На одну усадьбу претендует несколько искателей счастья. Титул не означает собственности на землю, он не гарантирует ничего. Если феодалы и их дружины были способны сами поддерживать порядок в своих владениях, то в централизованных аграрных империях крах государства означал и крушение всех институтов, обеспечивающих правопорядок506.

На фоне анархии, хаоса нелюбовь крестьянского большинства к тем, кто пользовался привилегиями в условиях устойчивой власти, становится явной. Призыв грабить дома богатых, делить их добро, – характерная черта смуты507.

Развитая система коммуникаций, ее удовлетворительное состояние – необходимая предпосылка нормальной жизни в централизованной аграрной империи. Без нее невозможно контролировать территорию, обеспечивать сбор налогов. Крах существующего порядка одновременно означает и паралич транспорта.

Трудности, с которыми сталкиваются поляки, занявшие в последние годы Смуты Москву, были связаны с действиями «шишей» – крестьян, взявшихся за оружие в ответ на произвольные реквизиции. Это сделало невозможным продовольственное снабжение польских сил. Стихийный протест против тех, кто грабит дома, забирает продовольствие, – не проявление патриотических чувств, а реакция крестьянина на попытку отнять у него больше, чем он может отдать, не разрушая своего хозяйства.

Неизбежное следствие кризиса системы коммуникаций – проблемы снабжения продовольствием центра империи – столицы508.

В аграрных империях власти стремились иметь средства, позволяющие финансировать войны, справиться с последствиями неурожаев. В государственной сокровищнице хранились драгоценные металлы, камни, иногда продовольствие. Ее расхищение – обычный штрих смутного времени.

В периоды смуты институциональная структура становится проще. Более устойчивыми оказываются базовые установления (семья, крестьянское хозяйство, отношение «лорд–слуга»). Чем сложнее институты, тем более хрупкими они оказываются при крахе централизованного государства. Это относится к государственному аппарату, торговле на дальние расстояния, финансовым рынкам.

Во время смуты жизнь непривычна, неудобна и опасна. Отсюда – мечта о восстановлении порядка. Объект подражания – институты рухнувшей империи. Люди забыли, как они ненавидели сборщика налогов старого режима, привилегии вышестоящих сословий. Они помнят об одном: раньше порядок был.

Именно под влиянием смуты в Англии середины XVII века Т. Гоббс, один из основателей современной политологии, предложил отказаться от концепции разделения властей, написал, что абсолютная власть государя – единственный способ гарантировать нормальную организацию жизни. Результат смут – усталость от анархии, запутанные отношения собственности, разграбленная казна. Такие годы помнят как тяжелые.

Европейские революции

В первых революциях XVII–XVIII веков – Голландской, Английской, Американской – роль традиции еще сильна509. Лидеры Голландской революции ссылаются на установления, дарованные Бургундским домом. Английская революция XVII века – реакция на попытки королевской власти изменить организацию жизни страны, отказаться от привычных прав и свобод510. Восстание североамериканских штатов – ответ на нарушение английским правительством привычных установлений, ее лозунг: «Нет налогообложения без представительства».

Англия

В Англии во время революции XVII века система отправления правосудия пострадала, но не была полностью дезорганизована. Лидеры нового режима пытались найти пути примирения с Карлом I, понимали, что именно в этом – предпосылка стабилизации новой власти. Несмотря на беспорядки, гражданские войны, государственные финансы не рухнули. Парламент вотировал сбор налогов, которые раньше отклонялись как несправедливые. Сохранение на фоне революции и гражданской войны социальной стабильности в Англии в середине XVII века оппоненты Французской революции будут приводить как аргумент, позволивший доказать принципиальное отличие происходившего в этих странах во время революционных потрясений511. Но эти различия не стоит абсолютизировать. Известно, как трудно свергнуть сложившуюся систему управления и как легко свергнуть систему новую512. В обществе, лишенном ограничений, налагаемых традицией, насилие становится ключевым доводом в споре. Неспособность правительства контролировать применение насилия – характерная черта периода Английской революции. С ним обычно связаны перебои в снабжении крупных городов продовольствием.

Гражданская война потребовала формирования постоянной армии. Парламент проголосовал за налоги, необходимые для ее содержания. Но денег на армию не хватало. Задержки выплат солдатам и офицерам, бюджетные неплатежи – одна из ключевых политических проблем времен Английской революции. Гражданские власти не могли ни распустить армию, ни собрать налоги, достаточные, чтобы обеспечить ей своевременные платежи513.

Сохранение традиционных установлений, системы отправления правосудия предопределили скромные по масштабам «великих революций»514 объемы перераспределения собственности. Но с точки зрения современников ее передел, связанный с конфискацией имущества сторонников короля, выкупом владений под угрозой изъятия властями, перераспределением ирландских земель, был беспрецедентным515.

Первый шаг в этом направлении был сделан в 1642 году, когда было конфисковано 2,5 миллиона акров земли, принадлежавших ирландским повстанцам. Эти земли служили обеспечением займов, привлеченных для финансирования военных действий в Ирландии. Примерно две трети земель в Ирландии перешли в руки новых собственников516.

Операции с бумагами, обеспеченными ирландскими землями, которыми английские власти гасили неплатежи армии, были массовыми. Офицеры скупали их у солдат. Неясность прав на ирландские земли, связанные с этим проблемы напоминают отечественные реалии 1990‑х годов.

Америка

Лидеры Американской революции также апеллировали к традициям. Восставшие колонии отстаивали привычные права, отвергали принятые в Лондоне нововведения. Они были готовы к компромиссу, подчинению королю, но не парламенту, в котором они не имели представительства. Американские Штаты опирались на длинную традицию самоуправления. Роль королевской администрации в организации жизни была ограниченной. Государственные расходы были низкими, бюрократический аппарат – слабым. Колониальную администрацию в короткие сроки можно было заменить новыми органами власти. Но и в истории США революция – это финансовые неурядицы, неспособность государства вовремя платить армии, инфляция, масштабное перераспределение собственности. Перечитывая то, что писали современники событий, нетрудно увидеть: они говорят о проблемах деинституционального, нестабильного общества517.

Голландская революция оказала лишь ограниченное влияние на доминирующие в Европе представления об организации общества. Иное дело – Английская. Английские институты изучали, ими восхищались французские мыслители эпохи Просвещения. Однако влияние на европейский мир инноваций, связанных с Французской революцией: от равенства граждан перед законом до призыва на воинскую службу, далеко превзошло все, связанное с предшествующими социальными потрясениями.

Французская революция

Лидеры Французской революции не апеллируют к традиции. Речь идет о разрыве со старым порядком, попытке перестроить организацию общественной жизни на новых основаниях. Интеллектуальная атмосфера революционной Франции проникнута идеей возможности глубоких социальных и политических изменений.

На рубеже XVIII–XIX веков наиболее развитые страны Европы, европейские переселенческие колонии вступили в новую эпоху. Технические инновации, увеличение промышленного производства, урбанизация начинаются во время, близкое к Французской революции. Все это в сознании мыслителей XIX века неразрывно связывает революцию и социально-экономические перемены.

Исследователи Французской революции в 1830–1840‑х годах обратили внимание на связь происходящих процессов с классовой борьбой. Сам термин укореняется после публикации работ Л. А. Тьера, Ф. П. Г. Гизо518. Для них задача революции, выполнение которой оправдывает и массовый террор, – устранение старого порядка, приход к власти буржуазии. Когда эта задача решена, нужды в революции больше нет.

Маркс и марксисты, картина мира которых во многом формировалась под влиянием опыта Французской революции, ставят вопрос шире: мир меняется и будет меняться. Производственные отношения должны соответствовать производительным силам. Необходимость их трансформации делает революции неизбежными. Для марксистской традиции представление о революции как о том, что предопределено логикой общественного развития, – часть восприятия исторического процесса.

Теперь нам не просто понять, почему в работах, выполненных марксистами в XIX веке, столь мало внимания было уделено влиянию революции на ежедневную жизнь людей, функционирование экономики. Ведь в случае ее успеха именно им предстояло отвечать за то, как решить финансовые проблемы, обеспечить снабжение продовольствием городов, как будет работать транспорт и связь. Романтикам было скучно обсуждать влияние революции на состояние французских дорог, ремонт которых при старом режиме обеспечивался натуральными повинностями крестьян. Между тем от состояния дорог