По тропинке, виляющей между мраморными плитами, тихо шли женщины в разноцветных балахонах. Лица их скрывали вуали, движения были неторопливыми и плавными.

Молчаливые служительницы!

Я узнала тех, кто вверг меня в гипнотическое состояние перед свадьбой.

Зачем они здесь?

Старшей жрицы с ними не было.

Увидев женщин, стражник отступил. Все также молча служительницы встали у входа в экипаж, после чего одна из них открыла дверь.

Ничего не подозревающая Риана вышла наружу и оказалась в кольце из служительниц, которые тотчас принялись за свой страшный обряд.

Никто из них не узнал сестру лорда. Да и как узнать, если она выглядела как оборванка, да к тому же не так часто она раньше перед публикой появлялась, никто просто не знал, кто перед ними.

А я оказалась в западне. Я ничего не могла противопоставить гипнозу, который служительницы мастерски наводили на свою жертву. Оставалось только смотреть, как выражение лица Рианы менялось с удивленно-испуганного на равнодушное и совершенно ничего не выражающее.

Смотреть на эти метаморфозы было больно. Собрав все силы в кулак, я решила все же выйти и призвать к ответу кого-то из старших.

И тут я увидела Николаса.

Маг бодрой походкой шел с той же стороны, откуда несколькими минутами ранее пришли служительницы. Я хотела было броситься к нему, чтобы просить о помощи. Но что-то в его взгляде меня заставило остановиться.

*Ксаврен Тарукс*

Моя магия рвалась наружу, жгла в груди, ища выход. Она тянулась к женщине, которой я был не нужен. Я словно был связан по рукам и ногам и жаждал сбросить эти путы.

Я — правитель Мелисмарда и, возможно, единственный здесь человек, который не может жить так, как хочет.

Правила, условности и соглашения сковывали меня, и даже магия не могла помочь.

Поговорить с Вианепь, объясниться — вот, чего я хотел.

Но являться в таком виде к иномирянке было нельзя. Разговор предстоял серьезный, а у меня искры магии с пальцев слетают. Не хватало только напугать ее еще больше.

Не в силах оставаться на месте, я направился к Николасу. Прежде чем о чем-то говорить с Вианель, я хотел знать, какую цену он обещал ей заплатить. Кто ждет ее в том мире, и чего она сама хочет?

Я вошел к учителю без стука.

Мальчишка-помощник неспешно перебирал колбы. Увидев меня, он вздрогнул, побледнел и выронил одну из склянок. Та разлетелась сотнями стеклянных брызг по каменному полу.

Мне стало неловко, что я вот так ворвался и напугал бедолагу. Теперь ему влетит по первое число от грозного мистрелинга. Уж я-то знал, каким учитель может быть строгим.

Я провел левой рукой в воздухе, выпуская магию, а затем сжал ладонь в кулак. Всё, как когда-то учил Николас.

Когда я вновь раскрыл пальцы, в руке лежала только что разбитая колба, а все осколки с пола исчезли. Я протянул склянку парнишке, но он только еще сильнее побледнел, глядя на результат.

— Где мистерлинг? — спросил я.

Помощник осторожно взял разбитую посудину.

— Н-наверное, у вашей сестры, войр Тарукс, — произнес он, низко кланяясь.

Я мотнул головой.

— Маг ушел от Рианы полчаса назад и едва ли стал бы возвращаться так рано. К тому же все это время я был в коридоре недалеко от покоев сестры. Так что мимо меня он бы не смог пройти, — я говорил спокойно, просто рассуждал вслух. Но парнишка, услышав эти слова, побледнел еще сильнее.

— Я тебя ни в чем не обвиняю, — мягко сказал я. - Кайл, кажется?

Он трижды кивнул.

— Просто я ищу Мистерлинга по довольно важному вопросу, - продолжил я.

У парня бегали глаза и мелко дрожали руки, будто он натворил что-то ужасное.

- Кайл? — спросил я, подходя ближе. — Где учитель Николас?

Поведение парня было очень подозрительным.

- Кайл?! — произнес я настойчивее.

Парнишка дернулся и отступил к стене.

— Где мистерлинг? — спросил я.

Неосознанно я добавил в голос магии. От этого звука воздух задрожал, зазвенела посуда, а огонь вспыхнул ярче.

— Вэлорд Картер! — воскликнул Кайл, поднимая руки вверх. — Простите, я не должен вам этого говорить! Я не могу!

Упрямый юнец начинал меня раздражать.

Я уже начал беспокоиться о Николасе. Не затеял ли старик какой-то особо опасный эксперимент?

— В каком смысле? — строго спросил я. - Немедленно отвечай! Я — твой господин, правитель Мелисмарда. И я приказываю тебе ответить со всей честностью: где Николас и почему это такая тайна?

У парнишки начался нервный тик. Он весь задергался и побледнел еще сильнее.

— Сработал датчик магического излучения, — парнишка показал на артефакт, стоящий на столе. Очень сильный, мистерлинг говорил, что давно такого в Мелисмарде не было.

— Магическое излучение? — переспросил я, разглядывая светящийся предмет. — И что это означает?

— Сначала мистерлинг тоже не мог понять, что произошло. Сказал лишь, что у кого-то открылся магический дар. Очень сильный, возможно, один из самых сильных за последние полвека.

Я кивнул.

Событие неординарное. Если артефакт действительно может найти такое излучение, то понятен интерес Николаса. Но вот поведение парня казалось совершенно нелогичным. Он будто неумело пытался скрыть что-то противозаконное.

И это меня насторожило.

— Ты мне врешь?! — высказал догадку я.

На глазах Кайла показались слезы, а губы задрожали.

— Я не смею, вэлорд, — прошептал он, опускаясь на колени.

Казалось, что каждое слово дается ему через боль.

— Связан клятвой? — спросил я.

Парень кивнул и стиснул зубы.

— Я приказываю тебе говорить правду. Властью лорда Мэлисмарда я освобождаю тебя от всех клятв, что ты когда-либо дал моим подданным! — я положил ладонь на плечо Кайла.

Парнишка с благодарностью посмотрел на меня.

— Не прошло и четверти часа после того... как артефакт сработал... мистерлингу пришло сообщение... в трущобах поймали неучтенного подростка-мага, — речь Кайла стала прерывистой, ему будто было нужно много сил на то, чтобы произнести каждую фразу. —Учитель подумал, что эти события связаны... он приказал схватить нарушителя и поехал посмотреть...

— Что в этом такого? — спросил я, все еще не понимая, почему все это было окутано такой тайной.

Но что-то мне подсказывало, что все не так просто. Внутри росла и ширилась тревога

Сначала я думал, что беспокоюсь за Николаса, но это было что-то другое.

— Мага оценят и, возможно, припишут к одной из школ, — начал