— СБИ, всем стоять! — раздался возглас.

Агенты Воронцова вступили в бой. Четверо, может пятеро — они появились будто из ниоткуда и обрушили на противников шквал свинца и боевой магии.

Я сконцентрировался и создал сферу Пустоты впереди. Она поглощала всю магию, что влетала в неё. Использовать новые навыки здесь, посреди города, я не решился. Ещё недостаточно их освоил, чтобы так рисковать.

В хаосе схватки никто не заметил, как я обратил в ничто щит одного из противников. Его тут же настигло заклинание агента.

Я повернулся к следующему врагу и вдруг узнал его.

Это же… Сорокин? Игнатий Сорокин!

Бывший магистр Гильдии стоял в стороне от основной группы. Он что-то шептал, и вокруг него клубилась, становясь сильнее, тёмная энергия. Он готовил что-то большое и смертельное.

И в этот момент мне стало понятно, что у Чёрной касты есть как минимум ещё одна причина меня убить. Месть Сорокина за то, что из-за меня он лишился всего.

Правда, похоже, что взамен он обрёл немало новых друзей, сукин сын…

Молния ударила в стену, разворотив её, и во все стороны полетели обломки кирпичей. Кирилл закрыл меня собой, но необходимости в этом не было. Шёпот обратил в ничто кирпич, который едва не упал мне на голову.

Один из агентов СБИ упал — чёрный луч прошёл сквозь его защиту. Другой отступал, зажимая рану на плече.

Шёпот метнулся вперёд. Я почувствовал, как он вытягивает энергию из артефактов врагов. Один амулет погас. Другой затрещал и лопнул, ослепив своего носителя.

Сорокин закончил своё заклятие.

Волна тьмы хлынула из его рук. Я сотворил очаг Пустоты, прикрывая своих людей. Но агентов СБИ некому было защитить — они упали, корчась от боли.

— Серебров! Помнишь меня⁈ — голос Сорокина перекрыл шум боя.

Я поймал его ненавидящий взгляд, но ничего не ответил.

— Ты уничтожил всё, что я строил! Из-за тебя я стал изгоем! — кричал он, разбрызгивая слюну, и вскинул руки для нового заклятия.

Я бросился в сторону. Место, где я только что стоял, превратилось в воронку расплавленного асфальта.

Каста не собиралась отступать. Они пришли убивать — и были готовы положить здесь столько народу, сколько понадобится.

— Подмога на подходе! — крикнул агент Службы.

Рядом послышались сирены. Нападающие тоже их услышали. Кто-то отдал приказ — и они начали организованно отступать, продолжая поливать нас заклятиями.

Один из них применил артефакт в виде жезла. На людей Шрама с неба посыпались лиловые стрелы, и я накрыл их новым очагом, чувствуя, что силы уже на исходе.

Сорокин уходил последним. Не отрывая от меня взгляда, он выпустил ещё одно заклятие.

Чёрная молния — быстрая, смертельная — метнулась ко мне.

Я не успел поставить щит. Твою мать…

И тут передо мной возникла фигура.

Шрам.

Молния ударила его в грудь. Богдан дёрнулся, как марионетка с оборванными нитями, и рухнул.

Я бросился к нему. Сорокин исчез в переулке, но мне было плевать. Шрам лежал на асфальте, неподвижный.

Прибыла подмога — из бронированных машин высыпал спецназ СБИ и бросился в погоню за отступающей кастой.

Мне было всё равно.

Я склонился над Шрамом. Положил руки на обожжённую грудь. Направил энергию для диагностики.

И похолодел.

Его сердце издало последний удар и перестало биться. Богдан умирал — прямо сейчас, у меня на руках.

Глава 15

Российская империя, город Санкт-Петербург, портовый район

Сердце Шрама не билось.

Чёрная молния Сорокина сделала своё дело — не просто остановила сердце, но и начала разрушать саму жизненную силу.

Вокруг всё ещё царил хаос. Сирены, крики, топот сапог. Кто-то из агентов СБИ склонился надо мной, спрашивая что-то, но я не слышал слов. Всё моё внимание было сосредоточено на умирающем человеке передо мной.

Умирающем. Но ещё не мёртвом.

Я погрузился в его ауру — глубже, чем обычно при диагностике. И увидел то, чего боялся.

Тьма наполняла его ауру, медленно расползалась по энергетическим каналам. Энергия смерти, которая уже начинала заполнять пространство, освобождённое угасающей жизнью.

Если она распространится дальше — всё. Никакое целительство не поможет.

У меня оставались секунды.

Я закрыл глаза, сделал один глубокий вдох и приступил к работе.

Первым делом — сердце. Я направил мощный импульс энергии прямо в сердечную мышцу, заставляя её сокращаться. Искусственный ритм, пока собственный не восстановится.

Но этого было мало. Тьма продолжала расползаться.

«Шёпот, мне нужна твоя помощь», — позвал я мысленно.

«Что делать?» — дух моментально оказался рядом.

«Видишь эту черноту в его ауре? Помоги мне её убрать. Только будь осторожен, не задень ничего лишнего. Только эта тёмная энергия!» — жёстко приказал я.

Шёпот помедлил.

«Это опасно, хозяин. Если я ошибусь…»

«Если мы ничего не сделаем — он умрёт. Действуй!»

Шёпот аккуратно проскользнул в ауру Шрама. Я чувствовал его неуверенность. Он никогда раньше не делал ничего подобного.

Я тоже. Но выбора нет.

Я потянулся к Пустоте внутри себя и тонким потоком направил её в ауру Шрама. Пустота соприкоснулась с энергией смерти…

И начала её поглощать.

Пустота оказалась сильнее. Она пожирала смерть так же, как пожирала всё остальное.

Медленно, участок за участком, я очищал ауру Шрама. Чёрные потоки исчезали, уступая место нормальному течению жизненной силы. Сердце билось всё увереннее — сначала слабо, потом ровнее, сильнее.

Параллельно я лечил физические повреждения с помощью целительского дара. Ожоги от молнии, разрывы тканей, повреждённые нервы. Привычная работа, но она отнимала много сил — особенно сейчас, когда большая часть концентрации уходила на борьбу со смертью.

Не знаю, сколько прошло времени. Может, минута. Может, час. Мир вокруг перестал существовать — остались только я, Шрам и битва за его жизнь.

Наконец, последнее пятно тьмы растворилось в Пустоте. Аура Шрама засияла ровным, хоть и тусклым светом.

Я отнял руки и откинулся назад, тяжело дыша.

Получилось.

— Граф? Вы в порядке? — надо мной склонился Роман. Его голос звучал, будто издалека из-за шума у меня в ушах.

Я вдруг обнаружил, что лежу на каталке скорой помощи, а рядом суетятся санитары. Когда я успел потерять сознание?

— В порядке. Богдан жив? — я с трудом сфокусировал взгляд на гвардейце и приподнялся.

— Так точно. Вы его спасли, — кивнул Роман.

Я посмотрел на Шрама. Тот лежал на каталке рядом с другой машиной скорой, бледный как мел, но грудь равномерно поднималась и опускалась.

«Хозяин… Ты сделал невероятное. Ты прогнал саму смерть!»