нашими. Значит, подпрыгнул, быстрый он, однако. Не лось, а лосось какой-то… Акустик верещит, что слышит третью и четвёртую торпеды, пока до них четыре мили. Но видимо, это всё. Имитаторы экономим, мы не «Тайфун», где в коридорах можно штабелями такое таскать.

Здесь торпеды, наверху – «Лос-Анджелес». Самое гнусное, что стоит ему сейчас поднырнуть сюда, и он спокойно проводит торпеды по проводам прямо нам в борт. А лучше – одну ниже термоклина, другую – выше.

А потом акустик докладывает о взрыве где-то наверху. Ему не верят, переспрашивают. Никого не тряхнуло, как это показывают в фильмах, никто ничего не услышал. Термоклин всё заглушил. Почти всё – но акустику хватило. И похоже, всё сходится. Американский «Лос-Анджелес», как чёртик из табакерки выпрыгнул прямо перед нашей пятой торпедой, выпущенной наугад поверх термоклина. Только через несколько минут Петренко, высвободившись из объятий всей этой банды душителей, по недоразумению одетых в форму советских моряков, вспомнил, что некуда было американцу прыгать в общем-то, кроме как под ту торпеду. Шесть «рыбок» веером – это не шутка. Мог бы попробовать изменить курс и пройти над первой партией, но видимо не рискнул. Будь командир русской подлодки похитрее – запрограммировал бы каждую вторую торпеду на подвсплытие через пару-тройку миль, даже русская автоматика это позволяла. Вот уж воистину – на каждого мудреца довольно простоты.

Глава 19. Не мытьём, так катаньем

Бабуев

«Бдительность – высокая, боеготовность – постоянная», – такой девиз был когда-то (хотя какое «когда-то», перед самой заварухой вице-адмирал Бабуев Н. М. и лицезрел) начертан над входом в Главный штаб Северного флота в Североморске. В свободную минуту Николай Михайлович иногда прикидывал, изменится ли смысл изречения, если подлежащие поменять местами. Ведь если это было написано на входе в такое важное здание – значит, истина, сокрытая в этой фразе, обладает гигантским смыслом и всеподавляющей конкретикой. По всему выходило, что в настоящий исторический период (а считать этот девиз историей призывал фон плаката, состоявший из силуэта линкора, почему-то «Тирпица», туполевского торпедного катера и странным образом вписанного туда же Ту-16) переставлять подлежащие значило серьезно погрешить против истины.

Если с боеготовностью у изрядно растратившей боекомплект и потерявшей один вымпел соединения было не очень, то бдительность была на высоте. Вот и сейчас, как только седьмой «бычок» начал свой доклад, боеготовность и бдительность, слившись в единое целое в голове адмирала, создали полностью понимаемую картину происходящего. Услышав курс предполагаемой цели, скорость и прочее, уже можно констатировать – всё происходит совершенно логично. Цель логично летит с запада. Логично летит на нас.

С запада может лететь только то, что может нас убить, или то, что убить можем мы. На убийц пара приближающихся «Корсаров» явно не тянула. Тогда что это? Самолёты ДРЛО закончились? А может, проскользнула шальная мысль, сейчас помашет белым флагом? Русский, нихт шиссен, вир капитулирен! «Какое там, – усмехнулся циник в душе. – Молотить и молотить ещё этих камерадов». Отметки самолётов хоть и белые на монохромном экране радара, но на белые флаги не тянут. Всего пара? Значит, и правда катапультам американца кирдык, посему штурмуют их сейчас с уменьшенной нагрузкой. Ушедшие с «Корсаров» пара ПКР никого особо не впечатлили. Молодые офицеры, не заглядывающие далеко, оптимистично начали работу по перехвату.

Куда пытается вытянуть ушедшую в миттельшпиль партию американский адмирал, примерно понятно. А вот получится у него или нет, было вопросом нескольких часов. Тут же не эти ваши шахматы, тут думать надо! Все фигуры могут ходить одновременно, не дожидаясь хода соперника, да ещё и стрелять в разные стороны. Тот, кто поверит, что ладья ходит только прямо, – первый кандидат в утопленники. Тонуть, даже в теплых водах южной Атлантики, адмирал не хотел, поэтому быстренько учитываем эту заготовку американца и думаем дальше. Реагировать, конечно, надо, хотя ничего драматичного не случилось. Зовём Лебедева и главного ПВОшника Касько, обсудим.

Значит, товарищи, всё просто. Американец, уверившись в бесполезности попыток перенасытить наше ПВО одномоментными залпами, решил докопаться до наших ракетных погребов. И в самом деле, зачем ему обязательно стараться обхитрить наши ЗРК и не дать поразить его «Томагавки» и «Гарпуны»? Достаточно будет и вполне обратного. Пусть каждая наша ЗУР поражает американскую ПКР. И нам хорошо, и американцам. Потому что у американцев ракет в несколько раз больше, чем на всех наших кораблях…

Это было бы печально, если бы… печально не было. Уже понятно, что ударные возможности «Винсона» сдулись. Мы их и сдули, с помощью друзей-летунов, конечно. Американцы оптимистично утверждали, что в случае поражения катапульт смогут выпускать пару самолетов в течение 15 минут. С половинной загрузкой топливом и боеприпасами. Видимо, не соврали, по крайней мере насчёт загрузки. Два «Корсара» выпустили по одной ракете, это хорошо видно (контейнеры РЭБ на них тоже, по странному совпадению, не повесили). А вот насчет 15 минут на пару… будем посмотреть. Пока всё шло к тому, что этот норматив американцы завалят. Минут двадцать на пару у них будет уходить. Что тоже неплохо, но не принципиально. Считаем, считаем… Мы с Лебедевым считаем одно, флагманский ПВОшник считает другое. Советуется с другими кораблями по закрытой связи.

«Окрылённый»

Ну вот и дошли. Бегать в одиночку по чужому океану было неуютно, но очень интересно. Бабай, похоже, не очень расстроился, узнав о творческой потере вертушки (что умел командир КУГ, так это припечатать метким прилагательным важный момент), правда, было не понятно, сыграла такая ставка или нет. Поверили американцы в то, что им хотели показать, или нет? Для капитана первого ранга Фомина (он пока второго, но теперь уж к бабке не ходи, если выберется, станет «кап-раз»), самым плохим на этой войне было то, что ему постоянно приходилось сталкиваться с событиями, которые проходили, но никакого продолжения не имели. Как в романе «Кусок жизни» Дж. Лондона. Что-то увидел мельком, в чём-то поучаствовал. И хоть тебе интересно до усрачки, чем же там закончилось дело, но не положено тебе знать, и точка! Ну пожалуйста, расскажите, я же сам совершенно секретный, весь в подписках. Мне же для дела надо! Ну пожалуйста?

Но чаще всего ответом Системы было непреклонное «нет». Да, ваш огонь привел к поражению ракеты AGM-84 «Гарпун». А откуда она прилетела, какая модификация, есть ли следы осколков от ракеты 9М317, или разрыв был слишком далеко, и действительно, если бы не 30-мм ЗАК, то торчал бы этот «Гарпун» аккуратно из борта сухогруза – было совершенно непонятно. Иногда через пару месяцев приходили закрытые отчёты о той или иной