поблагодарила тапера, дернула девицу за руку и потянула прочь. Если в кубрик к матросам не спускаться — а делать это среди ночи совершенно не хотелось — оставалось им только ют осмотреть.

Трап на полуют Клюева сразу увидела, а вот Лидяша принялась недоуменно осматриваться. Сюрприз получился: не знала она, что здесь такое место есть. Но что теперь делать? Уж пришлось выдать страшную тайну капитана. Авось в следующий раз не найдет Царева это местечко.

Марина совсем уж было собралась потащить Лидяшу наверх, как вдруг услышала голоса. Причем, один был ей слишком хорошо знаком: Андрей с кем-то беседовал. Второй голос был женский — тихий такой, журчащий, просящий даже. И чего любимому начальнику не спится среди ночи? Что за дама там такая… разговорчивая? Ревность кольнула. Но пуще — страх. Если Звягинцев Марину сейчас поймает, лекций воспитательных не оберешься. И так весь день спать ее отправлял. Сам-то, конечно, все себе разрешает!

Тем не менее обида не позволила Клюевой глупость совершить. Поймав Лидяшу за рукав, она шепотом объяснила ей свою проблему. Та хихикнула и на полуют поднялась одна, а Марина под тот трап и шагнула — там темно, не увидишь, мельком глянув, а специально проверять, не прячется ли кто, Андрей едва ли станет.

Раздался плеск, словно что-то тяжелое за борт бросили. В голову пришла мысль, что любимый начальник от дуры истеричной даже в реку прыгнуть рискнул, лишь бы снова с ней не скандалить, и Клюева едва не засмеялась в голос. Впрочем, сразу же услышала Звягинцева. Тихий его ор она бы ни с чем не спутала. Ох и зол же он был на вторжение Лидяши! Интересно, чему такому важному она помешала?

Над головой простучали быстрые шаги Андрея. Даже в них чувствовалось раздражение! Марина увидела лишь его спину, скрывшуюся в коридоре. Не заметил, слава богу!

— Нет там Киси, — недовольно сообщила Лидяша, спустившись. — А жених твой — хам!

— С кем он там был?

— Один, — недовольно проворчала девушка.

Странно. На полуюте спрятаться негде. Неужто и впрямь девица или дама, что с сыщиком беседовала, в воду кинулась? Да нет! Тогда бы Андрей тревогу поднял.

Уже вылезая из-под лестницы, увидела Клюева, что вокруг полуюта идет узкий бордюр, в две ступни шириной, не больше. И огорожен он примерно такой же высоты перильцами. Кисточка — собачка маленькая, ну как там спряталась? Герострат, может быть, у Андрея в каюте дрыхнет, а Лидяша тут на котика напраслину наводит.

Оставив близорукую подельницу сторожить выход из коридора и наказав подать сигнал, если Звягинцев снова выйдет, Марина бочком стала продвигаться вокруг кормы парохода. Тут они и нашлись — Кися и Герочка. Лежали, свесив головы над рекой и внимательно вглядываясь вдаль. Повезло, что собачка была ближе — Клюевой легко удалось подхватить ее под живот. Будь между ними импер-кун, могла бы и потерять равновесие. А так — сцапала и потащила обратно, аккуратно переступая по узкому проходу.

Зверью, надо сказать, насилие не понравилось. Герострат шел следом и ругался, как только умеют ругаться коты — тихо, утробно. Совсем, как Андрей, когда злится. Кися висела тряпочкой и тихо поскуливала.

— Ты нашла ее! — патетично воскликнула Лидяша, протягивая руки к своей псинке.

Даже вырвать Кисточку попыталась, отчего Марина уже на последних шагах, едва равновесие не потеряла. Собачку она сунула хозяйке и без сил опустилась на ступеньку. Лидяша, поблагодарив, умчалась к себе, а Марина все сидела. Не хотелось и с Андреем столкнуться, если вдруг на Лидяшины вопли высунется, и вообще двигаться. Лишь минут через пятнадцать, когда окончательно все затихло, она встала и поплелась к себе в каюту. Долгий день получился.

Глава 18

Прежде котла Звягинцев увидел растянувшегося на палубе человека. Тот проснулся, заслышав шаги, отодвинулся в тень аретфакта, нахлобучил шляпу, что валялась подле, и закутал белым шелковым шарфом низ лица.

Похоже, был это тапер, и в этот раз без грима, иначе зачем бы ему маскироваться? А ведь именно маскируется, гад, не хочет лицо показывать! Зато хоть лежку его сыщик обнаружил, и не призрак фигляр вовсе, обычный человек. А Котел, выходит, у него прикормленный, что ли? Артефакт распоряжался всем и всеми на корабле, включая капитана, и едва ли кто-то из команды стал бы без дела тревожить его. Прячься не хочу.

— Ни сна, ни покоя от влюбленных идиотов, — меж тем бурчал тапер. — И вот что им не спится? Днем, что ли, с Котлом пообщаться нельзя?

— А вы, я смотрю, нашли место, где можно укрыться от всех, — не остался в долгу Андрей. — Прячетесь, маскируетесь, лицо не показываете… К чему бы?

— А это не по вашему профилю, господин сыщик, — отрезал тот. — Хотите Котел о чем-то спросить — спрашивайте. Я уйду, мешать не стану.

— Да я больше думаю, уж не укрывается ли и Глафира Летягина где поблизости?

— Не укрывается, — тапер фыркнул и раскинул руки. — Где вот здесь укрываться? Сами смотрите: по бокам борта, за ними вода кругом, а на палубе только Котел. Не в артефакте же барышня отсиживается. Да и холодно, ветром продувает, — передернул он костлявыми плечами. — И комары. А вот кое-что для тебя здесь спрятали. Или не для тебя, но ты забери, отдай капитану или кому там надо.

— Что спрятали? — не понял Андрей.

— Под Котлом посмотри, ближе к носу. Ладно, ты не со мной пришел беседовать.

И буквально утек в ночь, оставляя Звягинцева одного.

Андрей в задумчивости обошел тяжелый куб с бегущими шестеренками, образующими человеческое лицо. То, казалось, пристально следило за гостем. Нагнулся, пошарил по ровным доскам палубы под Котлом, с трудом просунув пальцы в узкий зазор. В руку ткнулось что-то холодное. Ключ. Обычный ключ с красивой резной головкой. Как от каюты. Каюты! Ну конечно же! От каюты Глафиры! Значит, тапер все же виделся с ней⁈

Сыщик коснулся артефакта, почувствовал всплеск магии. Несмотря на ночную прохладу, Котел был теплым.

— Ну, батенька, и куда ж ты отпустил Глафиру Летягину? Или все же клоун этот постарался?

Котел не реагировал. Похоже, тема пропавшей невесты его не занимала. Может, надо было ему стихи любовные почитать? Так таких Андрей и не учил никогда. И не писал вовсе.

И о чем вот с ним говорить? Хотя, знал,