ответил тот, бросил в коридор гранату и затем подпёр дверь мусорным баком.

Раздался приглушённый хлопок. Но врагов это не остановило.

Несколько пуль пробили дверь, и Витёк схватился за плечо. Богдан тут же оказался рядом, забрал у него автомат и выпустил по двери длинную очередь.

— Валим отсюда!

Они запрыгнули в машину. Шрам — за руль, остальные — куда успели.

Взревел мотор, взвизгнули колёса. Тачка рванула с места, чиркнув бампером по фонарному столбу. Уже стемнело, но Богдан включил фары не сразу. Надеялся, что они смогут скрыться в темноте.

— Все живы⁈ Витёк, ты как? — спросил Шрам, не отрывая взгляда от дороги.

— Нормально, — процедил тот, зажимая плечо.

— Шеф, с Костяном плохо. Крови до хрена, — сказал с заднего сидения Тоха.

— Да я в порядке, — еле слышно проговорил Костя и тут же потерял сознание.

— Тоха! Плесни на рану эликсира, который граф дал, и зажми как следует! — приказал Шрам.

Он вывернул на главную улицу и вдавил педаль газа.

Вечерний город мелькал за окнами — огни, вывески, редкие прохожие. Стрелка спидометра ползла вправо: сто, сто двадцать, сто сорок.

— Полиция! — выдохнул Витёк, глядя в зеркало.

И правда — позади завыли сирены, замелькали красно-синие маячки. Только этого не хватало…

Шрам свернул в переулок, потом в другой, потом ещё раз. Выключил фары, заехал под какой-то мост. Заглушил мотор.

Сирены прошли мимо и скоро стихли.

Шрам откинулся на сиденье, чувствуя, как колотится сердце. Адреналин отступал, оставляя после себя дрожь в руках и кислый привкус во рту.

Он посмотрел на Витька. Тот сидел, сгорбившись, бледный и покрытый испариной. Костян лежал без сознания, но дышал.

— Держитесь, пацаны. Сейчас позвоню графу, он вас вытянет, — сказал Богдан.

Витёк облизнул губы и кивнул.

— По-любому. Он журналиста с того света вытащил, поди и нас подлатает…

Шрам достал телефон.

Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»

Я готовился ко сну — долгий день, много дел, хотелось отдохнуть. Но тут позвонил Шрам, и его голос мгновенно прогнал усталость.

— Ваше сиятельство, у нас проблемы.

Он коротко изложил ситуацию.

— Где вы сейчас? — спросил я.

— Под мостом на Обводном канале.

— Назови точный адрес, — мой голос лязгнул.

— Да откуда я знаю… Сейчас скину геолокацию.

— Ждите. Скоро буду, — сказал я, уже надевая пальто.

Выйдя в коридор, постучал в дверь соседнего номера. Открыл Роман.

— Что-то случилось, господин?

— Шраму нужна помощь. Едем, быстро, — ответил я, уже направляясь к лифту.

Роман кивнул, схватил пистолет, ключи от машины и поспешил следом за мной.

Мы выехали через пять минут. Улицы ночного Петербурга кипели жизнью, но чем дальше мы уезжали от центра, тем реже становились автомобили и прохожие.

Машина Шрама стояла под мостом, где и должна была. В темноте её почти не было видно.

Богдан вышел из магомобиля, держа в руке пистолет. Откуда-то из тени возник Антон с автоматом в руках. Убедившись, что это я, они опустили оружие.

— Ваше сиятельство, простите. Мы облажались, — проговорил Шрам.

— Потом, — отмахнулся я и открыл заднюю дверь.

Костя лежал на сиденье без сознания. Весь бок залит кровью. На переднем сиденье сидел бледный как смерть Витёк с простреленным плечом.

Я сунул ему эликсир и быстро наложил кровоостанавливающее заклинание. После чего принялся за Костяна.

Диагностика заняла несколько секунд. Пуля прошла навылет, задев печень. Сильное кровотечение, начинающийся шок. Если не помочь в ближайшие полчаса — он умрёт.

Я начал работать.

Первым делом надо остановить кровь. Я направил энергию в повреждённые сосуды, запечатывая их. Костя застонал, не приходя в сознание.

Вылечить повреждённую печень я не смогу. Ткани разорваны, моих целительских сил на это не хватит, а Пустота здесь бесполезна. Я сделал минимум — стабилизировал состояние, обработал рану обычными средствами и наложил повязку.

После этого внимательнее осмотрел плечо Вити. Пуля застряла в кости. Вытаскивать её здесь и сейчас — чревато последствиями.

— Сделал что мог. Надо ехать.

— Куда? В больницу нельзя, там вопросы возникнут, — пробормотал Шрам.

Я задумался ненадолго. И тут же понял, куда мы их повезём.

Мещеринов.

— Есть место, где нам помогут. Поехали. Машину бросай здесь, отправимся на нашей…

Российская империя, город Санкт-Петербург, Васильевский остров

Я заранее позвонил барону, поэтому он нас ждал. В окне его кабинета горел тусклый свет. Как только мы подъехали, заспанный Илья Иванович открыл дверь. Но увидев нас, мгновенно проснулся.

— Граф, что…

— Двое с огнестрельными ранениями, один умирает. Нужна ваша помощь, — перебил я.

Мещеринов не стал задавать лишних вопросов. Просто отступил, пропуская нас внутрь.

— Несите в процедурную. Вторая дверь направо, — велел он.

Тоха и Шрам внесли Костяна. Витёк ковылял следом, опираясь на Романа.

Костю уложили на кушетку. Мещеринов протёр руки антисептиком и обратился к нам:

— Снимите с него одежду. Что за ранение?

— Сквозное, задета печень, обширные повреждения мягких тканей. Я остановил кровотечение, но мой дар не позволяет залечить рану полностью, — ответил я.

— Понял. Сейчас подлатаем этого беднягу, — барон склонился над Костяном.

Его руки вспыхнули золотистым светом. Илья Иванович начал работать. Я наблюдал, убеждаясь, что барон знает своё дело. Он формировал заклинания быстро, чётко, без лишних расходов маны. И одновременно успевал работать инструментами, очищая рану от омертвевших тканей.

Я тем временем вытащил пулю и обработал плечо Витька. После чего Мещеринов исцелил и его рану.

Через полчаса оба спали. Опасность миновала.

— Пусть останутся хотя бы на денёк, если это возможно, — сказал барон, когда мы вышли из процедурной, и вопросительно посмотрел на меня.

— Возможно. Хвоста за нами не было, — ответил я и достал бумажник.

Мещеринов покачал головой.

— Мы же партнёры, граф. Какие деньги?

— Именно потому, что мы партнёры, я обязан отплатить вам услугу. Вы спасли моих людей, я это ценю, — я достал из бумажника все наличные и сунул барону.

Илья Иванович посмотрел на купюры, потом на меня и кивнул.

— Спасибо.

— Это вам спасибо. Я попрошу отца перевести ещё сумму в качестве компенсации.

— За что?

— За простой. Не открывайте сегодня клинику. Лучше на всякий случай обойтись без лишних глаз. И я попрошу никому не рассказывать о нашем визите, — ответил я.

— Само собой, — кивнул Мещеринов.

Мы попрощались, и я вышел на