гонишь, Руслан? — всплескивает руками женщина. — Девочка почти ничего не съела! Дай ей спокойно позавтракать, не торопи.

— Она не будет, Маш, — Руслан бросает на меня издевательский взгляд, в котором пляшут искры вчерашнего ночного разговора. — Она боится, что внутри может быть не пойми что. Вдруг я тебя подговорил?

— Да как же такое можно?! — Марья Ивановна округляет глаза. — Деточка, неужто правда так думаешь?

Я заливаюсь краской до самых корней волос. Хочется провалиться сквозь этот дорогущий пол прямо в подземный паркинг.

— Руслан, — выпаливаю я, вскакивая со стула. — Твой юмор такой же специфический, как и объявления у моей соседки!

10

— Спасибо, что выручила ночью, — роняет он, не сводя глаз с дороги. — Без тебя я бы этот «подарок» точно в окно выставил.

— Не за что, — пожимаю плечами, глядя на мелькающие витрины. — Можно у остановки. Дальше я сама дойду, тут пара кварталов.

— Довезу, — отрезает он, и я понимаю: спорить бесполезно.

Когда огромный черный внедорожник вкатывается на парковку перед институтом, жизнь там на мгновение замирает. Студенты оборачиваются, кто-то даже достает телефон. Я вижу Колю. Он стоит у входа с каким-то помятым свертком в руках. Вид у него решительный и одновременно жалкий.

Руслан тормозит прямо напротив него. Я выхожу из машины, чувствуя на себе взгляды.

— Рита! — Коля бросается навстречу, неловко преграждая мне путь. — Привет! Отлично выглядишь. Сегодня после пар идем в кино. Не хочешь с нами?

— Спасибо, но после пар у меня смена сегодня, — устало выдыхаю я, пытаясь обойти его.

— А завтра? Можем вдвоем еще раз сходить... — он хватает меня за локоть, и я инстинктивно дергаюсь.

Одновременно понимаю, что Руслан до сих пор не уехал. Оборачиваюсь. Стекло опущено наполовину, и я вижу его глаза. Он сидит, положив руку на руль, и внимательно прислушивается к нашему разговору.

В этот момент из толпы студентов вылетает Оля. Она буквально врезается между мной и Колей.

— Ты не кстати, Колян! — шипит она, хватая меня за руку. — Рита, идем, пара через пять минут!

Она тащит меня к дверям, не давая опомниться. Я успеваю лишь бросить короткий взгляд назад. Руслан медленно трогается с места.

— Ты видела его лицо? — Оля затаскивает меня в холл, тяжело дыша. — Он выглядел, будто собирался Колю прямо там в асфальт закатать. Ритка, ты хоть понимаешь, во что вляпалась? Это же не просто богатый мужик, это... ну, ты сама видела.

— Видела, — тихо отвечаю я. — Но тебе не о чем беспокоиться. Котенок пристроен. Больше я его не увижу, Оль. Такие, как он, не возвращаются в наш мир дважды.

11

Вода в раковине мыльная и пахнет лимоном, который не может перебить стойкий дух жареного мяса и дорогих соусов. Опускаю руки в горячую жижу, выуживая очередную тарелку из тонкого фарфора. Здесь, на задворках шикарного ресторана, жизнь выглядит совсем иначе, чем в зале. Там — хрусталь, приглушенный свет и люди, которые едят красную икру так буднично, будто это овсянка. А здесь — я, в фартуке, сражаюсь с остатками их роскошной жизни.

Подходит ли мне эта роль «Золушки на минималках»? Честно? Терпеть не могу. Но счета сами себя не оплатят, а котятам наполнитель нужнее, чем мне новые вещи.

Отмываю тарелку за тарелкой и чувствую, как в голове все перемешивается. В институте полный завал. Сижу на лекциях по гражданскому праву, смотрю на препода и ловлю себя на мысли, что он говорит на латыни или вообще на эльфийском.

Буквы в учебниках складываются в слова, но смысл ускользает. Не мое это все. Но и всю жизнь мыть чужую посуду, глядя на чужой праздник жизни, я не собираюсь. Должен же быть какой-то выход.

Мысли невольно соскальзывают на вчерашнюю ночь. Квартира Данилова до сих пор стоит перед глазами. Холодные интерьеры, панорамные окна, тишина, которая стоит дороже всего моего района вместе взятого. Красиво? Да. Доступно? Ни капли.

Я вела себя там как полная дура. Краснела, бледнела, пыталась сбежать.

А Руслан... он ведь настоящий шкаф. Огромный, массивный, пугающий своей неподвижностью. Мои сверстники рядом с ним выглядят как недокормленные воробьи. В нем чувствуется какая-то первобытная сила, сталь, которую не спрятать за дорогим пиджаком.

Наверное, уже вручил племяннице котенка. Рыжей бестии будет хорошо в большом доме. Там хоть есть где разгуляться, не то что в съемной однушке.

Внезапно из сумки, брошенной на полку для персонала, доносится слабый звук уведомления. Вытираю мокрые руки о фартук, достаю телефон. Сообщение. От Руслана. Сердце делает предательский кувырок.

«Рита, ты дома?»

Я замираю. Зачем я ему?

«На работе. А что?»

«Во сколько к тебе завтра удобно заехать? К тебе домой».

Хмурюсь. В голове сразу рисуются картины: котенок заболел, он передумал, он хочет вернуть «бракованный товар»...

«Завтра целый день дома. А что произошло? Что-то с котенком?»

Ответ приходит почти мгновенно.

«С котенком все настолько хорошо, что Соня решила, что котенку одному скучно. Нужен второй. Завтра приеду с племянницей выбирать компанию для рыжей. Будьте готовы».

Я смотрю на экран, забыв про гору грязных тарелок. Он приедет. С племянницей. К нам. В наш «зоопарк», где баба Зина уже наверняка точит веник и готовит новые «бизнес-предложения».

Руслан в моей прихожей — это уже стихийное бедствие. А Руслан с пятилетней девочкой в поисках второго котенка... это либо начало новой катастрофы, либо самый странный выходной в моей жизни.

— Рита! Тарелки сами не помоются! — орет шеф-повар.

Прячу телефон и снова ныряю в мыльную воду, но теперь на губах сама собой играет улыбка.

12

На следующее утро на пороге — Руслан. Сегодня на нем нет официального пиджака, только джинсы и черная водолазка, которая обтягивает его массивные плечи так, что у меня перехватывает дыхание. Он заполняет собой все пространство нашей тесной прихожей, превращая ее в кукольный домик. За его огромной фигурой прячется маленькая девочка в розовом комбинезоне, Соня.

— Проходите, — выдавливаю я, чувствуя, как лицо начинает предательски пылать.

Руслан заходит, и я невольно прижимаюсь к стенке, чтобы дать ему дорогу. Он проходит мимо, задевая мое плечо своим, и этот мимолетный контакт прошибает меня током.

Соня с восторгом кидается к коробке, откуда на нее уже смотрят пять пар любопытных глаз.

— Рус! Смотри! Они все такие классные! — кричит она, выуживая рыжего полосатика.

Руслан присаживается на корточки рядом с племянницей. Это зрелище — за гранью моего понимания. Огромный, пугающий человек сейчас осторожно, двумя пальцами, чешет за ушком