Мы забаррикадировали вход трупами лоялистов и ящиками с оборудованием.

— Внимание! — крикнул Марк, выглядывая в бойницу. — Вторая волна! Их там десятки!

Я подбежал к главному пульту управления.

— Держите дверь! Мне нужно две минуты!

Я врубил систему внутренней безопасности. На экранах я видел коридор за нашей баррикадой. Он был забит солдатами Вазара. Они готовились к штурму.

— Слишком много, — прошептал я. — Мы их не удержим.

Мой взгляд упал на кнопку управления шлюзами. Сектор 4-Б. Тот самый коридор, где сейчас толпились враги.

— Физика — бессердечная стерва, — усмехнулся я и набрал команду.

Разгерметизация внешнего контура.

Подтвердить? (Y/N)

Я нажал «Y».

На мониторе я увидел, как внешняя стена коридора отстрелилась. Беззвучно. Воздух мгновенно вырвался наружу, увлекая за собой всё, что не было привинчено.

Лоялистов выдернуло в космос, как пыль пылесосом. Я видел, как они машут руками, как их тела кувыркаются в пустоте, ударяясь об обломки обшивки. Секунда — и коридор был чист. Пуст и стерилен.

Я закрыл шлюз и восстановил давление.

— Путь свободен, — холодно констатировал я, чувствуя, как внутри что-то умирает. Я только что убил десяток своих братьев нажатием одной кнопки. — Но ненадолго.

Я вернулся к взлому связи. Антенна дальнего действия. Направить узкий луч на координаты Имперского Дворца.

Соединение установлено.

Передача данных…

Прогресс-бар пополз. Десять процентов… тридцать…

— Давай, родная, — шептал я. — Давай…

Экран мигнул. Полоска загрузки замерла на девяносто девяти процентах.

— Какого чёрта? — я ударил кулаком по консоли.

Вместо символа Империи на главном экране появилось изображение. Вазар.

Он сидел в своём кресле, всё с тем же бокалом вина. И выглядел… скучающим. А ещё немного удивлённым.

— Любопытно, — произнёс он, глядя на меня с экрана. Его голос звучал расслабленно, словно мы болтали за чашкой чая, а не стояли по колено в крови. — У моей отвёртки появились зубы.

— Я не отвёртка, ублюдок, — прорычал я в камеру. — Я твой приговор. Империя уже получает сигнал.

Вазар рассмеялся.

— О, ты про это? — он сделал жест рукой, и на экране появилась схема блокировки. Мой сигнал был перехвачен и изолирован в песочнице локальной сети. — Ты правда думал, что сможешь позвонить папочке Императору с моего корабля без моего ведома? Наивный, маленький 734-й.

Он наклонился к камере, и его глаза полыхнули синим огнём.

— Но ты меня развлёк. Правда. Я думал, вы просто сломаетесь, а вы решили поиграть в героев. Это… мило. Иди ко мне, 734-й. Поднимайся на мостик. Давай посмотрим, насколько ты острый.

Экран погас.

И в этот момент дверь нашей баррикады начала плавиться. Это был не резак. Металл просто тёк, раскаляясь добела, словно воск. Воздух в зале мгновенно нагрелся. Запахло гарью так сильно, что заслезились глаза.

В проёме, ступая по расплавленному металлу, появилась Валериус.

Она была без шлема. Её волосы развевались, хотя ветра не было. Вокруг её тела пульсировала фиолетовая аура пси-энергии. Она даже не несла оружия. Она сама была оружием.

— Огонь! — заорал Марк.

Десять винтовок ударили одновременно.

Валериус лениво подняла руку. Плазменные сгустки замерли в воздухе в метре от её лица, дрожа и гудя, а затем просто растворились, впитавшись в её щит.

— Громко, — поморщилась она.

Она сделала шаг и взмахнула рукой.

Пятерых наших, стоявших в первом ряду, просто разорвало. Их тела вывернуло наизнанку невидимой силой, размазав по стенам кровавым фаршем.

Мы попятились.

— Беги! — Марк схватил меня за плечо и толкнул в сторону, где приметил небольшой узкий лаз вентиляции. — Влад, беги! Ты должен добраться до мостика!

— Я не брошу вас! — заорал я, пытаясь поднять винтовку.

— Ты не сможешь её убить! — Марк ударил меня кулаком в грудь. В его глазах стояли слёзы. — Сделай то, что должен! Найди способ! А мы её задержим!

Он развернулся к Валериус и сорвал с пояса связку гранат.

— Эй, сука! — крикнул он, выдёргивая чеку. — Попробуй это переварить!

Валериус повернула к нему голову. На её лице не было страха, только лёгкое раздражение.

Марк бросился на неё. Остальные клоны, поняв его замысел, ринулись следом, стреляя на ходу, чтобы создать хоть секунду заминки.

Я бросился в сторону. одним движением вырвал тонкую крышку и юркнул в вентиляцию. Протиснуться было довольно сложно, но меня подгоняли вопли злости и отчаяния моих братьев… и я должен был оправдать их доверие.

За моей спиной прогремел взрыв. Грохот, крики, а затем — страшная, давящая тишина.

Выскочив в одном из коридоров, ударил по панели, блокируя люк. Прижался к холодному металлу спиной и сполз на пол. Мои руки тряслись.

Я слышал голос Валериус, приглушённый толстой сталью:

— Беги, мышонок. Лабиринт только начинается.

Я закрыл глаза, сглатывая горький ком в горле. Марк. 550-й. Все они.

Я остался один. Снова.

— Я иду, Вазар, — прошептал я в пустоту, сжимая винтовку. — Пора нам поговорить один на один.

Глава 15

Мостик «Рассветного Странника» всегда был самым тихим местом на корабле. И единственным звуком был успокаивающий гул навигационных систем. Это был храм порядка.

Сейчас это была бойня.

Аварийные лампы заливали палубу пульсирующим багровым светом, превращая лица мертвецов в зловещие маски. Искрила перебитая проводка, сыпала с потолка холодными голубыми искрами, которые шипели, падая в лужи крови. Имперские солдаты — те, кто остался верен присяге, а не безумному богу — лежали грудами искорёженного металла и плоти. Я перешагнул через тело связиста. Его лицо застыло в гримасе ужаса, руки всё ещё сжимали табельный пистолет. Бесполезная игрушка против того, что шло по коридору.

— Внимание всем постам! — заорал я в виз на руке, перекрывая вой сирены. — Удерживать позиции! Не дайте им пройти к центральному ядру!

— Сэр… — голос лейтенанта из третьего отсека тонул в помехах и звуках стрельбы. — Мы не можем их остановить! Оно… Он просто проходит сквозь нас! Наши выстрелы… они останавливаются в воздухе! А-а-а!..

Связь оборвалась влажным хрустом.

Я выругался и ударил кулаком по тактической панели. На голографической схеме корабля красные точки гасли одна за другой. Вазар просто шёл к капитанскому креслу, как хозяин, вернувшийся домой и решивший вымести мусор. Всё это время он находился в своей огромной каюте, и, видимо, с любопытством наблюдая за происходящим. Но теперь решил принять участие лично.

Двери мостика, бронированные плиты толщиной в ладонь, рассчитанные на прямое попадание торпеды, начали выгибаться внутрь. Металл стонал, визжал, лопался, не выдерживая чудовищного давления извне.

— Приготовиться! — скомандовал я остаткам своего отряда, который я успел собрать по пути. Пятеро техников с резаками и трое солдат. Последняя линия обороны.

— Влад… — произнёс один из них.