подробности, – продолжал Линч, – советую обратиться к детективу Йоргенсону.

– Как, простите? – Норм не сумел скрыть удивления. – К Йоргенсону? Вы про инспектора Тони Йоргенсона?

– Наверное… Не помню, какое у него было тогда звание, – сказал Линч и услышал, как репортер хмыкнул. – Он был среди полицейских, которые пришли меня арестовать, и я ему сразу сказал, что не убивал Ойю Ойинолу. Просто не мог.

– Что значит, не мог?

Линч вдруг усмехнулся.

– Весь такой деловой, строите из себя знатока, а сами совершенно явно не знаете почти ничего!

– Так почему вы не могли ее убить?

– К вашему сведению, Ойя Ойинола была убита в ночь на пятнадцатое декабря. Ту ночь я провел в Ромфорде с двумя коллегами по работе: Брайаном Фэйркло и Крисом Джейкоксом. Мы пили до утра, и все это время я ни разу не оставался один.

– И вы сообщили об этом Тони Йоргенсону?

– Не просто сообщил – он подробно все записал!

– Тем не менее вас обвинили в убийстве Ойи Ойинолы?

– Теперь поняли? – Линч понизил голос и хитро прищурился. – Заговор, не иначе! – Он устало откинулся на спинку стула. – В какой-то мере.

– А как же коллеги, они подтвердили ваши слова?

Линч снова усмехнулся.

– Ничего они не подтвердили! Через пару лет, когда я уже сидел, мы переписывались с Брайаном Фэйркло, и он сказал, что ни один коп так ни разу и не спросил их о той ночи… даже этот Тони Йоргенсон.

Глава 35

– Миссис Булстроуд, – вздохнул Дэвид. – Я знаю, вы считаете меня ничтожеством, но неужели вы верите, что я проделал весь этот путь в Корнуолл только ради какой-то глупой игры?

– Вы сказали, что владеете важной информацией, мистер Келман, только для моих ушей. Иначе я ни за что не пригласила бы вас в свою машину.

Он повернулся на переднем пассажирском сиденье и выглянул в окно серебристо-серого «лендровера». Парковка в Порт-Изале была забита людьми, в основном семьями, что возвращались к своим автомобилям. Неподалеку стояли в ожидании Гидеон и бородач, который все еще прижимал к носу окровавленный платок. Оба мужчины сверлили репортера полными ненависти взглядами.

– Но я предупреждаю, мистер Келман, – продолжала Ханна Булстроуд, – если это очередная ваша уловка, если вы явились сюда ради нового интервью…

– Я хочу от вас не интервью, – покачал он головой, – мне нужно, чтобы вы дали «отмашку».

Женщина озадаченно нахмурилась.

– Прошу прощения?

– Назовите это совестью или чувством вины, но я решил попытаться исправить зло, которому невольно способствовал, и не могу спокойно этим заняться без вашего позволения.

– Позволения? – озадачилась она еще больше.

– Мне придется совать нос в чужие дела, – объяснил Дэвид, – но на этот раз я хочу заранее поставить вас в известность о своих намерениях.

– Когда же вы пережили это «преображение на пути в Дамаск»?

– Одиннадцать дней назад, когда услышал вот это. – Он показал свой диктофон.

– И что же это такое, скажите на милость?

Собравшись с духом, Дэвид начал рассказывать о коробке, которую вытащил из мусорного бака в Роузхилле, и о мобильнике, найденном среди бумаг.

– Вы обворовали наш мусорный бак? – презрительно хмыкнула Ханна.

– Не уверен, что мой поступок можно назвать кражей, миссис Булстроуд. Если помните, вы сами предложили мне те бумаги… но главное – это телефон, точнее, сообщение, которое две недели назад прислала на него Джоди.

Собеседница прищурилась с недоверием.

– Вы… Вы хотите сказать… У вас есть доказательство, что моя сестра еще жива?

– Вот вы мне и скажите. – Дэвид снова поднял диктофон. – Я его переписал сюда… Боюсь, качество не очень хорошее.

Он прокрутил запись, но желаемой реакции не дождался.

– Столько лет прошло, – покачала головой Ханна. – Столько лет, и с каждым годом надежда угасает, и в конце концов смиряешься с тем, что Джоди мертва, уже не хочешь даже думать…

– Разве это не голос Джоди? Вы его не узнаете?

– Очень бы хотелось, но… – Ханна сердито фыркнула. – Как вы не понимаете? Речь идет о моей сестре, поэтому я должна быть полностью уверена. К чему еще одна тщетная надежда?

– Но хотя бы похоже?

– Да, но похоже еще на сотню других девушек. Опять же, запись с записи, качество никакое, вы сами сказали. Да мы и раньше не раз сталкивались с телефонными розыгрышами. Якобы кто-то видел Джоди, даже говорил с ней.

– Но ведь сообщение пришло на телефон Фредди, разве это ничего не значит?

– Почему же Фредди ничего не сказал?

– Скорее всего, Фредди даже не знал о нем. Он вел такую жизнь… Телефон давным-давно разрядился.

– С какой стати она вообще стала бы звонить Фредди? Почему не мне, к примеру?

– Я много думал, но ответа пока не нашел, хотя это не значит, что и не найду.

Ханна отвела взгляд, в котором уже не было презрения к репортеру, а только боль и тревога.

– Тот мобильник еще у вас?

– Нет, в полиции, – ответил Дэвид. – Иначе меня могли обвинить в соучастии.

– Давно вы его отдали?

– Сразу же, как нашел. Как я понимаю, вас еще не поставили в известность.

– Нет еще. – Она вновь прищурилась. – Странно.

Он пожал плечами.

– Дело передали в группу по нераскрытым преступлениям, ее возглавляет детектив-инспектор Тони Йоргенсон. Честно говоря, я невысокого мнения о нем, но так или иначе история шестилетней давности не имеет особого приоритета.

Ханна Булстроуд выглядела растерянной, будто не знала, чему верить. Дэвид достал блокнот.

– Не знаю, поможет ли это, но я, честно говоря, уже предпринял на свой страх и риск кое-какие попытки найти зацепки. В последнее время произошло много странного и непонятного. Погиб ваш брат…

Она прикрыла глаза.

– И за эту трагедию я тоже ощущаю ответственность, – поспешил добавить Дэвид.

– Ну еще бы!

– То есть, не в том смысле, что причастен к его убийству…

– Да, после того, как вы его обманули, Фредди никогда уже не был прежним.

– Я хотел сказать, что он не покончил с собой. Его убили.

Последовала долгая пауза. Возмущение на лице женщины сменилось замешательством. Дэвид продолжал:

– Я никак не могу поверить, что Фредди спрыгнул с крыши. Есть основания полагать, что он был близок к открытию чего-то важного, и я сильно подозреваю, что это и привело к его убийству.

Он рассказал о девушке по прозвищу Чистюля, о последнем дне покойного и многочисленных записях, которые тот делал, о его упоминании некой Святой Бригитты, встреченной сестрой в яхт-клубе, а затем о двоих мужчинах и женщине, искавших Фредди.

– Понимаете, что я хочу сказать? – заключил Дэвид. – Та девушка, Лора Рейнольдсон, или Ивонн, или как там ее на самом деле зовут, была уверена, что вашего брата сбросили с крыши