года. Загадывали желания, дарили подарки, делились планами на будущее и болтали. А на рассвете бабуля подняла девушек гадать. Как она призналась, на рассвете первого дня, когда день начинает расти, можно погадать и узнать практически все, что хочешь. Мне тоже хотелось испытать свой дар предвидения, пусть на втором луче он откровенно слаб, но Клара Петровна не позволила, сославшись, что это обряд только для девушек.

И все же мне не спалось. То ли из-за эмоций, которыми был наполнен уходящий день, то ли из-за волнения перед чем-то необъяснимым. С непроходящим чувством тревоги проворочался в кровати до самого рассвета, а потом решил спуститься вниз и подышать свежим воздухом во дворе. На ступеньках встретил заплаканную Полину.

– Что случилось? – тут же обнял девушку и прижал к себе. – Плохой сон?

– Нет, мы гадали и…

– Что?

– Я решила погадать на нас с тобой, и нам обоим выпали тяжелые испытания…

Глава 18. Попутчики

Одно из главных правил каждого парня – не позволять девушке верить в дурацкие предсказания. Конечно, я не мог обещать, что в будущем жизнь будет цветочками усеяна, но и лишний раз нагнетать тоже не стоит.

– Что бы ни случилось впереди, мы справимся! Согласна?

– Угу! – отозвалась девушка и уткнулась носом мне в плечо. Я провел рукой по ее голове и поцеловал в макушку.

В тот же день я выбрался прогуляться по двору и немного побыть в одиночестве. После разговора о семье меня накрыл острый приступ ностальгии. Как назло, пообщаться с родом не получалось. В расстроенных чувствах вернулся домой и рано ушел спать, а ночью меня ждал серьезный разговор.

– Что смурной такой, внучок?

То ли во время медитации перед сном я реально задремал, то ли увидел деда на ментальном плане – сложно сказать.

– Меня беспокоит одна мысль. Точнее, две.

– Ну, давай по порядку, – дед Матвей присел на поваленном дереве и похлопал ладонью по стволу дерева, приглашая сесть рядом. Словно в детстве, я принял приглашение, устроился на бревне и затараторил:

– Понимаешь, деда, нехорошо получается. У меня ведь есть семья. Просто когда я сказал, что она в другом мире, все решили, что родители погибли. Оно-то хорошо с точки зрения конспирации, но вот по справедливости…

– А как ты думаешь, разведчики как поступали? Рассказывали о своей семье?

– Но я же не разведчик!

– Да, ты прав, Андрюха, до толкового разведчика тебе далеко. Да и не об этом речь. Думаю, ты парень не глупый, смекнешь к чему речь.

– Вот, дед, вечно ты со своими загадками. Нет бы прямо сказать как есть!

– А ты думаешь, я могу вот так появляться и вмешиваться в события мира? Нет, Андрюшенька, никто из нас не имеет такого права. Мы – кто? Твои предки, существующие в памяти рода. Все сам, внучок, все сам. Это ведь ты живешь, твое и право менять историю. А мы будем ее менять, когда снова вернемся творить.

Выходит, прямого ответа ждать не стоит. Да и не стоит оно того, дед у меня молодец, намеки умеет делать, будь здоров!

– Ну а второй вопрос?

– Полина… Нехорошо с ней получается. Она ведь до сих пор думает, что я их Царицына. И потом, я не сказал, что еду в Архангельск. Если узнает – обиды будет на всю жизнь.

– Да, девчонки они для того и созданы, чтобы будоражить наши головы, – ухмыльнулся дед. – В делах сердечных я не советчик, скажу только по себе, Андрюшка, что не надо от милых ничего таить. Я вон от бабки ничего не скрывал.

– А как же чекушки в рыбацкой сети?

– Ты не понимаешь, это другое! – авторитетно заявил дед и заулыбался.

Видение исчезло, и я понял, что лежу в кровати на спине, глядя в потолок. Не знаю почему, но мне стало лучше, и я быстро заснул. А на следующий день у нас состоялся разговор с Полиной. На удивление, новость о том, что я пришел через Арку, она восприняла спокойно. Не знаю, я бы точно удивился и некоторое время смотрел на человека с подозрением, а девушка наоборот, словно светилась от счастья, что ее парень не такой, как остальные. Сомнительный повод для гордости, честно говоря.

– Выходит, тебе и не нужно в Царицын?

– Нет, я там никогда не был, и ехать туда не собираюсь.

– Ты меня обманул! – девушка насупилась и отвернулась.

– Только для того, чтобы не подвергать опасности.

– Какой заботливый! Куда поедешь? Назад в академию?

– Не совсем, – протянул девушке письмо Степаныча. Полина быстро пробежала его глазами, а потом прочитала еще раз, более вдумчиво.

– Ничего не понимаю… Речь о той картине, которую ты показывал в академии?

– Да, на ней изображен Архангельск. Знаешь, я и сам не до конца понял зачем мне искать какого-то Юрия на краю света.

– Андрей, ты ведь понимаешь, что я поеду с тобой?

– Именно этого я и боялся. Полина, тебе нужно остаться!

– А тебе не кажется, что я сама имею право выбирать как поступить? И потом, целитель тебе точно пригодится.

– Нет, вы все с ума сошли! Сначала Буров с Булычевым раскусили меня и увязались следом, теперь ты!

– Нет, ну он еще и Бурова с Герой позвал! А меня, значит, нет? Андрей, за тобой идут, потому что любят! Потому что верят! Заметь, как легко убедить людей идти следом. Ты стал капитаном команды и привел ее к чемпионству, первому за всю историю Смоленской академии. Теперь мы хотим идти за тобой, куда бы ни пришлось.

– Да, а вот убеждать вас остаться у меня не очень выходит.

– Тебе не кажется, что каждый достаточно взрослый и самостоятельный, чтобы принимать решение за себя?

Неделя у Масловых пролетела незаметно. Виктор уехал на следующий день после праздника, оставив семью еще немного погостить. За все время он лишь один раз приезжал на ужин, а на следующий день гости уехали домой. Неделя подходила к концу, и нам пришло время отправляться в дорогу. Бабуле мы сказали что едем в Царицын и даже съездили за билетами на вокзал. Расходы полностью взял на себя и по случаю оставил пятьсот рублей в укромном месте у Масловых. Это будет моя заначка на пожарный случай, если с наличкой что-то случится, а в банке заблокируют счет.

На седьмой день каникул мы отправились в путь. Выехали за два часа до отправления поезда на Царицын. Действительно отправились на вокзал, вот только перед самым отправлением поезда на Москву взяли билеты и устроились в вагоне.