криминальный гений перешел ко второй тетради. Здесь характер записей резко изменился. Чернила местами выцвели, а некоторые страницы были покрыты темными, бурыми пятнами, подозрительно напоминающими старую кровь.

Аларик впился взглядом в строки:

«Октябрь. Год Лошади. Я нашел его в ущелье Пяти Ветров. Местные гиды отказались идти туда, утверждая, что там обитают злые духи. То, что я увидел, действительно походило на бойню демонов. Несколько десятков растерзанных тел в одеждах клана „Багровый Лотос“. И один человек в центре этого кровавого месива. Он был жив, но его раны… ни один обычный человек не выжил бы. Его предали. Собственные ученики, жаждущие власти, загнали его в ловушку. Я должен был уйти. Имперскому дипломату не следует вмешиваться в криминальные войны варваров. Но я увидел в его глазах не мольбу о пощаде, а ярость упавшего бога».

Юноша перелистнул страницу, чувствуя, как мозаика окончательно складывается в пугающую картину.

«Я потратил три дня и почти весь запас элитных имперских зелий, чтобы вытащить его с того света. Когда он пришел в себя, он назвал свое имя. Аридан Хелсмут Итари Пантократор Алисад. Для гильдий Востока он — Голова Дракона. Абсолютный Грандмастер. Тот, кто заставляет плакать самих демонов. Он был уничтожен. Не физически, но морально. Предательство любимого ученика, Лонгвея, сломило то, что не могла сломить сталь. Синдикат перешел в руки узурпатора. Аридан произнес клятву Крови и Тени. Он сказал: „Моя империя обратилась в прах, а моя жизнь теперь принадлежит тебе, чужестранец. Отныне мой клинок будет защищать твой род, пока бьется мое сердце“».

Аларик тяжело опустился на деревянный стул, не отрывая взгляда от старых страниц.

«Декабрь. Мы вернулись в столицу. Аридан взял имя Архип. Величайший убийца континента добровольно надел ливрею слуги. Моя жена смеется и говорит, что у нас самый тихий и вежливый дворецкий в мире. Если бы она только знала, что этот „вежливый старик“ на прошлой неделе голыми руками остановил экипаж, у которого отказали тормоза, и никто этого даже не заметил. Я боюсь за нашего нерожденного сына. Мои исследования Высших Сфер привлекли внимание тех, кто стоит за Канцлером. Если со мной что-то случится, Архип — единственная гарантия того, что мой наследник доживет до своего совершеннолетия».

Последняя запись обрывалась на полуслове.

Теневой Владыка аккуратно закрыл дневник и провел рукой по тисненой коже переплета.

Двадцать лет. Этот монстр в обличье дряхлого старика двадцать лет терпел унижения, заваривал чай, вытирал пыль и выслушивал капризы избалованного мальчишки, которым был Аларик до слияния с Змеем. А по ночам, когда поместье засыпало, «тихий слуга» превращался в ангела смерти, вырезая наемников, отравителей и шпионов, подосланных Орловским и другими стервятниками. Архип был невидимым щитом, разбившимся о который, враги даже не понимали, что их убило.

И теперь прошлое пришло за ним. Ученик, предавший наставника, возжелал окончательно стереть тень своего учителя с лица земли.

— Значит, Голова Дракона, — эхо голоса Аларика прокатилось по сводам архива.

Юный князь поднялся. В его душе не было ни страха, ни злости на старика за сокрытие правды. Было лишь глубочайшее, искреннее уважение. Трикстер, сам прошедший через предательство в своей прошлой парижской жизни, как никто другой понимал боль потерянной империи.

Он не собирался выдавать Архипа. Наоборот. Змей собирался использовать этот конфликт, чтобы раз и навсегда показать Востоку, что в столице Империи появился хищник, рядом с которым их синдикаты покажутся стайкой пугливых мальков.

Манипулятор подхватил дневники, спрятал их в пространственный карман трости и направился к лестнице. Внезапно его слух уловил едва заметный шорох наверху, на первом этаже поместья.

Звук был слишком тихим для тяжелых шагов гвардейцев, но слишком тяжелым для призраков. Аларик замер на ступенях, прикрыв глаза и разворачивая Ауру Абсолютного Доминирования на минимальный радиус.

В холле кто-то был. И этот кто-то двигался с той же пугающей, смертоносной грацией, что и убийцы на заводе. Синдикат «Багровый Лотос» решил нанести двойной удар: прощупать оборону предприятия и одновременно отправить элитную группу ликвидаторов прямо в логово гада Рус.

На губах Теневого Владыки заиграла холодная, предвкушающая улыбка.

— Идеально заваренный чай, говоришь? — прошептал интриган, вспоминая утренний инцидент с летящей иглой. — Посмотрим, как ты справляешься с сервировкой стола, когда на ужин заявляются незваные гости.

Трость Мефистофеля в руке князя хищно блеснула в полумраке архива. Аларик ускорил шаг, поднимаясь навстречу тьме, которая имела наглость вторгнуться в его дом. Спектакль под названием «Пробуждение Дракона» должен был начаться прямо сейчас. И Трикстер намеревался насладиться им из самого первого ряда.

Ступени старинной каменной лестницы, ведущей из подземелий, поглощали звуки шагов. Аларик гада Рус поднимался из архива, полностью скрыв свою инфернальную ауру. Теневой Владыка, способный одним импульсом воли поставить на колени половину Императорского двора, сейчас превратился в абсолютное ничто, слившись с мраком коридора.

Интуиция, отточенная переходом на Четвертый Круг, безошибочно рисовала карту вторжения.

Их было шестеро. Элита «Багрового Лотоса». В отличие от ударного отряда, устроившего шумную резню на заводе Стартера, эти гости двигались иначе. Они не ломали двери и не резали обычную охрану поместья, погрузив ночных сторожей в глубокий, неестественный сон с помощью парализующих благовоний. Синоби текли сквозь просторные залы первого этажа, словно ртуть, оставляя за собой лишь едва уловимый запах озона и сушеной гвоздики.

Они искали не хозяина дома. Их траектория безошибочно вела к служебному крылу, где располагались скромные покои старого камердинера.

Бывший криминальный гений остановился на резном деревянном балконе второго яруса, выходящем в главную галерею. Отсюда, скрытый плотной бархатной портьерой, интриган имел идеальный обзор. Он мог бы призвать Фантома. Мог бы сам спуститься вниз и превратить незваных гостей в пепел одним прикосновением, пополнив запас душ. Но Змей жаждал зрелища. Ему нужно было увидеть пробуждение Дракона.

Лунный свет, льющийся сквозь высокие витражные окна, расчертил паркет галереи серебряными квадратами.

Шестеро убийц возникли в дальнем конце коридора. Они были затянуты в матово-черный шелк, поглощающий свет, лишь на левых плечах тускло багровели вышитые цветы лотоса. Никакого огнестрельного оружия — только изогнутые клинки за спиной и смертоносные лезвия, закрепленные на предплечьях.

Восточные ассасины бесшумно скользили к резным дверям служебного крыла, рассредоточившись для идеального штурма. Лидер группы, чье лицо скрывала полумаска демона-Они, поднял руку, отдавая немой приказ.

В этот момент массивные двери мягко, без единого скрипа, отворились сами.

На пороге стоял Архип.

Старый слуга выглядел так, словно его подняли посреди ночи ради рутинного поручения, к которому он был абсолютно готов. На нем был надет безупречно выглаженный сюртук, на шее красовался идеально