пыли и дрожью воды в озере. Оборотни стали в круг, готовясь к защите. Но спустя полчаса с той стороны завала послышались живые человеческие голоса.

— Эй! — крикнул кто-то по-русски, но с акцентом. — Есть кто живой? Вы там хоть помогите со своей стороны что ли!

— А вы кто? — всё же задал вопрос Эраго, прежде чем дать команду навалиться на завал со своей стороны.

— Хильмерик Трихёвдат, — представились через стенку. — Скандинавский химеролог и…

— И друг семьи Угровых. С вами говорит чауш рода Эраго, Резван, — представился оборотень со своей стороны и дал отмашку отряду.

Оборотни рванули к завалу и с небывалым воодушевлением принялись отшвыривать камни куда придётся, уже не заботясь о выкладке пирамиды. Спустя еще минут десять встречных раскопок удалось пробить брешь, достаточную, чтобы протиснуться человеку.

С той стороны их встречал скандинавский химеролог, которого Эраго видел всего пару раз в особняке Угаровых, всегда молчаливый, с насмешливым прищуром единственного глаза, не скрытого под повязкой. Рядом с ним топталось с десяток существ, похожих на то, что высовывалось из стены, — только разных. Чешуйчатые, пернатые, игольчатые, гладкокожие. Химеры.

— А вы здесь какими судьбами? — выдохнул Эраго, принимая протянутую руку.

Хильмерик пожал плечами, будто ничего особенного не случилось.

— Юрий попросил помочь. Ну и вот, — он кивнул на своих питомцев, — разослал нас на поиски мольфаров.

— Спасибо! Вы очень вовремя. Мы уж думали, несколько дней провозимся. Да и искали выход в другой стороне.

— На соседний ярус перемычку? — уточнил химеролог. — Мы её первой проверили, там бы вы не пролезли, пришлось здесь долбить завал. Мои тут заодно немного дорогу разведали. Правда, она полна ловушек. Мои зверушки физику заставят сработать. Если у вас получится нивелировать магию, то дальше мы поможем избежать излишних жертв в городе.

— Каким это образом? — нахмурился Карасай Алхасов, всё ещё недоверчиво косясь на химер. Химерологу он был благодарен за спасение, да и Эраго знал старика, но все же… вдруг скандинава купили?

Хильмерик достал из рюкзака мутную винную бутыль литров на десять с белёсой жидкостью.

— Концентрат эфира. Мои протянут в подземный город и усыпят всех, кто там есть. Глядишь, удастся избежать излишних жертв. А мы войдём позже, как только рассеется немного.

Оборотни переглянулись. Идея была здравая. После завала у них и так имелись раненые, которых тащить дальше вглубь — только жизни лишать. Да и регенерация в горах сдавала, не работала в полную силу. А тут — тихо, мирно, без лишней крови.

— Хорошо, — кивнул Эраго. — Дальше идём вместе.

Они двинулись вглубь.

Химеры шли первыми — просачивались сквозь камни, обнюхивали каждый выступ, находили тайные ловушки и обезвреживали их на глазах у изумлённых оборотней. Пару раз срабатывали магические конструкты, Эраго тут же гасили их, преобразуя энергию по большей части в слабенькие лекарские конструкты для своих боевых товарищей.

Подземный город они отыскали через час. Химеры получали отрезы ткани, смоченные в концентрате эфира и завёрнутые в куски кожи, а после уходили в темноту.

Химеролог отослал оборотней чуть назад, чтобы тех не задело испарениями. Сам же, приладил на лицо странную маску и рассылал своих лазутчиков для тихого взятия города.

Спустя час сводный отряд оборотней вступил в сеть пещер, освещённых тусклым зеленоватым светом мхов. Крупнейшая из них уходила вглубь и вширь на сотни метров. Дома — если это можно было назвать домами — лепились к стенам, вырастали из пола, свисали с потолка. Дерево, камень, глина. И тишина.

Хильмерик не обманул. Мольфары спали. Кто сидя, кто лёжа, кто прямо на ходу — эфир сделал своё дело. Тихо, мирно, без крови.

— Дальше что? — спросил Алхасов, оглядывая спящий город.

— Дальше нужно разобраться с теми, кто хотел смерти. Обязательно изъять ритуальные кинжалы. Остальных… не знаю. Пусть решают Пожарские. Не нам судить.

Он посмотрел на спящую женщину у входа в один из домов. Лицо измождённое, под глазами круги, но в руках зажат чёрный обсидиановый кинжал. Не успела.

Эраго вынул клинок, сунул в мешок.

— Работаем, борзы. Собираем всё, что блестит чёрным.

* * *

Вырубив императрицу, передо мной во весь рост встал вопрос: куда уходить порталом? В Кремль, демонстрируя израненного принца и покалеченную императрицу? Так об этом сразу станет известно сперва на всю столицу, а после и на страну. Слухи у нас расходятся быстро, я нисколько не сомневался в наличии шпионов во дворце. Возвращаться в штаб к Эраго? Но и там, насколько я помню, полковых лекарей не было в таком количестве, чтобы можно было быть уверенным в восстановлении принца.

С другой стороны, у меня уже была проторена дорожка в Океанию, где торчали Эльза, Мясников, бабушка и Эсрай вместе с Шанталь Зисланг. Пора было разбавить женскую компанию Мясникову, поэтому я практически без раздумий открыл портал туда. Время там уже близилось к ночи, но мои расположились, можно сказать, с относительным комфортом. Эсрай была магом металла, но уж магией земли владела по минимуму, потому организовала им небольшое укрытие.

Моё появление с окровавленным телом на руках в лучах обеденного Карпатского солнца заодно с громогласными трубными фанфарами не осталось незамеченным. Ко мне рванули все. Наверное, и Шанталь бы сделала то же самое, если бы не продолжала лежать в своём лекарском сне. Мясников и вовсе тёр глаза, видимо, отсыпаясь после затрат сил на бабушку.

— Мать твою, нашёл-таки! — сразу же отреагировала княгиня Угарова, первой узнав императрицу.

Бабушка даже в темноте выглядела привидением самой себя, но с улыбкой едва ли не до ушей.

— А с вами у меня будет отдельный разговор, Елизавета Ольгердовна. Ещё раз устроите подобное, боюсь, могу не успеть вытащить вас с того света.

— Ну жива же, — хмыкнула княгиня. — И ещё один уровень владения взяла. Я девятка, полновесная!

— Тьфу, — сплюнул я. — Вроде бы не ребёнок, а ведёте себя как подросток.

— Кажется, кто-то здесь поменялся местами, — хохотнула Эсрай, наблюдая нашу размолвку с бабушкой.

— Ладно, Мария Фёдоровна обождёт. Тем более, там не всё так просто. Сперва нужно принца подлечить.

Я отложил в сторону императрицу, за которую тут же взялась Эльза, и вынул из пространственного кармана поблёкшую, практически безжизненную окровавленную тушку феникса, истыканную стрелами и напоминающую сейчас больше дикобраза, чем птичку. Тут уж приличным высказываниям места не осталось.

— Кто его так? —