области двусмысленности межплеменной войны и особенностей мусульманской культуры, тем более нереалистичными и комичными становились эти «три требования».

Но очень мало давалось конкретных советов о том, что я должен сказать генералу Али, когда мы встретимся. Большинство высокопоставленных чиновников, по-видимому, были заняты другими приготовлениями, инструктировали вышестоящие штабы или, что удивительно для меня, даже возвращались домой. Это была моя обязанность — заставить его работать, как можно быстрее наладить взаимопонимание, и завоевать доверие Али с самого начала. Конечно, нам сообщили, что ЦРУ нас представит, мы познакомимся, и все пойдет как по маслу, но после этого все взгляды будут прикованы ко мне.

Как гласит старая избитая поговорка, у вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление, и это должен был быть мой персональный звездный час. Высокопоставленных сотрудников ЦРУ, с которыми мне нужно было поговорить перед встречей, еще даже не было в Джелалабаде, потому что они, в конце концов, были самыми занятыми людьми Запада в округе. Мне просто нужно было бы это сделать.

Поначалу я решил набросать свое собственное послание, — решение, которое лишь заполнило мою голову дюжиной проблем. Сможет ли Али сделать мне одолжение, и не перебивать, тем более что нам был необходим переводчик с пушту? Примет ли он нас или будет избегать? Что нужно было сказать поначалу? Все, что я буду говорить, должно иметь мощную поддержку США, должно быть прямым и по существу, и должно быть признано подлинно афганским генералом. Самое главное, любая причудливая риторика должна была подкрепляться действиями. Разговоры на поле боя дешевы, и Али знал это лучше, чем все остальные. Одно я знал наверняка: напортачь, Делтон, и с наступлением темноты за тобой прилетит черный «Чинук».

Легендарный черный «Чинук» — это сленговый образ в сообществе спецназа. Если оператор допускает вопиющую ошибку в суждениях или физической работе, то независимо от того, кто он и где он находится в момент такого прокола, таинственный черный вертолет прибудет, чтобы забрать этого человека. Появление черного «Чинука» означает, что сообщество Сил специальных операций больше не нуждается в услугах этого человека. Это был кошмар, о котором в свое время волновался каждый офицер. Сегодня вечером я почти слышал, как его зловещие лопасти рассекают воздух над моей головой.

Я попытался выкроить немного времени для сна, но двойная доза «спида», которую я принял во время долгой поездки, все еще мешала системам моего организма.[71] Предвкушение встречи с Али добавило беспокойства, наряду с небольшой тревогой. Пока остальные ворочались в неглубоком сне на холодном полу, я вытащил свой маленький зеленый блокнот и фонарик и нацарапал еще несколько предложений. Я хотел правильно подобрать слова, подвести итог, донести суть, изобразить уверенность и действовать с ним сообща. Я не хотел выглядеть идиотом перед ЦРУ и генералом Али на нашей самой первой встрече.

Это просто еще одна проверка боеготовности, уговаривал я сам себя, и я должен был чувствовать себя перед Али так же комфортно, как и на брифинге для какой-нибудь второстепенной «шишки», совершающей обычный визит в Подразделение дома.

Я написал, отрепетировал слова в уме, стер, зачеркнул, нацарапал еще несколько слов и снова повторил. Я должен был позаботиться о том, чтобы не превратить «довольно хорошего» противника в «превосходного». Я записал окончательную версию в память, напечатал ее на ноутбуке и отправил по электронной почте на авиабазу Баграм. Сообщение гласило что-то вроде этого:

Сэр, вот основной подход к моим вступительным дискуссиям с Али сегодня утром.

Я подполковник Делтон Фьюри, командир американского подразделения спецназа, посланного сюда моей страной, чтобы помочь вам бороться с силами «Аль-Каиды» и Усамой Бен Ладеном. Мы здесь для того, чтобы сражаться рядом с вами как единая команда с общей целью, стоять рядом с вами, разделять те же трудности и сталкиваться с теми же опасностями, что и ваши храбрые бойцы. Я также послан сюда, чтобы позволить вам и вашим людям получить большую сумму вознаграждения от моей страны, как только миссия будет выполнена. Моя миссия ясна и проста — уничтожить или захватить Бен Ладена. Я не могу и не приму от него никакой условной капитуляции или капитуляции при особых обстоятельствах, — только стопроцентная безоговорочная капитуляция, не подлежащая обсуждению. В случае, если Бен Ладен будет убит, я должен предоставить моей стране доказательства его смерти в виде фотографии, отпечатков пальцев или обеспечения надлежащего сопровождения останков в вышестоящие инстанции. Отказ предоставить нам доступ к останкам может привести к задержке любого дополнительного платежа вам. Опять же, в этом начинании мы — единая команда. Я и мои люди не ищем славы, чести или денег — мы просто ищем Бен Ладена. Мои люди уже готовы, но прежде чем я смогу вывести их на линию фронта, я должен получить ваши полные заверения по трем пунктам. Во-первых, вы должны согласиться присоединить мои силы к вашим и обеспечить взаимную защиту. Во-вторых, чтобы наши люди случайно не перестреляли друг друга, мне нужна помощь пяти ваших храбрых бойцов, которые будут сопровождать нас, когда мы будем выслеживать Бен Ладена в горах Тора-Бора. Мы обеспечим их едой и теплой одеждой, пока они будут с нами. Я вижу, что эти люди имеют решающее значение для нашего успеха, и они, несомненно, заставят вас очень гордиться ими. Наконец, я должен получить ваше абсолютное и честное слово, что, если мои люди подвергнутся нападению, находясь впереди ваших бойцов, вы сделаете все, что в ваших силах, чтобы немедленно направить свои войска и прийти нам на помощь.

КОНЕЦ

ФЬЮРИ

*

Вскоре после нажатия кнопки «Отправить» я услышал, как местные афганцы зашевелились на кухне, готовя утреннюю еду. А мне еще предстояло заснуть. Не очень хорошее начало.

6

Зеленые глаза

Вы, американцы, не сможете выжить в этих горах, сражаясь против «Аль-Каиды», как не смогли это сделать Советы, сражаюсь против нас.

*Генерал Хазрет Али, декабрь 2001 г. *

В любой горячей точке, в которой появляется ЦРУ, — а это, по крайней мере, все горячие точки, через которые проходят американские военные, — их оперативники приносят с собой большие черные вещевые мешки, наполненные свежеотпечатанными стодолларовыми купюрами, аккуратно завернутыми в целлофан. Одна из вещей, которую Управление делает лучше всего, — это покупает друзей.

В конце ноября 2001 года, примерно за неделю до того, как мы впервые оказались в Тора-Бора, ЦРУ решило подружиться с Хазретом Али, влиятельным афганским полевым командиром в этом районе,