Пока.

— Очень хорошо, — кивнул ему Ричард, и сын засиял ещё ярче.

— А мы теперь пойдём охотиться, отец? Как вы обещали! С сирами Эдриком и Томасом, а ещё нужно непременно взять... — слова неслись из него бурным потоком.

Я слушала, рассеянно улыбаясь, и гладила Элис по рыжим волосам и чувствовала шеей её сладкое сопение.

Ричард посмотрел на меня, словно искал помощи, но я лишь пожала плечами и притворилась, что не поняла. Сын не видел его месяц, вот и спешил рассказать обо всём, что случилось.

— Охотиться пойдём, но сперва я поговорю с твоими наставниками. Ты усердно занимался?

Хорошая попытка, муж, — хмыкнула я.

— Очень усердно! — радостно закивал Эдмунд и вновь полез к отцу.

— Папа! — к нему на руки запросилась и Элис.

С удовольствием передав дочь, я бегло поцеловала Ричарду в щеку.

— Ещё увидимся... — шепнула на прощание и легко ускользнула из кабинета, оставив их втроём.

А что, я же с детьми как-то управляюсь, пока он в разъездах?..

Но уже вечером мы ужинали вдвоём прямо в спальне. Приветственный пир в честь возвращения хозяина пришлось перенести на завтра. Ричард сидел в кресле у камина в одних полотняных штанах, я, завернувшись в плащ на голое тело, удобно устроилась на его коленях. Дрова уютно потрескивали, в спальне было жарко: и натоплено, и из-за нас.

— Меня уже спрашивали про Элис, представляешь? — фыркнул муж через какое-то время.

Из поездки он вернулся с неплохими новостями: в соседних провинциях было спокойно, в столице — тоже тихо. У короля, наконец-то, родились сыновья, вопрос с престолонаследием потерял свою остроту.

— Ей же всего три! — пробурчала я, лениво откинув затылок ему на плечо. — Не раньше восемнадцати, и мне плевать, пусть вся Нормандия считает её старой девой!

Пока я жива, мои дети разменными монетами в их игрищах не будут.

Я очень на это надеялась и собиралась приложить все силы.

— И непременно по любви, да? — поддел меня Ричард, уткнувшись носом в шею. — Как у отца с матерью?..

— Хм... — притворно протянула я. — Ну, не знаю, Ваша светлость...

— Чего же вы не знаете, миледи? Я-то думал, у вас готов ответ на любой вопрос.

— Да как-то не почувствовала всю силу вашей любви, — выдохнула ему в лицо, нагло усмехнувшись. — Показалось даже, что вы и вовсе не скучали.

Пока Ричард несколько оторопело моргал, я рассмеялась и соскочила с его коленей, отбежав в сторону кровати.

И сама не ожидала, что когда-нибудь стану такой: ласковой кошечкой наедине с мужем, которая не боялась ни показать коготки, ни сказать какую-нибудь колкость, потому что чувствовала себя любимой и оберегаемой.

— Элеонор! — прошипел Ричард и вскочил с кресла. — Ну, негодница! Ступайте немедленно сюда, миледи, и не просите потом пощады!

Я вновь рассмеялась, и мой смех ещё долго разносился эхом по спальне, поднимаясь всё выше и выше.

КОНЕЦ.