холодной и освежающей. Сел за стол.

Матрена принесла ужин на подносе, поставила передо мной. Картошка жареная, румяная, с кусочками сала. Огурцы хрустящие, соленые, пахнут укропом. Хлеб ржаной, нарезанный толстыми ломтями. Кружка холодного кваса.

Я поужинал с аппетитом, потому что устал и проголодался. Картошка вкусная, огурцы отменные.

Поел, допил квас. Матрена убрала посуду, пожелала спокойной ночи и ушла к себе.

Я остался один в комнате. Сел за письменный стол, зажег керосиновую лампу. Достал записную книжку, раскрыл, начал записывать итоги дня. Одновременно набросал план назавтра. Закрыл записную книжку, отложил перо. Потер глаза, они устали за день.

Встал, подошел к окну. Город погружался в темноту. Фонари горели редко, желтые огоньки в чернильной мгле. Улица пустая, только кошка пробежала вдоль забора, мелькнула тенью.

Постоял, отошел от окна, задернул занавески. Разделся, лег в постель. Подушка жесткая, одеяло легкое, простыня прохладная.

Закрыл глаза. В голове еще крутились мысли о прошедшем дне, о планах, о Павле Долгоруковом.

Но усталость взяла свое. Мысли размылись, поплыли и растаяли.

Уснул.

Глава 16

Работники

Проснулся рано, на рассвете. За окном серело небо и щебетали птицы. Встал, умылся и оделся.

Позавтракал быстро. Овсяная каша, чай с хлебом. Матрена суетилась на кухне, ворчала, что я мало ем, что похудел.

Вышел из дома около восьми утра. Солнце поднималось над крышами, обещало ясный день.

Направился в центр города, к зданию губернского правления. Там, на первом этаже, находилась редакция Тульских губернских ведомостей.

Шел по утренним улицам. Торговки несли корзины с товаром на рынок, мещане открывали ставни лавок, дворники мели мостовые березовыми метлами. Пахло свежим хлебом из пекарни, навозом от проехавшей телеги. С утра прохладно.

Дошел до губернского правления. Здание большое, трехэтажное, каменное, выкрашенное в желтый цвет. У входа колонны, крыльцо широкое, на фасаде герб губернии, двойной орел с мечами.

Поднялся по ступеням, вошел внутрь. Вестибюль просторный, потолки высокие, стены оклеены обоями зеленоватого цвета. Пахло пылью, старыми бумагами и чернилами.

Дежурный сидел за столиком у входа, пожилой солдат в отставке, с седыми усами. Увидел меня, поднялся и козырнул:

— Здравия желаю, ваше благородие. По какому делу?

— В редакцию газеты. Где находится?

— Первый этаж, направо, третья дверь. Редактор Михаил Иванович Сбруев принимает до полудня.

— Благодарю.

Я прошел по коридору, нашел нужную дверь. На ней висела медная табличка: «Редакция Тульских губернских ведомостей. Редактор М. И. Сбруев».

Постучал, услышал приглушенное «войдите». Толкнул дверь и очутился внутри.

Комната небольшая и тесная. Вдоль стен стеллажи с подшивками газет, книгами и папками. У окна письменный стол, заваленный бумагами.

За столом сидел мужчина средних лет, лет сорока пяти, в очках, с редеющими волосами. Лицо бледное и нездоровое, глаза усталые. Одет просто, в темный поношенный сюртук, белую рубашку с небрежно повязанным галстуком.

Он поднял голову от бумаг и посмотрел на меня:

— Здравствуйте. Чем могу помочь?

— Я капитан Воронцов. Хочу разместить объявление в газете.

Сбруев кивнул и отложил перо:

— Присаживайтесь. — Указал на стул напротив стола. — Какое объявление?

Я сел, достал из кармана листок бумаги, где заранее написал текст:

— Рекламное. О продаже насосов улучшенной конструкции.

Протянул листок Сбруеву. Тот взял, прочитал вслух:

— Продаются насосы улучшенной конструкции для фабрик, мастерских и хозяйств. Производительность выше обычных на треть. Медные клапаны, железные корпуса, надежная работа. Цена умеренная. Обращаться: Тула, Заречная улица, насосная мастерская капитана Воронцова рядом с пожарной частью.

Сбруев отложил листок, снял очки, протер стекла платком:

— Хорошее объявление. Конкретное, без лишних слов. Сколько раз печатать?

— Четыре раза в неделю, в течение месяца.

— Шестнадцать публикаций, — прикинул Сбруев. — Объявление короткое, строк пять. Цена… два рубля за все выпуски. Устроит?

— Устроит.

Я достал бумажник, отсчитал деньги и положил на стол. Сбруев взял деньги, убрал в ящик стола, достал квитанцию, заполнил, протянул мне:

— Держите. Первая публикация выйдет в субботу, потом в понедельник, среду, четверг и опять в субботу, и так в течение месяца.

— Благодарю.

Я взял квитанцию, сунул в карман и встал. Попрощался с Сбруевым, вышел из редакции.

Одно дело сделано. Реклама размещена, через неделю объявление появится в газете. Купцы и помещики прочитают, заинтересуются и начнут заказывать.

Теперь нужно поискать мастеров.

Я вышел из губернского правления и направился к оружейному заводу. Морозов говорил, что знает толкового слесаря, Петра Ивановича, который работает там. Нужно найти его, предложить перейти к нам.

Шел по улице Оружейной, мимо кузниц, мастерских и лавок. Пахло углем, железом и машинным маслом. Стучали молоты, скрипели станки и кричали мастера.

Впереди показались ворота оружейного завода. Высокий забор, чугунные ворота, с гербом. Вахта у входа, солдаты с ружьями.

Я прошел к вахтенной, назвался. Вахтер, унтер-офицер с усами, записал мои данные в журнал и спросил:

— По какому делу, ваше благородие?

— Ищу мастера Петра Ивановича, слесаря. Говорят, работает здесь.

Унтер-офицер кивнул:

— Петр Иванович Громов, слесарь механического цеха. Сейчас на работе. Пройдете через ворота, второй корпус справа, спросите мастера.

— Благодарю.

Я прошел через ворота, пересек двор завода. Территория большая, несколько корпусов, труба котельной, штабеля угля, дров. Рабочие сновали туда-сюда, тащили тележки с деталями, катили бочки.

Нашел второй корпус справа, вошел внутрь. Механический цех просторное помещение, высокие потолки, станки вдоль стен. Токарные, сверлильные, строгальные. Рабочие стояли у станков, обрабатывали детали оружия.

Подошел к мастеру, пожилому мужику в фартуке:

— Здравствуйте. Ищу Петра Ивановича Громова, слесаря.

Мастер кивнул, показал в сторону:

— Вон там, у токарного станка.

Я прошел вдоль цеха, подошел к указанному станку. У станка работал мужчина лет тридцати пяти, среднего роста и крепкого сложения. Лицо серьезное, сосредоточенное, нос прямой, глаза темные. Усы черные, аккуратно подстриженные. Одет в рабочую куртку, поверх кожаный фартук, на голове картуз.

Вытачивал деталь на станке, резец снимал тонкую и ровную стружку. Работал сосредоточенно, не отвлекаясь.

Я подождал, пока он закончит проход резца. Станок остановился, мужчина снял деталь, осмотрел и удовлетворенно кивнул.

Обернулся, увидел меня:

— Здравствуйте. Вы ко мне?

— Здравствуйте. Капитан Воронцов. Вы Петр Иванович Громов?

— Я. Слушаю вас.

Я оглянулся, рядом стояли другие рабочие, могут нас слышать. Сказал тихо:

— Можем поговорить отдельно? Есть предложение.

Громов удивился, но кивнул:

— Сейчас перерыв будет, минут через десять. Выйдем во двор, поговорим.

— Хорошо. Подожду у ворот цеха.

Я вышел, встал у ворот и начал ждать. Через десять минут загудел заводской