С трудом я убедила себя не вмешиваться. Краем глаза заметила, как недовольно поморщился барон.

— Мы и без мальчишки знаем, что маркиз ушёл на север, — напомнил он. — Отпустите его, лорд Нотвуд.

Старик не торопился исполнять просьбу-приказ и всё усиливал хватку костлявых пальцев.

— Как скажете, лорд-командующий, — бросил он, наконец, и в голосе прозвучала издёвка.

Очень тонкая, но ощутимая, чтобы недовольство на лице барона проступило ярче.

— Что находится в Лонгдейле? — лорд Стэнли шагнул вперёд, и Гарет перевёл на него испуганный взгляд.

— Там… там стоит гарнизон. Основной.

— И почему же твой хозяин держит гарнизон не вблизи родового замка? — вкрадчиво поинтересовался барон.

— Он д-держал, но...

Гарет сглотнул и отвёл взгляд, будто собирался солгать — но потом всё же выдохнул правду:

— К югу от Лонгдейла лежат земли виконта Дарема. Раньше лорд Роберт собирался взять в жёны его дочь. Леди Аделин.

— Раньше?

— Помолвку расторгли, — сказала я, помня вечер, когда Роберт получил письмо, в мельчайших деталях. — Известия застали маркиза на пути в обитель. Он тогда пообещал — я слышала — что виконт жестоко поплатится за выказанное пренебрежение.

Гарет быстро закивал, подтверждая мои слова.

— Уж не хочет ли леди Элеонор сказать, что в то время, как его новым землям грозит опасность, Равенхолл отправился сводить счёты с отцом несостоявшейся жены? — маркиз Нотвуд изогнул брови и скривил губы в желчной ухмылке, показывая, что не доверяет моим словам.

А ведь ещё пару дней назад был невероятно мил.

С трудом я удержала замечание, что не все мужчины так умны, как представляется старику. А в случае с Робертом смекалка идёт в конце списка его добродетелей.

— Твои слова легко проверить, — барон Стэнли с прищуром посмотрел на Гарета.

Тот молча кивнул.

— И лучше тебе не лгать. Потому что если ты ведёшь нас в ловушку... — он понизил голос и склонился к мальчишке, — то помни, что угодишь в неё первым.

— Я не обманываю, милорд, — я удивилась, но оруженосец стойко выдержал и его тяжёлый взгляд, и давление.

— Хорошо, коли так.

Барон Стэнли выпрямился и взмахом руки велел стражнику увести Гарета.

— Интересный он человек, маркиз Равенхолл, — сказал задумчиво, посмотрев в спину мальчишке. — Собственный оруженосец готов предать.

— Полагаете, сто́ит хранить верность недостойному человеку до могилы? Только потому, что однажды очутился у него в услужении? — тихо спросила я.

Лорд Стэнли опалил меня таким взглядом, что захотелось тотчас взять слова обратно. Но я не стала. Он командовал войском человека, который бросил вызов королю — своему сюзерену и брату, к слову. Трудно рассуждать о преданности до гроба в таком случае.

— То, что я полагаю, не имеет значения, — отрезал барон.

И на этом разговор был окончен, и в сопровождении Томаса я отправилась к ставшей уже родной повозке. Пока мы шли, я кое над чем думала. Крутилась на краю сознания, то ускользая, то возвращаясь занятная мысль.

— А что случилось с сестрой барона Стэнли? — и потому я спросила. — Той, которая вышла за герцога Блэкстона?

Вопрос заставил Томаса занервничать. Я уловила это по бегающему взгляду и недовольно дёрнувшимся губам. Но я не отступала, и в конце он всё же нехотя ответил.

— Родильная горячка, миледи.

— Как жаль... — искренне произнесла я. — А ребёнок?

Отведённый взгляд Томаса сказал мне всё, что не было произнесено вслух.

— Давно это было?

— Не так уж, — чуть свободнее отозвался он. — Года два назад.

— И что же теперь герцог Блэкстон? По-прежнему вдовец?

Томас очень странно посмотрел на меня.

— Сейчас — да, — пояснил совсем уж немногословно.

— Что это значит?

Я видела, что ему не хотелось это обсуждать, но не отступала.

— После леди Эбигейл, сестры лорда Стэнли, была ещё одна жена. Она тоже умерла.

Какое-то чёрное поветрие...

— Я пойду, миледи. Ещё нужно кое-что сделать.

Мы как раз дошли до повозки, и Томас поспешил сбежать подо лживым предлогом. А я забралась внутрь, укрылась привычно плащом и задумалась.

Следующие три дня не происходило ничего. Мы монотонно двигались, и меня никуда не приглашали: ни утром, ни вечером.

Но на четвертый к повозке явился лично барон Стэнли.

— Приготовьтесь, миледи, — сказал он. — Сегодня мы отправимся в замок Равенхолл.

Уже?..

Глава 34

К такому и впрямь следовало приготовиться. Я попросила Томаса помочь принести из ручья воду, а затем Беатрис под его присмотром нагрела ее в двух котлах. Я наблюдала за ними со стороны и даже чувствовала завистливые покалывания, когда они переглядывались и отчаянно смущались, когда отворачивались, чтобы скрыть румянец, поджимали губы, чтобы ничем не выдать улыбку.

Когда вода достаточно нагрелась, Томас оттащил котлы к берегу в укромное место, а сам поднялся на небольшой холм и повернулся к ручью спиной. С помощью Беатрис я кое-как вымыла волосы и тело. Холодно было жутко, зубы громко стучали, не переставая, и вода остывала за считаные минуты. Но ощущение чистоты стоило каждой секунды неудобств и страданий.

Барон Стэнли сказал, что к замку мы отправимся спустя несколько часов, так что времени мне хватило с запасом. Я надела чистую нижнюю рубашку и почувствовала себя самым счастливым человеком, пусть даже поверх неё легло привычное дорожное платье. Постирать его не было никакой возможности.

Сперва я тревожилась и бросала на Томаса опасливые взгляды, но он стойко охранял нас, не отходя ни на шаг. Однажды мне показалось, что он дёрнулся, ступил чуть вперёд — будто кому-то навстречу — но я не услышала ни чужих голосов, ни посторонних звуков и решила, что всему виной богатое воображение.

Когда барон Стэнли прислал за мной людей во второй раз, даже волосы почти успели высохнуть. Тем более я всё равно покрывала их белой тканью.

— Да хранит тебя Небесная Матерь, — взволнованно прошептала Беатрис, смаргивая слёзы.

Она кусала губу, но старалась не всхлипывать.

Я лишь кивнула и направилась за Томасом.

В отряд, что выдвигался к замку, вошли десять человек, из которых я знала барона Стэнли и неприятного маркиза Нотвуда. Лошади нетерпеливо били землю копытами, мотая шеями и всхрапывая. Одну — особенно красивую, статную — придерживал под уздцы оруженосец барона. На другой, к своему удивлению, я увидела сира Патрика и Гарета — они сидели верхом, а поводья жеребца сжимал кто-то из ближнего круга лорда Стэнли.

— У нас нет женского седла, — заговорил со мной барон, обводя взглядом коней. — Придётся ехать вместе.

— Вместе?..

— На передней луке, боком, — пояснил он.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Но возразить было нечего.

Лорд Стэнли махнул рукой, и оруженосец подвёл гнедого жеребца.