Макар прервался, немного подумал и продолжил говорить:

— Я тебе все это к чему рассказываю? Рано или поздно царь своего добьётся. Всё-таки враги у нас общие, а он далеко не дурак, чтобы стоять на своём в отношении беглых, и придумает, как обойти эту препону. Так вот, пока он с нами не договорится окончательно (что точно будет ещё нескоро), по-любому постарается не испортить зарождающихся отношений. Я думаю, что он не станет ничего предпринимать в отношении желания казаков взять под себя ничейные земли. Тем более, что казаки там будут выступать щитом между его державой и крымчаками с ногаями. Ему это на руку.

Макар уже весело на меня посмотрел и подвёл итог:

— Совсем другое дело, если ничейные земли займёт ни от кого независимый человек, назвавшийся князем. Этого он просто так не оставит и постарается, как можно быстрее, прижать этого наглеца к ногтю. Я тебе уже говорил, что признателен тебе за внука, вот и хочу поблагодарить, дав добрый совет. Прежде, чем переселяться на реку Воронеж, договорись с кругом о создании ещё одного казачьего войска, которое будет частью Донского казачества.

Видя непонимание на моем лице, он объяснил:

— Чтобы тебе совсем все стало ясно, я тебе расскажу и ещё кое-что. Помимо московского царя, подарки нам шлют сейчас ещё и с Запорожской Сечи, которую в свою очередь активно обхаживают ляхи. Более того, запорожские казаки, которых раньше мало интересовало дикое поле (если только не в плане защиты от степняков), сейчас уже строят укрепленные городки по рекам, позволяющие со временем объединить наши с ними территории. Понятно, что Московскому царю не нужно такое распространение влияния ляхов. Поэтому он и не станет ссориться с нами без веской на то причины. Вот я и говорю, что, если помимо хоперских казаков, появятся ещё и воронежские, он хоть это и заметит, но никаких враждебных действий в отношении этого войска предпринимать не станет, как бы ему этого не хотелось. Пока круг окончательно с царем не договорится о дальнейшем сосуществовании, ты сможешь властвовать в этих землях без оглядки на кого-либо. Но тебе придётся жить казачьим укладом и быть частью войска Донского со всеми вытекающими. А значит, казаки тебя должны будут выбирать атаманом.

Признаться, он меня заставил задуматься, потому что в том, что он предлагает, есть как свои плюсы, так и минусы. Причём неизвестно, чего больше. Одно дело быть самостоятельным во всех отношениях, и другое — подчиняться прихотям кого-либо. Круг ведь тоже может зачудить и присудить что-либо неприемлемое. Вот и нужно хорошо подумать, надо ли мне это.

Естественно, я поделился своими опасениями с Макаром, который рассмеялся и произнес:

— Семен, ты не думай, что казаки такие уж дурные, что не способны понять всю подоплеку дела. Ты все организовываешь за свое серебро, а значит, имеешь право устанавливать на своей территории свои же законы. Единственное, на что тебе нужно оглядываться, это казачий уклад жизни на твоих землях и участие во всеобщих походах, если круг решит воевать с кем бы то ни было всеми возможными силами. Ещё, конечно, тебя должна волновать преемственность власти, потому что, если у тебя наследник будет недостойным, никто его атаманом не выберет. Но тут уже от тебя все будет зависеть, как обучишь и воспитаешь.

— Хорошо, с этим мне все понятно. Но ты ответь на другой вопрос. Например, если я начну чеканить свою монету или выделывать огнестрельное оружие, мне придётся с этого отдавать какую-то долю кругу?

— С чего это? — Неподдельно удивился Макар и пояснил:

— Долю с добычи выделить кругу — это святое. Все остальное его не касается. Хоть золото найдёшь и копать его будешь, никто слова не скажет.

— А как-же отобранная у меня коптильня или то же железо, которое нужно было кругу? — Немного ехидно напомнил я, на что Макар, улыбнувшись, ответил:

— Семен, не путай ровное с кривым. В тех случаях это нужно было кругу хоперского казачества! Что будет нужно кругу воронежского, определять будешь уже ты. Что же касается большого круга, там немного все по-другому. Конечно же, в случае надобности, воронежское казачье войско, как часть казачества, могут обязать помочь большому кругу в том или другом деле, но не просто так. В любом случае, выгоду свою твоё войско при этом получит и в обиде не останется, потому что казаки друг за друга всегда стоять будут. И обижать сотоварищей — последнее дело.

Макар, сам того не зная, подарил мне сейчас реальную надежду на светлое будущее. Зная, как в ближайшие годы будут развиваться взаимоотношения казаков с царем, у меня в случае, если крышей выступит круг, появится очень даже немало времени для того, чтобы развиваться, ни на кого не оглядываясь. Со временем может получиться так, что и с царем я смогу разговаривать, если не на равных, то почти.

Немного обдумав все это, я спросил:

— Хорошо, допустим, что я соглашусь и буду создавать Воронежское казачье войско, как часть Донского. Как в таком случае это все организовать?

— Тут я тебе помогу и переговорю, с кем надо, но нужно будет как-то уговорить Святозара, чтобы он выступил на круге от твоего имени. Тебя пока хоть и послушают, но не услышат. Еще нужно будет потратить немного серебра на подарки некоторым казакам, придумать бунчук, с которым твои казаки пойдут в бой, ну, и ещё кое-какие мелочи подготовить, типа войсковой печати, и прочее. С грамотой на руках от круга о том, что тебе поручено создать казачье войско на указанных землях, тебе любой царь будет побоку, потому что это уже интерес всего войска Донского.

Мы с Макаром ещё долго обсуждали отдельные детали, и он вводил меня в курс некоторых дел, о которых я был ни сном, ни духом. Чуть не полдня провели у коптильни.

Не ушли оттуда даже после того, как бабушка с Аминой пришли и забрали рыбу.

В итоге, я здесь же и принял окончательное решение. Войску Воронежскому казачьему быть!

Самому стало смешно, когда подумал, как бы к этому отнеслись мои друзья в прошлом мире в свете происходящего там в моё время, но по фиг. Есть возможность решать вопросы без оглядки на сильных мира сего, значит, буду ей пользоваться, а дальше — будь, что будет.

Уже перед тем, как расстаться, я спросил у Макара:

— Сам не хочешь с нами отправиться? Мне, ох, как нужен такой человек, как ты!

— Сам не поеду, нельзя мне. А вот пару человек, сведущих