Куда он мог повернуть? Да куда угодно. Только полный идиот пойдет по своим делам в такой ситуации. Ему ясно, что русский тут, и его надо искать. Потому что иначе он найдет тебя. Что мог предположить американец о нашем курсе? Тоже: что угодно. Хорошо, в этой партии есть только один путь – включить ГАС. Дистанция небольшая, поэтому не на всю катушку, а то еще какой буй зацепим. Классическая сцена из вестерна: сейчас оба соперника одновременно увидят друг друга, и победит тот, кто быстрее выстрелит в упор.

Нет его! Сука, нет его на юго-западных азимутах! А мы сейчас тут пиликаем, как на скрипке! Валимся вниз, быстро! Как только корабль прошел первые 10 метров, рули опять на всплытие. Тяжёлый, с хорошей отрицательной плавучестью, корабль величаво и тихо завис снова на трехсот двадцати. Ползём на пяти узлах, плавно поворачиваем на четверть оборота. Хотя дело, видимо, труба. Наверняка сюда уже наводятся торпеды. Программа действий – зайти под термоклин и кружить, американцы в курсе того, что русскому «Чарли» не хватит силёнок на то, чтобы быстренько смотаться из района. Но не складывать же лапки! Работаем свой номер дальше: ещё подвсплыть и пульнуть импульсы… Как мы начали вправо вертеть, так и продолжим. Будем пулять на юг и чуть восточнее. Наверное, для американской подлодки с совершенной ГАС мы выглядим смешно. Как слепой, принимающий боксерскую стойку в сторону, где противника нет. Чего они медлят-то? Пришили бы давно!

Даём активный! Да что за чёрт? Мы дважды не угадали… То есть противник у нас за кормой? Допустим, что в первый раз они растерялись. Но почему не развернулись на нас потом? Как иначе объяснить то, что не стреляют? Неужели сбежали? Ладно, думать будем потом, сейчас шевелимся. Вернее, валимся.

Стоп. Я всё понял. И Терехов понял тоже, молодец, вон, как глазки блестят. Они уже ТУТ! Мы, храбро высовываясь над термоклином и отважно поливая перед собой активным сигналом, не учли, что американец не дурак. Это для нас такая глубина – подвиг, каждый пук – шанс утонуть. Американец легко нырнёт ещё метров на сто. Как только он понял, что мы под термоклином, то сразу нырнул за нами. Наверное, с прицелом на это «Лось» даже немного подвсплыл, когда мы его атаковали. Нырять, мол, боюсь, и вообще: ищите меня у поверхности. А сам сюда, гадина, спикировал и затаился.

Анекдот… Отважно вбегая в тёмный зал с затаившимся внутри него ужасным монстром, мы выбегали обратно и облегченно присаживались отдышаться у стены. Аккурат там, где в паре метров от нас сидело довольное чудовище! Хорошо, что в машинном звякнуло как раз над термоклином, иначе чудовище махнуло бы лапкой.

– Имитаторы долой. Торпеды в третий и четвертый отсек зарядить. Ход пять узлов на водомётах. Курс лево на тридцать.

Ладно, товарищ «Лось», мы снова даём тебе возможность нас убить. Снова будем тебя пинговать, но только ниже термоклина.

И в этот момент по нам ударило импульсом! Просто, как говорят боксеры, «в разрез рук». Что подловил нас американец, стало понятно по несколькосекундной панике, когда каждый что-то кричал, показывал, охал и ахал. Даже старшина, грозно стоявший в углу с АКМСом для поддержания дисциплины, смачно и со знанием дела ввернул что-то соответствующее его званию. Из охотника (хоть и не очень хорошего) мы резко превратились в добычу.

– Полный вперед! – перекрикивая гвалт, рявкнул Терехов. Затем начал выяснять, что стряслось.

Это вам не стрельба в тёмном коридоре, полминуты всегда можно выкроить, а пара секунд животной паники даже полезна как добавка адреналина. Наши встречные пинги пошли (акустик был готов, понятное дело), вот он, родимый. Курсом под сорок градусов, практически на носу у нас. Дистанция шесть миль, через три минуты после выхода из аппарата его торпеды будут здесь. Чего он так близко подбирался? Видимо, боялся, что мы не пойдём на юг, а ведь его дело – держать север. Ну вот и вышли его «рыбки», вот и начали тикать последние минуты нашей жизни.

Командир Петренко ошибается. Как было установлено после войны, массив гидрофонных датчиков «Лос-Анджелеса» в связке с мощнейшим компьютером, на дистанции в пять миль мог уловить даже работу советских водометных движителей. Американская военная мысль ставила такую возможность выше, чем преимущество в дальности пуска торпед, и рекомендовала командирам подводных лодок класса «Лос-Анджелес» без сомнений сокращать дистанцию для уверенного акустического контакта. Подводной лодке SSN-710 «Августа» не хватило совсем чуть-чуть, чтобы услышать советскую АПЛ, и произвести торпедный залп БЕЗ ВКЛЮЧЕНИЯ АКТИВНОЙ ГАС.

К-503

– Воздух в уравнительную цистерну!

Сейчас нужна нулевая плавучесть, нужно будет много двигаться. Торпедист молодец, даёт «рыбкам» установки сам. Левая циркуляция, правая… Ага, хорошо, но поправим. Пойдут две 400-мм торпеды и две 533-мм, именно так! Четырехсотые поновее, у них головка чувствительнее, и дистанция для них хорошая. От такого веера трудно увернуться. Сдохни, гад!

Все в лодке облегчённо вздыхают от четырёх толчков. Даже когда в отсеки начнёт врываться вода, где-то на краешке сознания может забрезжить мысль, что и наши торпеды найдут свою цель и отомстят за нас!

– Перезарядка, первый и второй – имитаторами!

Снова весёлый мат в торпедном. Им только дай возможность ворочать свои железки. Чёрт, у нас «полный ход» по плану. А пока хорошо, если пятнадцать.

– БЧ-7, лови границу термоклина!

Всё, сейчас мы с тобой расстаёмся на время, американец. Последняя картинка с акустики – он споро доворачивает влево, не собираясь подниматься вверх. И прямо через термоклин теперь стреляем оставшимися двумя 533-ми на пересечение курса, с превышением. Теперь пристраиваем имитаторы. Через минуту один уходит выше термоклина, другой – ниже. Мы же кидаем свой корабль на восток, так как это совершенно непредсказуемый манёвр. Даже, пожалуй, немного к югу склонимся, бегать от таких торпед бессмысленно, просто умрёшь на несколько секунд позже. Реактор уже даёт нам пятнадцать, когда с глубины появляется первая торпеда. Без подсказок с лодки они ничем не умнее наших, с радостным визгом (акустик уверяет, что именно так) устремляется на имитатор, активно работая своей активной головой, да простят нас всех боги тавтологии. Интуиция что-то шепнула командиру в последний момент, и лодка американцев снова начала проваливаться под термоклин.

Нет, зря ты, американец, глубже нырнул. Ага, вот и вторая твоя торпеда. Опасно идёт, может зацепить. Как на имитатор навелась? А где «Лось», чего не подсказывает? Неужели опять наверх подпрыгнул? Видимо, так, пинговать сейчас нельзя, все торпеды сразу станут