слабо хватаясь за него. Лицо ее посерело. Подхватив девушку на руки, Ф’лар быстро направился в вейр королевы. Драконы последовали за ним. Уложив девушку на кровать, он закутал ее в шкуры и выкрикнул в служебную шахту приказ доставить наверх горячего кла.

– Ладно, так что случилось? – спросил Ф’лар.

Лесса смотрела в сторону, но он перехватил ее затравленный взгляд. Она все время моргала, будто стремясь стереть увиденное. Наконец, немного опомнившись, она негромко и устало ответила:

– Я в самом деле была в Руате. Только… в прежнем Руате.

– В прежнем Руате? – тупо переспросил Ф’лар, не в силах понять значение ее слов.

«Вне всякого сомнения», – подтвердил Мнемент’, передавая ему мысленный образ двух сцен, позаимствованных из памяти Рамот’ы.

Ошеломленный увиденным, Ф’лар невольно присел на край кровати.

– Ты была в Промежутке между временами?

Девушка медленно кивнула. В глазах ее уже не было прежнего ужаса.

– Между временами, – пробормотал Ф’лар. – Интересно…

Мысли в его голове лихорадочно сменяли друг друга. Шансы на выживание Вейра возросли. Он еще не представлял в точности, как воспользоваться этой выдающейся возможностью, но не сомневался, что Крылатые получили некое преимущество.

В служебной шахте загремело. Взяв с платформы кувшин, Ф’лар наполнил две кружки.

У Лессы так дрожали руки, что она не сумела поднести кружку к губам. Он помог ей, размышляя, всегда ли путешествие между временами вызывает такой шок. Если да, то пользы будет мало. С другой стороны, сегодня она всерьез перепугалась, так что в следующий раз, возможно, не будет презрительно относиться к его указаниям, значит для него все к лучшему.

Снаружи саркастически фыркнул Мнемент’, но Ф’лар сделал вид, будто не обратил внимания.

Лессу теперь била дрожь, и Ф’лар обнял ее, прижимая шкуры к ее худенькому телу. Поднося кружку к губам девушки, он заставил ее пить, чувствуя, как дрожь постепенно проходит. Она медленно и глубоко дышала между глотками, полная решимости окончательно прийти в себя. Почувствовав, как она напряглась в его объятиях, он разжал руки, гадая, ощущала ли она за всю свою жизнь привязанность хоть к кому-то. После того, как Фэкс вторгся в холд ее семьи, наверняка нет. Ей тогда было всего одиннадцать. Неужели единственными чувствами, которые испытывала, взрослея, эта девочка, были лишь ненависть и месть?

Лесса опустила кружку, осторожно сжав ее обеими ладонями, словно драгоценность.

– Рассказывай, – бесстрастно велел Ф’лар.

Глубоко вздохнув, она заговорила, стискивая кружку. Охватившее ее смятение никуда не делось, но теперь она старалась не подавать виду.

– Нам с Рамот’ой надоели детские упражнения, – откровенно заявила она.

Ф’лар мрачно отметил, что это приключение, возможно, и научило ее большей осмотрительности, но не настолько напугало, чтобы привести к покорности. Впрочем, он сомневался, что это вообще удастся.

– Я показала ей образ Руата, чтобы мы могли отправиться туда через Промежуток. – Она не смотрела на него, но на фоне темного ковра отчетливо вырисовывался ее профиль. – Руата, каким я его хорошо знала… и случайно послала себя назад во времени, в тот день, когда вторгся Фэкс.

Теперь Ф’лару стало понятно охватившее ее потрясение.

– И? – нарочито спокойно спросил он.

– И я увидела себя… – Голос ее сорвался, но она с усилием продолжила: – Я представила для Рамот’ы расположение огненных ям и вид холда с этой стороны на внутренний двор. Именно там мы появились. Только что наступил рассвет, – она нервно дернула головой, – и в небе не было Алой Звезды. – Она искоса взглянула на Ф’лара, будто ожидая от него возражений. – И я увидела людей, которые пробираются между огненными ямами, спуская веревочные лестницы к верхним окнам холда. Я видела, как за ними наблюдает стражник на башне. Просто наблюдает. – Она стиснула зубы при мысли о предательстве, и ее глаза зло вспыхнули. – И я увидела себя, как я бегу из зала в логово стража порога. И знаешь, почему, – голос ее упал до горького шепота, – страж порога не поднял тревогу?

– Почему?

– Потому что в небе был дракон, а на нем – я, Лесса Руатанская!

Она резко отставила кружку, будто желая избавиться от этого знания.

– Именно из-за меня страж порога не поднял тревогу, решив, что вторжение вполне законно, поскольку в небе парит кто-то истинной крови верхом на драконе. Так что это я сама, – она напряглась, с такой силой стиснув руки, что побелели костяшки пальцев, – стала причиной резни, в которой погибла моя семья. А вовсе не Фэкс! Если бы я не совершила сегодня эту глупость, меня бы вообще не было здесь, с Рамот’ой, а страж порога был бы…

Почувствовав по голосу девушки, что сейчас у нее начнется истерика, Ф’лар резко ударил ее по щекам, сгреб в охапку и с силой встряхнул. При виде ее ошеломленного взгляда и трагического выражения лица его негодование тут же прошло. Непокорная независимость ее души и разума привлекала его не меньше, чем странная мрачная красота. Сколь бы ни злили его эти капризы, они составляли слишком важную часть ее сущности, чтобы пытаться их искоренить. Ее неукротимая воля сегодня подверглась серьезному потрясению, и чем быстрее вернется к ней прежняя уверенность в себе, тем лучше.

– Нет, Лесса, – сурово проговорил Ф’лар. – Фэкс все равно бы убил твою семью. Он все тщательно спланировал, в том числе назначив атаку именно на то утро, когда на башне стоял стражник, которого можно было подкупить. Не забывай также, что был рассвет, а страж порога, будучи ночным зверем, плохо видит днем и знает, что на рассвете его не станут наказывать за недосмотр. Твое присутствие, хотя тебе оно и может показаться роковым, никоим образом не стало решающим фактором. Зато хочу обратить твое внимание, что оно спасло тебя саму, предупредив Лессу-девочку. Ты хоть это понимаешь?

– Я могла бы крикнуть, – пробормотала она, но лихорадочный блеск в ее глазах исчез, и цвет губ стал возвращаться к нормальному.

– Если тебе так хочется терзать себя бесплодными обвинениями – пожалуйста, – с нарочитой грубостью сказал Ф’лар.

Рамот’а поделилась наблюдением: поскольку они побывали там в тот прошлый раз, когда люди Фэкса готовились к вторжению, все это уже случилось, так что изменить все равно ничего нельзя. И тогда, и сегодня ход событий был неизбежным. Ибо как иначе Лесса могла остаться в живых, чтобы впоследствии оказаться в Вейре и пройти с Рамот’ой Запечатление?

Мнемент’ в точности передал сообщение Рамот’ы, включая все эгоистичные подробности. Ф’лар резко взглянул на Лессу, пытаясь понять, как она восприняла суровое замечание королевы.

– Как всегда, за Рамот’ой остается последнее слово. – По лицу девушки промелькнула знакомая тень насмешливой улыбки.

Ф’лар