мир, очевидны. Они открывают дорогу ускорению социально-экономического развития, процессу, который получил название современного экономического роста502.

По меркам современного мира социальные перемены идут неспешно. Традиция остается становым хребтом европейского мира. Нововведения, меняющие привычные установления, позволяющие повысить уровень благосостояния, увеличить финансовые ресурсы государства, лишь постепенно трансформируют отношение к новшествам. Но представление об изменениях в устройстве общества как о средстве, позволяющем снять преграды на пути развития, сформировать разумно устроенное общество, распространяется.

Если для традиционных аграрных обществ смуты, потрясения, связанные с переменами, – синоним беды, то в Западной Европе, европейских переселенческих колониях отношение к переменам иное. С ними связывают исправление несовершенств существующего порядка, создание предпосылок лучшей жизни.

Смуты в аграрных империях

Аграрные общества – способ социальной организации, доминировавшей в мире на протяжении тысячелетий. Их характерные черты – разделение населения на привилегированное меньшинство, обычно выполняющее государственные функции, несущее или организующее военную службу, занятое религиозными обрядами, и крестьянское большинство.

Важнейший элемент социального порядка – традиции. Лучше, если жизнь устроена как при отцах и дедах. В этом основа легитимации существующих порядков, разделения общества по социальным стратам.

Важнейшие различия в организации аграрных обществ связаны с уровнем централизации власти. Их можно условно разделить на централизованные и феодальные. В централизованных – единая налоговая администрация, отделенная от нее система военной службы, финансируемая за счет казны. В феодальных – функции сбора повинностей и военная служба объединены.

Феодальная организация порождает немало проблем. Слабость центральной власти проложила дорогу внутренним войнам, за которыми – разорение деревень. Феодальная армия – ненадежная защита от внешних завоеваний. Однако привычные отношения сеньора и крестьянина, слабость государства, ограниченность его функций снижают риски крушения сложившихся институтов.

Серьезнее угроза краха существующего порядка в централизованных аграрных государствах. Их сила в развитой бюрократии, способности собирать налоги, содержать и контролировать армию. Ключевая проблема устроенных так государств – контроль над собственным аппаратом. Даже при хорошо организованной системе путей сообщения проследить из столицы, что делают чиновники в уездах, непросто. Риск падения доходов казны, связанный с освобождением от налогов, воровством чиновников, – ключевая проблема аграрных держав. Переобложение крестьянства, связанное с ним падение доходов казны – признак кризиса.

Поиск хрупкого равновесия между этими рисками – создание администрации, позволяющей отбирать у крестьян максимум возможного, но не доводящей их до разорения, – стержень экономической политики аграрных цивилизаций503. Предсказать крах сложившихся институтов трудно. В истории аграрных обществ это удавалось редко. Смута в аграрных империях явление нечастое, поражающее современников неожиданностью и масштабами бедствия.

Россия. Смутное время

Многие видные российские историки были склонны рассматривать Смуту XVII века как явление случайное, не связанное с ходом российской истории504.

До начала XX века Смута была уникальным явлением в российской истории. Современники событий, начавшихся в 1917 году, в Смуте искали параллели с развитием происходящих на их глазах событий.

Централизованное аграрное государство с развитым бюрократическим аппаратом в России по историческим меркам существовало недолго. Оно сложилось лишь в XV–XVI веках. В аграрном Китае – бюрократической империи, период существования которой измеряется тысячелетиями, – явления, подобные тем, с которыми столкнулась Россия начала XVII века, уникальными не были. Для китайских историков это не невиданная катастрофа, а органичная часть династического цикла.

Централизация власти, повышение эффективности бюрократии, репрессии против пытающейся своевольничать элиты – начало цикла. Уход налогоплательщиков под покровительство сильных людей, эрозия налоговой базы, сокращение доходов казны – характерные черты его завершающей фазы.

Основатели династии, нередко иноэтничные завоеватели, иногда вожди крестьянского восстания, держат тех, кого они привели к власти, богатству, в жесткой узде. При их потомках энергия государства слабеет, должности становятся наследственными, доходы правительства сокращаются. К концу династического цикла крестьянские восстания, связанные с нерегулярностью и неупорядоченностью налогообложения, становятся массовыми.

В аграрных обществах, где не менее половины государственных расходов идет на содержание армии, отделение функций тех, кто собирает налоги и организует гражданскую администрацию и тех, кто носит оружие, – характерная черта централизованной империи. Обеспечить контроль над сбором и поступлением налогов невозможно без удовлетворительно организованной системы коммуникаций, почты. Разделение военной и гражданской власти предполагает существование иерархической, подчиняющейся центру системы отправления правосудия. Этот принцип не всегда соблюдался. Влиятельные люди иногда получали (или присваивали себе) право судить, власть. Но это именно нарушение принципа, отход от традиционной организации государственной власти.

При непредсказуемости урожая угроза голода, сокращение налоговой базы – вызов государству. Организация помощи голодающим – одна из значимых функций правительства. Еще одна важнейшая задача государства – обеспечение внешней безопасности. Войска размещены там, где угроза представлялась наибольшей. В Китае столица, места расквартирования войск на протяжении многих веков были территориально отдалены от регионов, поставлявших большую часть продовольственных ресурсов. Снабжение столицы и армии продовольствием в этих условиях – одна из трудноразрешимых задач.

Если бюрократическая машина разлаживается, жизнь страны оказывается под угрозой. Современники воспринимают это как катастрофу, бедствие, посланное богами. Предвестники таких катаклизмов: падение способности власти собирать налоги, сокращение доходов бюджета, неплатежи армии. Прекращение правящей династии, утрата традиций нередко становятся прологом институционального кризиса. Механизмы развертывания Смуты имеют сходные черты.

В централизованных аграрных империях рядом с крестьянской общиной нет замка феодала. Армия там, где вероятность внешней военной угрозы наибольшая. В основных сельскохозяйственных районах число людей, способных подавить крестьянские беспорядки, невелико. Порядок, сбор налогов обеспечивают не столько органы власти, сколько привычка. Крестьяне знают, что, если не выполнить повинности, раньше или позже власть пошлет войска. Лучше попытаться сделать то, что требует государство. Но поддерживать баланс между размером налогового бремени, стремлением от него уклониться и страхом перед карательными силами государства возможно при двух условиях. Крестьяне должны знать, что их повинности тяжелы, но привычны, такие же несли отцы и деды. И что, если не платить налоги, придут солдаты.

Так бывало на протяжении столетий. Но то, что это навсегда, гарантировать невозможно. Налагаемые на крестьян повинности могут превысить уровень, совместимый с устойчивым ведением хозяйства. Массовое запустение земель в Московском государстве конца XVI века – наглядный тому пример. В истории аграрных империй немало аналогичных кризисов. Банкротство государственных финансов, связанная с ним ненадежность войска, внешние войны могут подорвать способность государства применять силу в случае отказа крестьян платить налоги, при аграрных беспорядках.

Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными, – ошибка, дорого стоившая властям многих аграрных империй. Крестьяне убеждены: налоги – не их добровольные обязательства, необходимые, чтобы государство могло выполнять свои функции, а бремя, которое они несут под угрозой репрессий. В тот момент, когда риск применения государством силы падает, вместе с ним снижаются и доходы бюджета.

Если уйти от деталей, общие черты развития событий во время смуты сходны. Важный механизм ее развертывания – подрыв способности власти собирать налоги. Если правительство теряет способность собирать налоги, бюджетные неплатежи – данность. Те, кто состоит на государственном содержании, вынуждены приспосабливаться к этой реальности. Гражданская служба становится все более коррумпированной. Военные, не получающие вовремя жалованье, реквизируют продовольствие у крестьян.

Упорядоченное налоговое бремя, налагаемое аграрными империями, тяжело. Реквизиции разорительны. Вооруженные отряды, грабящие деревни, – одна из страшных страниц истории аграрных обществ. Когда порядка нет, обязанности крестьянина не определены, сохранение хозяйства не гарантировано, нет смысла продолжать работать на земле. Одни придут – грабят, другие придут – грабят505. В такое время разумнее взять в руки саблю и податься в казаки-разбойники. Уход крестьян с земли, их объединение в вооруженные отряды, распространение разбойничества – характерная черта периодов смуты.

Претенденты на власть в России начала XVII века – Лжедмитрий Первый, Лжедмитрий Второй, Василий Шуйский, польский король Сигизмунд – раздают права на поместья.