Я каркаю, просто чтобы хоть как-то выразить неизвестное чувство, вспыхнувшее внутри, и покидаю Гнездо. К моему облегчению, контролировать силу не составляет труда, особенно чувствуя на себе Куколку, судорожно прижимающуюся к моей второй форме. Это впервые, когда я кого-то «катаю». Впрочем, с Мией много чего впервые…

Не удержавшись от искушения, я закладываю вираж, уходя в поворот с креном. Куколка коротко взвизгивает, тут же пряча своё лицо в мягкие перья у шеи, а я каркаю, заменяя смех. Тянет ещё раз провернуть что-то такое, но времени нет, да и для почти полностью голой Мии в Лесу слишком холодно, так что приходится ускориться. К счастью, путь по прямой не занимает много времени, а район почти на границе города позволяет вернуться без лишних свидетелей.

Я мягко планирую на крышу, а с неё спрыгиваю на балкон, уже начиная возвращать свою первую форму. Куколка прикусывает моё плечо, явно, чтобы не издать ни звука. Она уже так делала, когда кончала для меня в душе… И тогда, и сейчас боль от её зубов приносит удовольствие, разжигая голод гораздо более древний, чем сама Королева.

Я встряхиваю крылья, позволяя им рассыпаться и рукой перехватываю Мию, разворачивая её к себе. Теперь она обнимает моё туловище ногами, её слепой взгляд смотрит мне в переносицу, а её промежность прижимается к моей ширинке. Я придерживаю мягкую задницу одной рукой, пока открываю балконную дверь и вхожу в коридор. Мия не спешит слазить с меня, хотя она наверняка почувствовала знакомый запах дома.

– Не хочешь прощаться, Куколка? – ехидно спрашиваю я, останавливаясь у её кровати.

– Пошёл ты! – бурчит она. – У меня мышцы болят и судорога из-за того, что пришлось цепляться за чудовище в полёте, чтобы не разбиться!

– Ты бы не разбилась. Я бы поймал тебя и спас, – шепчу я, опуская взгляд на её губки. Мне нравится ощущать их с кровью или без. Мне нравится толкаться в её рот языком, нравится, когда она отвечает на ласки…

Я хмурюсь, стараясь избавиться от этих мыслей. Мия мне не девушка, она свидетельница, которую я обязан буду устранить!

Но это ведь потом… А сейчас…

Куколка слабо шевелиться, медленно сползая. Она охает, когда я стискиваю талию и накрываю её рот своим. Мне просто нужно это. Ещё немного сладкого вкуса.

Она с мычанием отстраняется, вырываясь из рук, и падает спиной на кровать.

– Не думай, что я забыл, чего меня сегодня лишили, Куколка. Маленькое развлечение с твоей киской в Гнезде не считается. – Ухмылка расцветает на моих губах, хоть Мия её и не видит.

До того, как она сочиняет ответ, я покидаю Куколку, чтобы успеть скрыться до приезда Хильде.

На ходу я вытаскиваю из носовой перегородки колечко, оставляя его в кармане штанов, а затем вытягиваю язык, раскручивая шарик на одной и второй штанге. Днём я не нашу заметные украшения, иначе было бы много вопросов. Иногда приходится всё снимать, даже с сосков.

Передвигаясь через чужие дворы и сады, я наконец оказываюсь в своём доме, не задерживаясь внизу, поднимаюсь выше. Нужно успеть обмыться и привести мысли в порядок. Воспоминания о ночи всё ещё туманны, но я точно знаю, что почуял, когда вошёл в Кукольный дом – магию колдунов. Опять эти мудаки!

Не могу вспомнить точно, но, похоже, я слышал что-то о философском камне из грязного рта кого-то из них. Сложно сосредоточиться на том, что я делал вчера после потери контроля. Точно пил кровь. Кажется, я спикировал на одного из них у входа, а второго выпотрошил. Но когда я мог услышать их разговор? И почему у меня остались ощущения того, каково лежать на твёрдом полу в логове колдунов?

– Сука! – ругаюсь я, пиная табурет и обхватывая голову. Сейчас стоит спросить совет у старших, они наверняка могут знать, что со мной и как помочь, но…

Безумие от обскура неизлечимо, а ещё это привлечёт внимание к Куколке. А на неё и так вышли колдуны.

Нет. Ни к Соколу, ни к Волку я не пойду с покаянием, а вот намекнуть, что Барс дерьмово справляется с порученным ему делом… Я усмехаюсь, наконец начиная успокаиваться. Насалить Барсу всегда приятно, особенно так крупно. Ведь если колдуны говорили о философском камне, то ясно, чего они хотят. Заполучить его. И едва ли они понимают, что на самом деле ищут. А я…

У меня ещё есть время.

Пока есть.

Глава 15

КУКЛА

Ночь была странной, но более странным стало утро. Я всё никак не могла поверить, что и похищение, и полёт, и сон в Гнезде произошли всего за несколько часов. Более того, никто ничего не подозревал. Хильде вернулась, как всегда, не обнаружив никаких следов вторжения ни колдунов, ни моего чудовища. Разве что несколько вещей с прикроватной тумбочки, упавшие на пол, могли на что-то намекнуть, но и они объяснялись легко. В конце концов, слепые люди не так уж редко что-то роняют, правда?

Никаких ран на моём теле не осталось, зато всё то же неясное ощущение внутри, словно нечто шевелится, течёт вместе с кровью по венам… Я ёжусь в очередной раз. Если не слишком концентрироваться, то можно и не заметить такую особенность, но стоит вспомнить, как оно возвращается. Понятия не имею, что это, но, похоже, оно как-то помогло мне…

Однако история с колдунами меня уже мало беспокоит, гораздо больше я переживаю за глаза, которые с самого утра ведут себя нетипично. В них щиплет так, словно мне засыпали упаковку соли, которую заботливо втёрли в слизистые. Чем больше времени проходит, тем хуже становится.

В попытке отвлечься я возвращаюсь к книгам и диктору. Хильде ничего не знает и спокойно спит после ночной смены, а её непутёвая племянница сидит внизу с новой чашкой кофе и ищет информацию. Беспокоить тётю не хочется, да и всё ещё опасно, может, даже опаснее, чем раньше, учитывая, что помимо красноглазых монстров поблизости, очевидно, бродят и колдуны…

Я снова прокручиваю в голове встречу с Вороном и золотую пыль. Колдуны бы