мое изумление, когда ноги сами принесли меня к покоям Вианель!

Безумец! Что я ей скажу? Зачем я вообще сюда пришел?

Я сам себя ненавидел за это малодушие, но еще меньше хотел привязываться к ней.

Осознав, что поступаю недальновидно, я шагнул назад. Снова решив сбежать, словно последний трус.

Внезапно дверь распахнулась, и на меня едва не наскочила служанка. Попытка сбежать провалилась. Меня обнаружили!

— ОЙ, простите, вэйр Тарукс! — запричитала женщина. — А госпожи нет. Давайте я поищу ее, а вы подождите здесь Уверена, что она гуляет в саду!

— Ничего не нужно! — буркнул я и снова сбежал, чувствуя себя совершеннейшим болваном.

Я спешил в свои покои и мысленно отчитывал себя за такое мальчишеское поведение.

Столько всего в Мелисмарде требует моего внимания, а я, видите ли, захотел поболтать с иномирянкой!

Внезапно из-за поворота на меня выскочила Вианелы Она бежала, будто за ней гналась стая волков. В глазах ужас, сама бледная.

Со всего размаха жена врезалась в меня, едва не сбив с ног.

Пришлось ловить ее, чтобы мы оба не потеряли равновесия.

— Что так напугало тебя? — с беспокойством я посмотрел ей в глаза. Еще не хватало, чтобы кто-то во дворце угрожал жене лорда, пусть и фиктивной!

Ее сердце билось, будто маленькая пташка в клетке.

И вся она была такой маленькой и хрупкой, а от волос исходил тонкий, едва уловимый аромат. Иномирянка совсем не пользовалась тяжелым парфюмом, она говорила, двигалась и даже мыслила совершенно по-другому.

И вся она была такая хрупкая, что хотелось ее оберегать и защищать.

Но она заговорила про Николаса. Ни жалоб, ни капризов я от нее не услышал. Только забота и желание помочь. Горящий взгляд красноречиво говорил о ее живом уме и огромном сердце.

Я говорил, а сам любовался ею. Понимал, что пора отпустить, но упрямо удерживал ее в своих объятиях, оттягивая тот момент, когда она покинет меня.

Будто это могло помочь.

Ив этот самый момент появилась Хелесия. Я узнал бы ее похотливую улыбку и развратную походку, даже если бы она предстала в образе старухи!

Она стояла, выпятив грудь и призывно глядя на меня.

— Ксан, ты игнорируешь меня, — заявила она и попыталась втиснуться между мной и Вианель.

Иномирянка сразу сникла. Мне хотелось удержать ее во что бы то ни стало. Но перед этим необходимо было навсегда прекратить непозволительное поведение моей бывшей.

Я посмотрел в глаза своей маленькой испуганной пташке.

— Прости за то, что я сейчас скажу, — произнес я.

Вагляд иномирянки потух, будто в момент исчезла вся магия, которая только что была между нами.

Я взял Хелесию за локоток и оттащил в сторонку. Судя по тому, как она довольно заулыбалась, бывшая невеста неправильно истолковал мое поведение.

Она запрокинула голову и улыбнулась, проводя рукой по шее, чтобы привлечь внимание к и без того выдающейся части тела. Ее взгляд с поволокой не выражал ни единой здравой мысли, а говорил только о похоти.

Но пришло время остудить ее жар.

— То, что ты себе позволяешь, совершенно недопустимо в моем доме, — строго сказал я, слегка встряхнув Хелесию, чтобы привести ее в чувство.

Это подействовало. Взгляд стал осмысленным, а улыбка сползла с лица.

— Я — лорд, и я беседую со своей женой, отчеканил я.

— Никто не имеет права встревать посреди нашей беседы!

Хелесия надула и без того пухлые губки.

— Но ты не приходишь ко мне. Не отвечаешь на мои послания, а когда видишь, то отскакиваешь, словно от ядовитой змеи, — обиженно проговорила она.

Как же я был глуп, когда мечтал жениться на этой женщине! Она ведь тупая, словно деревянная болванка!

— Нам не о чем с тобой говорить и совсем нет общих тем. Ты должна была съехать из дворца еще три дня назад, но нагло пользуешься тем, что у меня полно других дел, кроме как заниматься выселением распутной девки!

— Ах, ты Хочешь выставить меня на улицу без денег и с испорченной репутацией! — Хелесия топнула ногой со злости, лицо ее покраснело. — Тогда я всем расскажу, что у тебя подставная жена, которая не имеет права называться герцогиней Гардии!

Как же мне хотелось ударить эту лживую тварь, которая сама растоптала свою репутацию и наплевала на все договоренности, подставив мою сестру и практически лишив ее шанса на спасение! А теперь она имела наглость не просто показаться мне на глаза и смиренно просить милости. Она требовала, и ее алчные запросы росли день ото дня.

Но бить женщин, даже тех, что насквозь пропитаны собственным ядом, я не мог.

— Ты сейчас же пойдешь собирать вещи и переедешь туда, куда тебя отвезет Олин. Если же ты задержишься здесь хоть на мгновение дольше, я вышвырну тебя за ворота в том, в чем ты сюда пришла, спасаясь от облапошившего тебя любовника!

Хелесия шмыгнула носом и убежала прочь.

Я обернулся к Вианель, чтобы успокоить ее и заверить, что больше моя бывшая невеста не доставит нам неприятностей. Но иномирянки уже и след простыл.

Не в силах больше сдерживать в себе ту смесь ярости, разочарования и какой-то беспомощности, я со всей силы ударил кулаком в каменную стену.

Яркие искры разлетелись в разные стороны, а в месте удара осталась выбоина.

Недопустимое поведение для лорда.

Но и сдерживать в себе магию без возможности дать ей выход, было уже нельзя. Без разрядки она может сжечь меня изнутри.

*Вианель*

Какой позор!

Ксаврен предпочел любовницу, и сделала это прямо посреди коридора, по которому то и дело сновали слуги.

— Прости за то, что я сейчас скажу, — сказал он мне и отодвинул в сторону, будто ненужную вещь.

Хелесия уже ничего не стеснялась. Она была, словно кошка в период течки! Ластилась и призывно выгибалась, готовая отдаться Ксану прямо в коридоре.

Смесь отвращения и брезгливости переполнили меня. В ушах зашумело, перед глазами встала пелена, к горлу подкатила тошнота.

Я ничего не слышала, но, к своему сожалению, все еще могла видеть, как Ксаврен взял за плечи Хелесию, слегка встряхнул ее и что-то говорил, приблизившись к ее лицу.

Умом я понимала, что Ксаврен был в своем праве. Если между этой парой такая страсть, то я здесь была совершенно лишней.

Только почему же от этого было так больно?

Слезы застилали глаза

Я была ненужным свидетелем страсти и поспешила уйти.

Пусть Ксаврен сам разбирается