вовсе не собиралась идти замуж за злобного старика, который хитростью вынудил её родителей выдать девушку за него. Но случилось и то, что вызвало радость в его сердце: оказывается, красавица испытывала к нему, Арсению, ответные чувства!

Тогда он пошёл на отчаянный шаг, решив выкрасть свою возлюбленную, которая, конечно же, была не против. Они сбежали поздней ночью накануне свадьбы, после которой Леля – так звали его возлюбленную тогда, навсегда была бы сокрыта от него за стеной вечной мглы и холода, ведь Карачун царствовал именно зимой, тогда как его временем было лето.

Единственный, кто разгадал планы Арсения – тогда его тоже звали иначе, но это имя оказалось ему ближе всего, был Ратимир. Огорчился тогда брат не на шутку, но не посмел оспаривать выбор Лели, и препятствовать их любви. Он даже помог молодым сбежать и какое-то время скрывать от преследования злого обманутого жениха, но, в конце концов, тот нашёл их, и постарался расправиться с обоими, раскидав их по разным сторонам света.

Тогда Карачун был намного сильнее Арсения, и в порыве гнева он едва не стёр его с лица земли, применив чудовищную силу, несмотря на бессмертие парня. Но Леля, даже на другом конце света прознав о том, взмолилась всем богам на свете, попросив их помочь своему возлюбленному. Те прислушались к ней, и помогли Арсению выжить, однако попросив за то бессмертие, которым обладала девушка.

Она согласилась, ведь настолько любила его, что и собственной жизни ей было не жаль.

И с тех пор он разыскивал её бессмертную душу, возрождённую в новом теле, желая лишь одного: воссоединиться со своей давно потерянной любовью. И вернуть ей бессмертие. Но до этого мига Карачун всегда опережал его на один шаг, каждый раз лишая его надежды и заставляя начинать поиски с самого начала.

Глава 51

 - Желана… - не знаю зачем, вновь позвала её я. – Что они сделали с тобой, сестрица?

Да! Даже вспомнив, кто я на самом деле такая, я всё равно считала эту девицу своей сестрой, и душа у меня болела за неё ничуть не меньше, чем за себя саму. А, может, даже больше. Я покидала Людовку в качестве невесты Мороза-княже для того, чтобы защитить Желану от верной гибели. Но, как я могла сейчас сама убедиться, это не спасло её от участи, что гораздо хуже смерти.

Сестрица смотрела на меня прозрачными, словно вмиг выцветшими глазами, но не видела меня. Остекленевший взгляд девицы напоминал мне взгляд ледяных скульптур, виденных мной однажды зимой на выставке, ещё в мою бытность Дарины. Несмотря на хрупкость и изящество работы мастера, эти скульптуры более походили на мёртвых людей, и именно эти неживые глаза делали их такими. Не уберегла я сестрицу, как бы не старалась это сделать. Видать, судьба - штука упрямая, и уж если чего человеку на роду написано…

Мотнув головой, я попыталась отогнать прочь эти мысли. Ишь, расклеилась! Ещё разреветься тут не хватало!

- Желанушка, пойдем отсюда… - я попыталась взять её за руку, но едва потянулась к ней, как уже знакомый голос остановил меня.

- Я бы не советовал касаться ту, что способна убить тебя через одно это прикосновение…

Моя рука замерла в воздухе, так и не дотронувшись до Желаны. Словам разбойника я не доверяла, но что, если именно сейчас в них крылась истина?

Михай смотрел на меня почти равнодушно, его интересовало лишь то, что я буду делать и говорить дальше. Видать Мороза-княже оставил его в качестве надсмотрщика за мной приглядывать, и разбойник откровенно скучал, не зная, чем себя занять.

- А тебе-то откуда знать? – я гордо вскинула голову, прямо взглянув ему в глаза. Сейчас я его не боялась, потому как знала, что не тронет он меня, покуда сам Карачун, у которого он по всей видимости был на побегушках, ему это не разрешит.

- Да так, - криво усмехнулся Михай. – Видел я, что она с вашей деревней сделала, никого, даже детей малых не пощадила… Всех до смерти заморозила.

Его слова отозвались страшным эхом в моей груди. Вновь взглянув на Желану, я поверить не могла, что моя сестра, пусть и под воздействием чёрного колдовства, оказалась способна на такое.

- Врёшь! – бросила я ему в лицо.

Но он лишь ехидно рассмеялся.

- Зачем мне это? – пожал он плечами, продолжая издеваться над моим отчаянием. – Говорю, как есть… Как же они кричали перед смертью, эти твои односельчане, как молили о пощаде! Это было настоящей усладой для моих ушей.

- Жаль, что Арсений не может убить тебя, - сжав зубы, процедила я сквозь них. – Я вижу, ты заслужил смерти больше, чем кто-либо другой!

- Я же сказал, что это не так просто сделать,  – Михай опять расхохотался. – Прости, милая, но Арсений просто не может… Впрочем, как и я его… Видишь ли, у проклятых есть свои плюсы…

О чём он говорил, я не понимала. Знала лишь, что сейчас разбойник меня не обманывал, но расспрашивать его особо не хотелось. Покопавшись в своей памяти, я поняла, что ничего не знаю о Михае. Не было его в моих «прошлых жизнях» с Арсением, а, значит, чем-то они друг другу не угодили относительно недавно. Я смолчала, однако разбойник сам продолжил.

- Видишь ли, что Ратимир – твой защитничек, что Арсений, из-за которого ты и впала в немилость Морозу-княже, и я – все мы бессмертны. Вот только полюбовники твои получили этот дар от отца – старого гуляки Велеса. Я же схлопотал его, убив одну ведьму, а перед тем вдоволь насладившись её телом.

Он осклабился, и мне стало настолько неприятно от этого человека, что холодные мурашки побежали по коже. Мерзкий, до чего же мерзкий тип! Он говорил об изнасиловании и убийстве, совершёнными им же, так легко и ненавязчиво, словно заново переживал их как самые счастливые воспоминания своей жалкой жизни.

- Ну так вот, - продолжил Михай, явно довольный впечатлением, которое он сумел на меня произвести. – Умерла эта чертовка, но перед смертью прокляла меня, обрекая на вечную жизнь. Я-то, дурак поначалу радовался, думал – да разве это проклятие?! Жить вечно! А потом понял, что хуже и придумать было нельзя.