Общение с инвестиционными менеджерами – это пустая трата времени. Во-вторых, он должен прийти подготовленным: изучить нашу отчетность и понимать специфику бизнеса заранее. Я ценю профессионализм и не готов тратить часы на объяснение базовых вещей тем, кто просто хочет «познакомиться».

Я ждал человека, который может и хочет задавать конкретные вопросы. Только так можно понять, подходим ли мы друг другу. Консультант заверил меня: «Этот инвестор знает компанию, он принимает решения и готов перевести средства за две недели». Он пришел и его первым вопросом было: «А какой у вас основной продукт?»

Я не стал продолжать. Я просто сказал: «Извините, мы сегодня очень заняты». Если человек не потрудился узнать базу перед встречей, нам не о чем говорить. Деньги без понимания смыслов для нас не имеют ценности

Я прямо сказал: «Давайте поговорим в другой день, когда у вас будет время познакомиться с нами поближе». Наша встреча продлилась всего пять минут. На ней присутствовал и Сы Дэ.

Мне все равно, насколько велик ваш фонд или насколько известно ваше имя в мире финансов. Прийти неподготовленным – значит проявить неуважение и впустую потратить мое время.

МЫ ДАВНО ПРОШЛИ ПЕРИОД ОСТРОЙ НУЖДЫ В ДЕНЬГАХ, КОГДА ПРИХОДИЛОСЬ ТЕРПЕТЬ ДИЛЕТАНТСТВО РАДИ ВЫЖИВАНИЯ. ТЕПЕРЬ МЫ ВЫБИРАЕМ ПАРТНЕРОВ, КОТОРЫЕ РАЗДЕЛЯЮТ НАШУ ГЛУБИНУ И ДИСЦИПЛИНУ.

Ли Сян: Почему фонд Sequoia инвестировал позже?

Ван Нин: Sequoia покупает старые акции[42], мы помогаем им в этом. Инвесторы, которые покупают старые акции, на самом деле отличаются от инвесторов, которые вкладываются в компании на ранних этапах.

Ли Сян: Что означает «действительно помогают вам расти»? Оказывают помощь в трудную минуту?

Ван Нин: Они дают вам деньги, когда они вам нужны, и переводят их в компанию. Деньги от покупки старых акций не поступают в компанию. Это коммерческая сделка, купля-продажа акций. Это инвестиции в акции, а не в компанию.

Ли Сян: Я слышал, что вы также вели переговоры с Tencent Investment.

Ван Нин: Это очень деликатный вопрос. Мы тогда не смогли договориться о цене.

Ли Сян: Чем вы руководствовались, когда размещали свои акции в Национальной системе внебиржевой торговли акциями в 2017 году?

Ван Нин: Когда биржа NEEQ только запускалась, ее называли китайской NASDAQ[43]. Меня заинтересовала это идея. Мы как будто раньше начали внедрение акционерной системы, стандартизацию и оптимизацию различных процессов. Это все равно что соблюдать требования для листинговой компании. Как будто у нас появился наставник, который учит управлять компанией нормативными методами.

Ли Сян: После делистинга с Национальной системой внебиржевой торговли акциями мы не стали выбирать рынок акций класса А[44], а вышли на Гонконгскую биржу. Какие были причины?

Ван Нин: К тому времени я уже принял решение. Еще до IPO я был полон решимости превратить Pop Mart в международную компанию. Многие твердили, что на рынке акций класса А наша оценка будет выше. Но нас не интересовали спекуляции. Мы верили в силу рынка: если ты строишь хорошую компанию, как Tencent, рынок все равно даст тебе справедливую цену. Рано или поздно ценность будет признана.

Мы выбрали Гонконг по прагматичным причинам. Листинг в долларах США – это ключ к глобальному рынку. Это упрощает международную экспансию и позволяет нам легко передавать акции иностранным художникам при подписании контрактов. Мы строим глобальную экосистему, и нам нужны инструменты, которые понятны всему миру.

Ли Сян: К тому же вы больше знакомы с инвесторами в гонконгские акции, нежели с американскими, верно?

Ван Нин: Мы никогда не рассматривали американские акции. Возможно, потому, что я не хотел просыпаться посреди ночи, проверяя акции. (Смеется.)

Ли Сян: Значит, вы будете следить за ценой акций после выхода на биржу?

Ван Нин: Лично я не буду, но буду невольно узнавать о том, как идут дела с акциями от других.

Ли Сян: Листинг в Гонконге, должно быть, значительно повлиял на вас? О вас внезапно узнало так много людей, к вам было обращено столько внимания.

Ван Нин: Не знаю, были ли мы самой молодой командой в истории китайского бизнеса, которая с нуля дошла до капитализации в 100 000 000 000 юаней к моменту IPO. Но мы сделали это. Наш листинг пришелся на время, когда отрасль не была в центре внимания, и мы сознательно решили поддерживать эту «невидимость». Мы предпочитали, чтобы за нас говорили наши цифры и наши продукты, а не громкие заявления. История нового китайского бренда, нового поколения молодых предпринимателей, компании, которая к тому же не вела бизнес в интернете, могла бы стать источником вдохновения для многих молодых предпринимателей. Но в то время медиа были настроены к нам негативно, даже демонизировали нас. Это заставило меня поверить в пословицу «известность обременяет человека как ожирение свинью»[45]. Такое внимание привлекло очень много желающих вступить в эту индустрию, что породило большую конкуренцию.

Ли Сян: То есть для вас это было очень напряженное время, когда о вас публиковалось много негативных статей и к тому же обострилась конкуренция?

Ван Нин: Да, но в это время я и добился много. Приходится платить равноценно своим достижениям. По крайней мере, оглядываясь назад, многие говорят, что это было лучшее время, что мы вышли на биржу в самый удачный момент. Я сделал все возможное, чтобы поддержать тех, кто поверил в нас перед IPO.

ПОСЛЕ ЛИСТИНГА ЦЕНА НАШИХ АКЦИЙ ПОЧТИ УДВОИЛАСЬ, ПРИНЕСЯ ИНВЕСТОРАМ ЗНАЧИТЕЛЬНУЮ ПРИБЫЛЬ. БЛАГОДАРЯ ЭТОМУ МЫ НЕ ЧУВСТВУЕМ ТОГО КОЛОССАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ СО СТОРОНЫ АКЦИОНЕРОВ, С КОТОРЫМ СЕГОДНЯ СТАЛКИВАЮТСЯ МНОГИЕ.

Сейчас часто бывает так, что капитализация компании падает ниже объема первоначальных вложений. Это парализует команду. У нас же ситуация иная: мы принесли результат всем, кто с нами работал. В этом и заключается главное преимущество нашего выхода на биржу – мы обрели свободу действовать дальше, сохранив доверие тех, кто был с нами с самого начала

Ли Сян: На самом деле, все дело в настрое. Есть у меня один друг, чья компания изначально планировала выйти на биржу в 2021 году, но не сделала этого из-за изменений в макроэкономической ситуации. Он рад, что они тогда не стали публичной компанией, ведь в этом случае цена акций сейчас была бы под огромным давлением.

Ван Нин: Да, понимаю. Нам повезло выйти на биржу вовремя. Для компании это означает финансовую независимость: у нас достаточно ресурсов, чтобы противостоять любым рискам. В любой момент мы можем быстро привлечь капитал, если это потребуется.

Многие мои друзья, чьи компании остались частными, говорят