несколько дней до того… как ты и Фэкс явились в Руат-холд. Что-то меня разбудило… странное чувство, тяжелое и давящее… ощущение какой-то страшной опасности. – Она замолчала. – Только что взошла Алая Звезда. – Она резко сжала и разжала пальцы левой руки, судорожно вздрогнув, и взгляд ее вновь сосредоточился на Ф’ларе. – Вы с Фэксом как раз и пришли с северо-востока, из Крома, – резко сказала она, никак не отреагировав на замечание Ф’лара, что Алая Звезда тоже восходит на северо-востоке.

– Да, действительно, – улыбнулся он, живо вспомнив то утро. – Хотя, – добавил он, обводя рукой большую пещеру, – я все же полагаю, что сослужил тебе в тот день неплохую службу… а ты вспоминаешь об этом без особой радости?

Она смерила его холодным, непостижимым взглядом:

– Опасность приходит во многих обличьях.

– Согласен, – дружелюбно согласился Ф’лар, полный решимости не поддаваться на провокацию. – А другие такие же странные пробуждения у тебя бывали? – как бы между делом поинтересовался он.

Наступившая тишина заставила его вновь взглянуть на девушку. Лицо ее страшно побледнело.

– В тот день, когда Фэкс вторгся в Руат-холд, – еле слышно прошептала она, широко раскрыв глаза и вцепившись в край стола.

Молчание затягивалось, и Ф’лара в конце концов обеспокоила неожиданная реакция на небрежно заданный вопрос.

– Расскажи, – мягко предложил он.

Она заговорила, бесстрастно, без намека на эмоции, будто цитируя наизусть одну из обучающих баллад или описывая случившееся с совсем другим человеком.

– Мне тогда было всего одиннадцать. Я проснулась на рассвете… – Девушка замолчала, продолжая смотреть в пустоту, будто сейчас перед ее глазами стояло случившееся много Оборотов назад.

У Ф’лара возникло неодолимое желание ее утешить. Внезапно он понял, что никогда не задумывался о том, насколько ранит ее душу тот давний ужас.

Мнемент’ сердито сообщил всаднику, что Лесса слишком сильно встревожилась, вплоть до того, что ее душевные муки вот-вот пробудят ото сна Рамот’у. Уже не таким обвиняющим тоном Мнемент’ добавил, что Р’гул наконец улетел вместе с юными учениками, однако его дракон Хат’ пребывает в полной растерянности из-за душевного состояния своего всадника. Неужели Ф’лар не может обойтись без того, чтобы не выбить из колеи весь Вейр?..

– Да успокойся ты, – буркнул Ф’лар.

– Что? – уже обычным голосом переспросила Лесса.

– Я вовсе не тебя имел в виду, дорогая моя госпожа Вейра, – с ласковой улыбкой заверил он, сделав вид, будто не заметил ее странного оцепенения. – Мнемент’ в последнее время любит давать советы.

– Каков всадник, таков и дракон, – язвительно ответила она.

Рамот’а зевнула во всю пасть. Лесса тут же вскочила и бросилась к ней. Ее стройная фигурка выглядела миниатюрной на фоне шестифутовой драконьей головы. Лесса излучала такую искреннюю нежность и обожание, что Ф’лар заскрежетал зубами, завидуя привязанности между всадницей и драконом. В его мыслях прокатился драконий смех Мнемент’а.

– Она проголодалась, – сообщила Лесса Ф’лару. Взгляд ее серых глаз и легкая улыбка все еще хранили эхо любви к Рамот’е.

– Она всегда голодна, – заметил он, следуя за ними к выходу из вейра.

Мнемент’ галантно воспарил над карнизом, дожидаясь, когда взлетят Лесса и Рамот’а. Королева и всадница скользили вдоль Чаши Вейра, над туманным озером, к месту кормежки в противоположном конце длинного овала долины Бенден-Вейра. Бороздчатые отвесные стены были испещрены черными провалами входов в вейры с пустыми карнизами, на которых в иное время обычно дремали в лучах зимнего солнца драконы.

Ф’лар вскочил на гладкую бронзовую шею Мнемент’а, надеясь, что кладка Рамот’ы окажется достаточно впечатляющей, чтобы затмить ту позорную дюжину яиц, которые отложила в последний раз Неморт’а. Он почти не сомневался в успехе после выдающегося брачного полета Рамот’ы с его Мнемент’ом. Бронзовый дракон самодовольно подтвердил уверенность всадника. Оба с чувством собственников смотрели на изогнувшую крылья перед приземлением королеву. Она вдвое превосходила размерами Неморт’у, крылья ее были в полтора раза длиннее, чем у Мнемент’а, самого крупного из семи бронзовых самцов. Ф’лар рассчитывал, что потомство Рамот’ы вновь заселит пять пустующих Вейров, а они с Лессой возродят гордость и веру в себя как всадников, так и всего Перна. Он лишь надеялся, что у него еще осталось для этого достаточно времени. Алая Звезда появилась в отверстии Глаз-Камня. Скоро должны упасть Нити. Где-то, в какой-нибудь из записей другого Вейра, наверняка есть нужные ему сведения о том, когда в точности это должно произойти.

Мнемент’ приземлился. Спрыгнув с шеи дракона, Ф’лар встал рядом с Лессой. Все трое смотрели, как Рамот’а, держа в каждой передней лапе по туше, взлетает на карниз для трапезы.

– Неужели она всегда будет такой ненасытной? – с тревогой и нежностью спросила Лесса.

Будучи детенышем, Рамот’а ела, чтобы расти. А теперь, достигнув полной зрелости, она, естественно, ела за себя и свое будущее потомство и занималась этим весьма добросовестно.

Рассмеявшись, Ф’лар по-охотничьи присел на корточки и, подобрав несколько отвалившихся драконьих чешуек, начал бросать их на сухую землю, по-мальчишески считая клубы поднятой пыли.

– Придет время, когда она перестанет есть все, что ей подвернется, – заверил он Лессу. – Но она еще молода…

– …и ей нужны силы, – прервала его Лесса, подражая педантичному тону Р’гула.

Ф’лар посмотрел на девушку, щурясь в косых лучах зимнего солнца.

– Она уже полностью взрослая и прекрасно выглядит, особенно если сравнивать с Неморт’ой. – Он презрительно фыркнул. – Собственно, тут даже нечего сравнивать. Но взгляни лучше сюда, – не терпящим возражений тоном велел он.

Ф’лар постучал по гладкому песку перед собой, и Лесса увидела, что его казавшиеся бесцельными действия были вполне осмысленными. Куском камня он быстрыми штрихами нарисовал схему.

– Чтобы дракон мог летать в Промежутке, ему следует знать, куда направляться. Как и тебе. – Он усмехнулся, увидев гневный блеск в ее глазах. – Плохо рассчитанный прыжок ведет к неприятным последствиям. Неверная оценка ориентиров часто приводит к тому, что всадник и дракон застревают в Промежутке. – Он зловеще понизил голос. – Есть определенные опознавательные точки, которым учат всех юношей. И это, – он показал на свой рисунок, а затем на Звездную Скалу с Пальцем и Глаз-Камнем, – первая такая точка. Когда мы взлетим, ты окажешься прямо над Звездной Скалой, достаточно близко, чтобы отчетливо увидеть отверстие в Глаз-Камне. Запомни как следует этот мысленный образ и передай его Рамот’е. Так ты всегда сможешь вернуться домой.

– Понятно. Но как мне узнать об опознавательных точках тех мест, которые я никогда не видела?

Ф’лар усмехнулся.

– Тебя им обучат. Сперва твой наставник, – он ткнул каменным обломком в свою грудь, – а потом ты сама отправишься туда, велев своей королеве получить нужный образ от ее наставника. – Он показал на Мнемент’а.

Бронзовый дракон опустил клиновидную голову, уставившись