— Мне кажется, в модели меня не возьмут.

— Вам кажется. Уже почти взяли. Так, я за платьем. А вы… Придумайте что-нибудь с волосами.

— Я против!

— Поздно, я уже все подписал. Два дня работы! Всего два дня! И не смейте меня подводить, Марго. При хорошем раскладе вам достанется замок.

— Из картона или из глины? — не смогла не съязвить я.

— Кажется, каменный, — начальник вошел в свой кабинет и выдвинул из угла коробку, — Подслушивали?

— Допустим.

— Это хорошо. О! А вот и платье. Удачно, что я не дал унести его на склад. Смотрите какое красивое. В восточном стиле. Ну?

Вот чего не отнимешь у начальства, так это чувства юмора. Потому что его попросту нет. Нет, за деньги я многое готова на себя надеть. Но это? Остатки рекламы мороженого эскимо? Нет, тут уж точно пора спрашивать у судьбы, за что мне вот это вот все? Узкое платье снежной королевы, на плечах меховая накидка, вместо манжет — пластиковые шипы, похожие на сосульки, так и хочется прокатить каждую на языке. Корона точно такая же из сияющих «ледяных» шипов, к ней прикреплена тонкая ткань, развевающаяся позади на манер шлейфа фаты. Выглядит все вместе красиво, но очень странно. И платье, оно даже не белое, а скорей цвета утреннего снега, когда тот алеет в рассветных лучах и перебивается искрами. Вроде и белое, а вроде серебристое.

— Может, я в своем пойду?

— Щас! — взвыл мужчина и немного подпрыгнул, — В своем я вас могу только изгнать из нашего офиса! И гарантирую, больше на работу вы никуда и никогда не устроитесь. Марш переодеваться! С причёской можете не заморачиваться. На вас будет корона с висюльками. Стразы между прочим дорогущие, я потому к себе этот костюм и прибрал. Ну, чтоб он никуда не пропал.

— Я…

— Премия и двухнедельный отпуск.

— Умеете вы уговаривать.

— Я вам даже свой кабинет уступлю, переодевайтесь. И смойте с лица всю косметику, это условие заказчика.

Я зашла в кабинет, прикрыла дверь, огляделась. Сокровенное место нашего офиса, куда начальник обычно никого не пускает. Всюду коробки с реквизитом разных эпох, кипы бумаг, разные договоры. Так и хочется из вредности что-нибудь утащить. Ну или переложить с места на место. В качестве мелкой мести за испорченное настроение. Нет, ну не может же заказчик в самом деле подарить мне замок? Хорошо, если просто заплатит. Скорей всего посмеётся, когда увидит меня в этом наряде. Позорище! И зачем только я пришла сегодня в офис? Нужно было уехать куда подальше, ну хоть бы и в типографию. Я толкнула папку с бумагами, та провалилась в щелку межу двумя столами. И не видно, и можно сказать, что оно само туда соскользнуло. Мелкая месть за глобальную гадость. Как минимум меня сегодня ожидает позор, я опоздаю на электричку, и никто никакого отпуска мне конечно не даст! Нет, ну какая из меня модель?

— Вы там скоро, Марго?

— Да!

Я сбросила костюм и надела на себя дурацкое платье. Может, это не наказание от судьбы, а, так скажем, наоборот — исполнение детских мечт пусть и с тринадцатилетним отрывом? Нет, ну хотела же я быть снежинкой на утреннике в детском саду? Да уж! Теперь обо мне точно будут ходить легенлы! И не только в рамках нашего офиса, а по всей сети фирмы.

Я застегнула молнию на спине, одернула рукава и нацепила на голову корону. Лишь мельком бросила взгляд в зеркало на себя. Сразу вспомнилась детская сказка о прекрасной, но злой королеве. В этом платье я себя даже не сразу узнала. Может, и вправду, фотомодель? Тонкая талия, высокая грудь, откуда-то взялись длинные ноги. Да и корона смотрится не смешно, скорее уместно или даже немного пугающе. Влажной салфеткой я стерла с лица макияж. Его и было-то не так много, только глаза чуть подведены.

— Входите, я закончила.

Начальник тотчас открыл дверь, застыл на пороге, присвистнул от удивления.

Хороша! Так, а с ручками что? Коготки нужно поклеить!

— Чего? — руки я на всякий случай спрятала ща спиной.

— Ноготки накладные сделаем и все, готова наша Снежить.

— Как вы меня назвали?

— Это не я, это клиент. Он Снегурочку ищет, только зовёт ее по-иностранному. Снежить.

— Снегурочку? Летом?

— Норвежец, что с него взять? У них свои принципы работы.

Ногти начальник наклеил мне сам. Уселся в свое кресло, достал из ящика целый набор разноцветных ноготков, высунул язык на бок.

— Алые! Тебе пойдёт.

— Я не хочу. Я не модель.

— А выглядишь, как настоящая модель.

— Нет.

— Поздно, я уже и предоплату взял тоже.

Когда все было закончено, начальник сграбастал меня под руку, наверное, чтоб я уж точно не убежала. Коридор, изумленные лица сотрудников. Вон и клиент стоит в самом конце коридора, кокетничает с Ирой. Сейчас он обернется и откажется. А мне потом что делать? Надо мной снова все станут хохотать. Нет, я привыкла работать головой, а не телом. Мгновение, резкий поворот головы, норвежец стремительно бледнеет, я поджимаю губы со зла. Красавец застыл, кашлянул, поклонился чересчур резко.

— Бу! — сказала я, чтоб хоть немного разрядить атмосферу. Висюльки на короне чуть зазвенели.

— Молю не начинать нашу встречу с проклятий, — просипел норвежец, — Мы исполним все ваши требования.

— Какие требования?

Внезапно платье на мне засветилось, наверняка в ткань вшита гирлянда от елки. На что только не пойдут наши костюмеры, чтоб исполнить все прихоти заказчиков. Нет, норвежец, кажется, совсем ошарашен. Полагаю, он готов приплатить, чтоб избавится от меня. Вот и хорошо, вот и прекрасно. И почти совсем не обидно. Может, карандаш с глаз не стоило стирать? Хотя, какая разница так-то. Повезет, так еще успею на электричку — надежда сбежать из офиса пораньше точно умирает последней.

— Замок, подарки, золотые монеты. Прошу, идёмте за мной, госпожа Снежить.

— Прямо так, сразу? Куда? Вы уже обустроили съемочный павильон?

— Я все объясню. Это здесь, рядом, у подножия Выборгского замка. Там есть старый ход.

Глава 3

Снежить

Ветер ударил в лицо, закружил подол длинного платья. Мужчина идет впереди меня, оборачивается через шаг, словно опасается того, что я сбегу. И я чувствую себя словно бы под конвоем. Платье кажется мне совершенно смешным. Про корону из пластика и говорить нечего. И даже гордая осанка не спасает, впрочем, и надменный взгляд тоже. Наверное, так, как я сейчас, чувствуют себя клоуны, когда в самый первый раз появляются на манеже.

Но ходят же эти