— Игнорировать голос! Это дезинформация! Огонь на поражение! Все орудия на терминал! И убейте эту девку с мечами!

Плотность огня возросла. Щит Гюнтера уже раскалился докрасна. Ани, отбив очередной выстрел, зашипела — плазма задела её плечо, опалив стелс-костюм (о да, она нашла своего «Призрака»).

— Лиандра! — я посмотрел на доктора. Она сидела за ящиком, сжимая в руках игольчатый пистолет.

— Я здесь, Влад.

— Видишь сочленения под мышками и на шее? — я указал сектором обстрела на наступающую тройку. — Я подсвечу. Ты режешь.

Я активировал лазерный целеуказатель винтовки. Красная точка заплясала на броне переднего штурмовика.

— Принято.

Ф-ф-фьють, ф-ф-фьють, ф-ф-фьють…

Игольчатый пистолет работал почти бесшумно. Но эффект был чудовищным. Тонкие иглы из мономолекулярного сплава входили точно в уязвимые места, которые я знал по собственному опыту ношения такой брони. Штурмовики падали один за другим, хватаясь за горло.

— Хорошая работа, док, — выдохнул я. — Кира, сколько ещё⁈

— Готово! — взвизгнула девушка, ударяя кулаком по клавише ввода. — Жрите, ублюдки!

Под потолком ангара что-то щёлкнуло. Десятки автоматических турелей, висевших в спящем режиме, ожили. Их сервоприводы жужжали, разворачивая стволы. Сканеры прошлись по залу зелёными лучами, наткнулись на чёрную броню «Эгиды» и мгновенно сменили цвет на красный.

«ЦЕЛЬ ЗАХВАЧЕНА. БИО-УГРОЗА ПОДТВЕРЖДЕНА».

— Ложись! — заорал я, падая на пол и утягивая за собой Ани.

Ад разверзся. Турели открыли шквальный огонь. Тяжёлые крупнокалиберные пули и сгустки энергии обрушились на имперских солдат сверху. Элита Империи, привыкшая быть охотниками, внезапно оказалась в тире в качестве мишеней.

Крики, грохот, звон гильз о металл. Броню рвало в клочья.

— О да! — Семён Аркадьевич хохотал, глядя на этот хаос и придерживая фуражку. — Вот это я понимаю — дружественный огонь! Учитесь, салаги, пока я жив!

Через минуту всё было кончено. Отряд «Эгида» перестал существовать. Турели, не найдя больше целей с вражескими метками, снова ушли в режим ожидания, хищно поводя стволами.

Наступила тишина, которая заставил задуматься — почему турели не стреляли по нам?

Мы поднялись. Гюнтер отбросил искорёженный кусок погрузчика, который дымился и был похож на решето.

— Мой суп… — грустно произнёс он, осматривая царапину на своём корпусе. — Кто оплатит моральный ущерб? Я требую компенсацию за стресс!

Мы двинулись к дальнему концу ангара, где стояли спасательные челноки. До свободы оставалось метров двести.

Внезапно воздух в ангаре изменился.

Стало невыносимо жарко, словно мы шагнули в доменную печь. Ани замерла, её тело напряглось.

— Нет… — прошептала она, глядя на главные ворота. — Только не она.

Тяжёлые взрывозащитные створки — многотонная плита из композитной стали — начали менять цвет. Сначала они стали вишнёвыми. Потом ярко-оранжевыми. Потом ослепительно-белыми.

Металл поплыл. Он тёк вниз густыми, светящимися каплями, как воск свечи. Запахло так резко, что перехватило дыхание.

— Назад! — заорал я, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. — Все назад!

Ворота просто исчезли, превратившись в лужу расплавленного шлака на полу.

В проёме, в мареве раскалённого воздуха, стояла фигура.

Она была огромной. Тяжёлая штурмовая броня класса «Фурия», выкрашенная в матовый чёрный с золотой окантовкой. За плечами гудели активные плазменные излучатели, создавая вокруг неё ореол искажённого пространства.

Генерал Валериус.

Она сделала шаг, и её бронированный сапог погрузился в расплавленный металл, даже не заметив этого. Шлем с Т-образным визором повернулся в нашу сторону.

— Ты думал, что сможешь украсть мои игрушки, натравив их друг на друга? — её голос звучал как гром. — Неплохо, 734-й. Но есть вещи, которые не взламываются.

Её шлем чуть повернулся, фиксируясь на Ани.

— Здравствуй, сестра. Ты всё ещё играешь в куклы с этим бракованным мусором?

Ани вышла вперёд, закрывая меня собой. Её руки легли на рукояти клинков.

— Не смей его трогать, Валериус.

— Трогать? — генерал рассмеялась. — О нет, дорогая. Я собираюсь его разобрать.

Она подняла руку. Перчатка вспыхнула фиолетовым псионическим пламенем, смешанным с плазмой реактора костюма.

— Бегите к шаттлу! — крикнул я, понимая, что обычное оружие против этой ходячей крепости бесполезно, а у меня нет ничего, кроме бластера и дерзость. — Я её отвлеку!

— Ты сдохнешь! — взвизгнула Кира.

— Это приказ! — рявкнул я так, что у самого заложило уши. — Ани, уводи их! Живо!

Но Ани не сдвинулась с места.

— Я больше не бегаю, — тихо сказала она.

Валериус усмехнулась — я почувствовал эту усмешку даже через броню.

— Какая трогательная верность. Жаль, что она вам не поможет. Мамочка пришла наказать непослушных детей.

Генерал даже не замедлила шаг. Она просто подняла руку, и пространство вокруг неё сжалось.

— Мусор, — бросила она.

Невидимый молот ударил по турелям. Металл завизжал, лопаясь, как гнилая ткань. Орудия, которые минуту назад спасли нам жизнь, превратились в скрученные комки стали и посыпались вниз дождём из шрапнели.

— Влад! — крикнула Кира, прикрывая голову руками. — Мы не пройдём! Она нас размажет!

Мы смотрели на двух женщин, которые были зеркальным отражением друг друга. Одно лицо. Одни глаза. Только одна была закована в тяжёлую штурмовую броню, похожую на ходячую крепость, а вторая стояла в лёгком, облегающем стелс-костюме «Призрак».

Молот и Игла.

Валериус остановилась. Её шлем с шипением ушёл в пазы воротника, открывая лицо, искажённое яростью.

— Ты… — прорычала она. — Дефект. Ошибка лаборатории. Ты смеешь стоять у меня на пути?

Она выбросила руку вперёд. Псионический удар, способный смять переборку, понёсся в Ани.

Я хотел крикнуть, броситься наперерез, но не успел.

Ани не сдвинулась с места. Она просто скрестила руки перед собой. Вокруг неё вспыхнул ментальный щит — тонкий и прозрачный, как стекло.

БАМ!

Ударная волна от столкновения двух воль выбила остатки стёкол в диспетчерской вышке под потолком. Меня отшатнуло назад, Гюнтер залязгал манипуляторами, пытаясь удержать равновесие.

Ани устояла. Она опустила руки и обернулась ко мне. В её золотых глазах не было страха. Только ледяная, спокойная решимость, от которой у меня защемило сердце.

— Уводи команду, Влад, — произнесла она тихо, но я услышал каждое слово. — Запускай двигатели.

— Я не брошу тебя! — рявкнул я, делая шаг к ней. — Мы дерёмся вместе!

— Нет, — она покачала головой. — Ты не сможешь её пробить. Только я знаю этот стиль. Это личное, Влад.

Она посмотрела на меня так, словно прощалась. Или обещала вернуться. С ней никогда не угадаешь.

— Бегите! — крикнула она, разворачиваясь к генералу.

Я скрипнул зубами. Она была права. Чёрт бы её побрал, она была права! Я здесь был бесполезен. Но мог спасти экипаж.

— К шлюзу! — скомандовал я, хватая Киру за плечо. — Живо! Гюнтер, Лиандра тащите капитана, если он отстанет!

Мы рванули к узкому техническому мостику, ведущему к площадке шаттлов. За нашими спинами начался ад.

— Ты жалка! — голос Валериус гремел на весь