шины выбрасывают мелкие камешки с подъездной дорожки.

ГЛАВА 17 Элиза

Избегать Картера на этой неделе намного проще благодаря поискам работы и ежедневным поездкам в мой будущий дом. Я проверяю прогресс бригады, приношу обед и закуски. И дополнительное печенье для Сэма, который каждый день дежурит там, чтобы командовать бедным Финном.

У Финна никогда не было такого заинтересованного помощника, как наш дорогой Сэм. Вчера он заставил парня покраснеть своими неумеренными комплиментами о том, что Финн — мужской материал, и какое совпадение, что Элиза свободна, и вам стоит узнать друг друга получше.

Темноглазый блондин симпатичный в стиле «мальчик по соседству», с телом мужчины, который несет свою долю работы на стройке. Не помешает и то, что он чертовски смешной, и я смеюсь каждый раз, когда задаю ему миллион вопросов об этапах ремонта.

Уже за полночь, когда я возвращаюсь в хижину, волоча ноги, тело ломит. К моему облегчению, свет выключен.

Я закрываю входную дверь и прислоняюсь к ней, глубоко вздыхая. Плечи опускаются от усталого выдоха. Сегодня был тяжелый день.

Рыболовный магазин у причалов ищет кладовщика на неполный рабочий день. Управление запасами и заказами звучит не слишком захватывающе, но я не могу позволить себе слишком уж перебирать. Мне предложили работу на месте. Не нужно было дополнительного времени на раздумья, поскольку моя последняя зарплата все еще удерживается Карлом, который пишет мне каждый день.

У меня нет большого выбора, так как бригада дала мне более долгий срок, чем я надеялась. Это означает еще больше денег. Я хочу съехать как можно скорее, но потребуется как минимум еще три недели, прежде чем я смогу заняться отделкой и мебелью.

Суть в том, что мне придется делить пространство с Картером как минимум еще месяц. И находить новые способы проводить как можно меньше времени в одной комнате.

Все, чего я хочу, это рухнуть на кровать и провалиться в беспамятство.

Скрип половицы из гостиной раздается в тишине, пригвождая меня к месту. Ужас поднимается по телу, и я покрываюсь холодным потом.

Картер идет ко мне, взгляд сосредоточенный, как у ночного хищника. Его плавные шаги сковывают мои конечности, сердце бешено колотится.

Его полные губы сжаты в тонкую линию. Единственный признак его настроения. Его движения плавные и обманчиво расслабленные, будто он отправился на ночную прогулку, а не собирается загнать меня в угол в темноте.

— Ты не выполняешь нашу договоренность, — говорит он сухо, по-деловому. Я почти ожидаю, что он достанет контракт.

Черт. Он выгоняет меня. Я старалась не попадаться ему на глаза, но этого недостаточно. Он хочет, чтобы я ушла из дома, и я ничего не могу с этим поделать.

Я не готова. Единственное решение, кроме как жить в палатке, проглотить гордость и позвонить Дантонам.

Я прочищаю горло и выпрямляюсь. Я не собираюсь его умолять.

— Что ты имеешь в виду? Я делаю то, о чем мы договорились. Еда и уборка.

— Мои голосовые связки заржавели, — говорит он ровно.

Разве не он сказал, что не хочет моей компании? Мистер «Никто мне не нужен».

— Сходи выпей кофе в городе. Здесь люди дружелюбные. Ты найдешь с кем поговорить.

Судя по выражению его лица, можно подумать, что я отправляю его на голую прогулку по главной улице с йодлем, а не мягко подталкиваю к общению.

— Согласно нашей договоренности, ты должна показывать мне окрестности, — он выглядит совершенно серьезным.

— Это значит проводить время в одном месте, — замечаю я.

— Я в курсе, — говорит он низким бархатистым голосом.

Нет причин поднимать это, если только он не умер от скуки. Он может потратить свои деньги и нанять личного гида, вместо того чтобы мучить меня.

Картер подходит ближе, и интенсивность его серебристых глаз лишает меня дара речи. Воздух вокруг нас пульсирует от напряжения, давящего на мою грудь.

— Я всегда получаю то, что хочу. Это не будет исключением, — говорит он, прежде чем уйти в свою спальню. — Спокойной ночи, Элиза.

ГЛАВА 18 Картер

Запах влажной травы после дождя уступает место новому чувству цели в этом хрустальном утре. Если быть честным с собой, я бы признал, что скучал по Элизе и мне не очень нравились дни, когда она меня игнорировала. Вместо этого я спишу это на синдром затворничества.

Нервозность вытащила меня из постели до рассвета, и я уже пару часов любуюсь видом с заднего крыльца.

Шум внутри привлекает мое внимание, и через окно я замечаю Элизу, крадущуюся на цыпочках и бросающую украдкой взгляды по сторонам, словно начинающая воровка.

Проказница пытается улизнуть.

Ты так просто от меня не отделаешься.

Я не даю ей предупреждения.

— Куда мы идем?

Она издает крошечный вскрик и в панике хватает туфли и сумку, прижатые к груди.

— Мы? — выдавливает она, широко раскрыв глаза.

— Я ясно дал понять прошлой ночью.

Элиза оглядывается, надувая розовые губы. Это умилительно. Она отчаянно ищет выход. Не в этот раз, кошечка.

— Библиотека едва ли захватывающая достопримечательность.

— Осмелюсь не согласиться. Интернет сообщает, что это историческая достопримечательность. Одно из десяти лучших мест в городе, которые обязательно нужно посмотреть.

Ее рот открывается самым очаровательным образом.

— Там будет скучно и полно детей, — она предпринимает еще одну доблестную попытку от меня избавиться.

— Ерунда. Я люблю детей, — ей не обязательно знать, что я всегда избегал офиса в дни, когда команды приглашали приводить своих детей на праздники.

Она сверлит меня недоверчивым взглядом, но выходит на улицу, пока я наслаждаюсь сладким вкусом победы.

— Садись, — говорю я ей, направляясь к машине.

— Я не могу въехать в город на этом, — она указывает на Maserati с гримасой человека, наткнувшегося на дохлое животное.

— Эта машина оскорбляет твои чувства? — честно говоря, я не вижу проблемы. — У тебя не было проблем, когда я подвозил тебя до работы.

Она делает глубокий успокаивающий вдох и изо всех сил пытается найти причину, которая бы меня не оскорбила.

— Это было чрезвычайной ситуацией. Это слишком для Сильвер-Лейк-Фолс. Люди начнут сплетничать, когда я выйду из твоей машины, — она запинается, умоляя меня понять.

Я делаю паузу, обдумывая ее ситуацию. Недавний скандал с парнем-изменщиком, отсутствие работы. Люди видят то, что хотят видеть. Мне не особенно важно, но я уеду из этого города, а ей придется остаться здесь со сплетнями.

— Как ты предлагаешь нам добраться? Ты ведь не имеешь в виду… — ее ухмылка леденит кровь.

— Мой грузовик!

— Нет.

— Он идеален для этих дорог и для поездок по