Настоящим подтверждаю, что капитан Александр Дмитриевич Воронцов, отставной офицер инженерных войск, за время проживания в Туле зарекомендовал себя как честный, порядочный и высокопрофессиональный специалист.

По моему заказу капитан Воронцов построил паровую мельницу в моем имении. Работа выполнена качественно, в срок, без нареканий. Мельница работает безупречно, приносит значительный доход. Капитан Воронцов регулярно проводит технический осмотр и обслуживание, что свидетельствует о его ответственности и добросовестности.

Кроме того, капитан Воронцов занимается производством насосов и карет, которые пользуются большим спросом среди купцов и помещиков Тулы благодаря высокому качеству и надежности.

В деловых вопросах капитан Воронцов всегда проявлял честность и прямоту. Никаких претензий или сомнений в его порядочности у меня не возникало и не возникает.

Считаю капитана Воронцова достойным человеком, приносящим пользу городу и обществу.

Предводитель Тульского уездного дворянства

Иван Петрович Баранов.

10 августа 1856 года, Тула'

Я закончил читать и поднял голову. Отзыв отличный. Четкий, конкретный и положительный.

— Благодарю вас, Иван Петрович. Это именно то, что нужно.

Баранов улыбнулся:

— Рад помочь, Александр Дмитриевич. И если что еще понадобится, обращайтесь. Я с удовольствием поддержу вас.

Я сложил отзыв, убрал во внутренний карман сюртука. Попрощался с Барановым, вышел из дома.

Один отзыв получен. Теперь к Крылову.

Нанял извозчика, велел везти к пожарной части. Вскоре мы подъехали к массивному деревянному зданию пожарной части, стоящему рядом с моей мастерской.

Над воротами висел медный колокол, тут же возвышалась деревянная каланча с дозорной площадкой наверху. Я расплатился с извозчиком и слез с пролетки.

Вошел через широкие ворота во двор. Справа стояли два красных обоза с бочками, слева конюшня, откуда доносилось ржание лошадей. Прямо двухэтажное служебное здание.

Поднялся по ступеням, открыл тяжелую дубовую дверь. В прихожей пахло дымом, кожей и конской сбруей. Дежурный пожарный, молодой парень в синей рубахе с медными пуговицами, вскочил со скамьи.

— Здравия желаю! К начальнику части.

— Иван Степанович в кабинете, прошу пожаловать.

Прошел по коридору, постучал в дверь с медной табличкой «Начальник Тульской городской пожарной части».

— Войдите!

Открыл дверь. Кабинет просторный, с двумя окнами во двор. У стены шкаф с книгами и папками. Посредине массивный дубовый стол. За столом сидел Иван Степанович Крылов, высокий, широкоплечий мужчина, с седыми усами и выправкой старого служаки. Курил длинную фарфоровую трубку.

Он поднял голову, узнал меня и улыбнулся.

— А, Александр Дмитриевич! Какими судьбами? Садитесь, садитесь!

Я сел в кресло напротив стола.

— Иван Степанович, прошу вашей помощи. Дело серьезное.

Крылов отложил трубку на металлическую подставку и выпрямился.

— Слушаю вас.

Я рассказал о письме от князя Долгорукова, о сомнениях в моей благонадежности, о необходимости собрать отзывы от уважаемых людей Тулы.

Крылов слушал внимательно, временами кивая. Когда я закончил, покачал головой.

— Вот ведь дела. Кто-то явно старается вам навредить. Но вы человек честный, это всякому видно. Я с вами дела имел, насосы ваши в части служат исправно. Претензий никаких.

— Потому и пришел к вам, Иван Степанович. Ваше слово в городе весомое. Если напишете отзыв…

Крылов махнул рукой.

— Да напишу, конечно! Сегодня же. Обрисую, как вы делали насосы для пожарной части, как все быстро и качественно исполнили. Показали себя честным и надежным мастером.

— Благодарю вас.

Крылов поднялся из-за стола, подошел ко мне и похлопал по плечу.

— Да что вы, Александр Дмитриевич! Это малость. Вы нам помогли, теперь мы вам. А вообще держитесь. Работайте, как работали. Честное дело лучшая защита от наветов.

Он прошел к двери и открыл ее.

— Отзыв пришлю вам завтра с нарочным. Хорошо?

— Хорошо. Еще раз благодарю.

Я вышел из кабинета, спустился по лестнице и вышел во двор. Быстро наступал летний вечер. Застегнул сюртук, надел шляпу и направился к мастерской.

Один отзыв от Баранова получен. Второй от Крылова будет завтра. Остается Баташев.

Я подошел к мастерской, решив работать сегодня допоздна. Навстречу выскочил Гришка.

— Здравствуйте, Александр Дмитриевич. Вам письмо пришло. Из Петербурга. Ваша домохозяйка прислала. Ей почтарь сказал, очень срочное.

Плохие новости. Письмо из Петербурга? Опять от князя?

— Давай.

Гришка подал конверт. Я взял, поднес поближе к свече, чтобы посмотреть. Почерк тонкий, женский. Елизавета.

Прошел к столу в углу, зажег лампу на столе, сел в кресло. Вскрыл конверт ножом для бумаг, развернул лист.

'Александр Дмитриевич!

Пишу Вам в великом смущении и тревоге. Отец переменился ко мне. Прежде обходителен и ласков, теперь холоден и молчалив. За обедом почти не говорит со мной, отвечает коротко, избегает смотреть в глаза.

Вчера вечером застала его в кабинете за письмом. Спросила, что случилось. Он помолчал, потом сказал: «Узнал кое-что о твоем женихе. Не все так хорошо, как казалось». Я просила объяснить, но он отказался. Сказал только: «Поживем увидим. Торопиться не следует».

Александр Дмитриевич, я в страхе! Что если отец откажет Вам? Что если запретит нам переписываться?

Сегодня за чаем матушка заговорила о князе Мещерском. Он недавно овдовел, ищет невесту. Матушка сказала, что он человек состоятельный и уважаемый. Отец кивнул и добавил: «Вот это был бы достойный выбор».

Я не знаю, что делать. Держусь, как могу, но силы мои на исходе. Прошу Вас, напишите мне. Скажите, что все будет хорошо. Что Вы не оставите меня. Если отец откажет, мне лучше уехать с вами, куда глаза глядят, все равно, лишь бы быть рядом с вами.

Преданная Вам

Елизавета Петровна

8 августа 1856 года, Санкт-Петербург'

Я дочитал письмо и отложил его на стол. Значит, князь уже действует. Охлаждает дочь, готовит почву для отказа. А матушка подыскивает других женихов.

Придвинул к себе чистый лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу. Подумал немного, начал писать.

'Елизавета Петровна!

Получил Ваше письмо. Понимаю Вашу тревогу, но прошу Вас, сохраняйте спокойствие и терпение.

Да, князь получил недобрые сведения обо мне. Кто-то постарался очернить меня в его глазах. Но я не намерен сдаваться. Уже предпринял меры для защиты своей чести.

Написал князю подробное письмо, где объяснил все обстоятельства моей службы и жизни в Туле. Собираю отзывы от уважаемых людей города. Эти люди могут засвидетельствовать мою честность и профессионализм.

Все эти документы отправлю князю в ближайшие дни. Думаю, они развеют его сомнения.

Елизавета Петровна, знаю, что Вам тяжело. Но прошу Вас, держитесь. Не давайте родителям повода для упреков. Будьте послушной дочерью, проявляйте терпение. Время работает на нас.

Что до других женихов, не бойтесь. Ваш отец человек благородный. Он не станет