в которой я провёл первые дни. Тут висело густое амбре из запахов давно немытых человеческих тел, застарелого пота и мочи, табачного перегара. Двухъярусные железные нары вдоль стен делали это место, смахивающим на тесную теплушку, где остался лишь узкий проход шириной в метра полтора.

Около нар стояло четверо бугаев. С меня ростом, но шире раза в два. Хотя, я бы не сказал, что они выглядели мускулистыми, скорее жирными. Все бритые, с толстыми короткими шеями, в майках и тельняшках. На груди, на руках — масса наколок. В современное время делать тату с криминальной тематикой стало модно и люди бездумно копировали наколки зэков, даже опущенных, петухов. А в этой среде каждый рисунок нёс определённый смысл. А у этих амбалов судя по «куполам» ходок на зону было немерено.

И взгляд мясников-садистов, жаждущих развлечься с новым «мясом», пустить кровь. Размазать по стенке жертву. «Прописывали» здесь явно жёстко, если выживешь, останешься беззубым безногим инвалидом на всю оставшуюся жизнь.

Но я не стал говорить: «привет, здорово», просто задал стандартный вопрос:

— Куда скатку положить?

— А вон туда клади, — произнёс лениво бычара в тельняшке с отрезанными рукавами, шея у него уходила куда-то сразу в череп, без намёка на уши. — Около параши. Там твоё место будет.

Смачно сплюнул, а вся команда амбалов зашлась в весёлом гоготе.

— Нет, — сказал я спокойно. — Мне это не нравится.

Я быстро шагнул к одной из шконок и стал раскладывать свой матрас наверху.

— Багор, он оборзел? — раздался удивлённый возглас прямо за моей спиной.

Я резко обернулся, нырнул вниз и ушёл от смачного удара, врезал ребром ладони под дых мужику. И тут же выскочил из-за его согнувшегося тела, запрыгнул на второй уровень. Перебежал поверх и упал сверху на другого шкафа, с силой сдавив ему толстую массивную шею мёртвым захватом. Он захрипел, но попытался перекинуть меня через себя. Но я тут же отпустил его, и с силой, на какую был способен, врезал ребром ладони по шее. Мужик охнул, схватил за горло, осел вниз, откинулся назад на нижний уровень нар.

Я понимал, что справиться с четырьмя здоровенными бугаями не смогу, все равно они задавят меня массой. Но просто так сдаваться не собирался.

Они тут встрепенулись, и ринулись к своим нарам, вытащили не биты, как потом будут использовать бандюки, а просто деревянные палки. И кучей набросились на меня. Но я тут же в прыжке опять оказался на верхнем ярусе, перепрыгнув через них, оказался за их спинами. Спрыгнул вниз. Один из амбалов резко обернулся и со всей дури шмякнул деревянной палкой. Трах! Я успел отклониться, удар пришёлся на стойку. Схватил палку и с силой, рванул чуть вперёд и вверх. И вырвал из рук. И тут же приложил крепыша по его голой черепушке. Он взревел, как раненный бык, схватился за башку.

Но радоваться было некогда. Слева со свистом разрезая воздух мелькнула палка. И тут я использовал корпус согнувшегося амбала как щит, а затем резко ушёл перекатом. Палка с треском врезалась в плечо своему же подельнику.

— Ах ты сука! — взревел второй, пытаясь перехватить оружие поудобнее.

Они двинулись на меня. Но я прекрасно знал одно — в таком узком пространстве надо действовать очень быстро, в бешеном ритме, не раздумывая бить точно и сильно. Я запрыгнул опять наверх. И тут один из амбалов развернулся слишком широко и за эти мгновения я вмазал ему носком ботинка в переносицу. Хряпнул разбитый хрящ. Бычара взвыл как-то совсем не по-мужски, тоненько, жалобно, выронив своё оружие, прижал ладони к морде, из-под пальцев побежали струйки багровой крови, заливая майку.

Остальные трое решили взять меня в клещи, встали с трех сторон нар, размахнулись палками, чтобы врезать мне по ногам. Но я мгновенно перепрыгнул на верхний ярус рядом стоящих нар, спрыгнул в проход. Они развернулись, пытаясь перестроиться, двое встали друг за другом. А я, схватившись руками за край стойки нар, качнулся как маятник и со всего размаха вмазал в грудь первого бандюка, который пытался достать меня. Тот не удержался, повалился назад, сбивая с ног второго амбала.

Я спрыгнул вниз. Подхватив оброненную палку, встал ожидая атаки. Оставшийся бандюк в тельняшке не стал нападать. Лишь как-то странно ухмыльнулся. И вдруг исчез из поля видимости. Я лишь, как в замедленной съёмки краем глаза узрел, что он нырнул на нижние нары. И тут страшный удар палкой обрушился на мои ребра, перехватило дыхание, и я едва успел уклониться от смачного джеба в челюсть. Кулак лишь разбил бровь. Еле сдерживаясь от боли, я нырнул под нижние нары, ужом прополз там и выскочил около двери. Кровь из разбитой брови заливала глаза. В голове стало мутиться.

Ворочаясь на полу, двое бычар все-таки сумели встать, схватив палки, начали надвигаться на меня, злобно вращая шарами. А я, тяжело дыша, мучительно соображал, что делать. Сил сопротивляться уже не осталось. Несмотря на то, что теперь их осталось только трое.

Автору будет приятно, если вы оставите отзыв, лайк, награду. Это очень мотивирует писать дальше.

Глава 16

Аудит врагов

Вокруг простиралась тьма, абсолютно непроницаемая, словно меня закутали в плотный кокон. Но она начала рассеиваться, расползаться лохмотьями. И я понял, что нахожусь в своей собственной квартире. Но я не знал, как попал сюда.

Последнее, что помнил, как этот бычара в тельняшке вдруг вышел перед своими пацанами и, раскинув руки, гаркнул: «Ша!». И все замерли. Он прошёл мимо меня к двери и постучал громко, кулаком. И как мне