что зря Нортон мне доверился. Хотя Нортон не выглядел так, как будто мне доверился. Он выглядел так, как будто пытался от меня избавиться. Очень быстро.

Я понятия не имела, чем могла это спровоцировать, но не спрашивать же, чем я его обидела. В конце концов, это стремно, он взрослый дракон мужского пола, а не лялечка, и даже не Рис. Поэтому я делала вид, что ничего не случилось: днем занималась парком, подрядчиками и всеми силами старалась держать нейтралитет с управляющим, который разве что ядом не плевался, когда меня видел. А вечера проводила с детьми и зверинцем, в котором, несмотря на позорное путешествие в зубах Зары, негласным лидером все равно был Арсений.

Глория чувствовала себя значительно лучше: то ли сказывалась близость огненных плантаций, то ли лечение Нортона и всякие там бонусы вроде зелья или варенья из перцев, но приступы у нее прекратились. Поэтому вопрос возвращения девочки на Плион уже не стоял так остро, и все же я собиралась в ближайшее время его поднять. Сначала с детьми, потом с Нортоном: наследникам герцога нужно вернуться в родные земли. Им нужно соответствующее воспитание, а не стая в стиле Маугли (меня), Зары, Зевса и Арсения. В конце концов, им нужны родители!

Но как только я думала о том, чтобы об этом заговорить, меня словно что-то останавливало. И я откладывала. Откладывала. Откладывала и откладывала. На следующий день, а еще лучше на следующий. И на следующий.

И дооткладывалась.

По делам мне приходилось много куда летать, и меня сопровождал Рафаэль, которого с какой-то радости выдали мне в телохранители. Рафаэлю это было не по душе, мне тоже, но таково было условие Нортона по поводу того, что я участвую в модернизации его парка.

Вот и на очередную встречу меня тоже сопровождал он: я встречалась с подрядчиком, который должен был работать над многоуровневым огненным рестораном. Обычно я встречалась на нейтральной территории, потому что сюда редко кто добирался, и исключительно для того, чтобы посмотреть на парк и оценить фронт работ. Ну и, разумеется, первые встречи я старалась проводить в городе, чтобы уже самой оценить того или тех, с кем мне предстоит сотрудничать.

Поэтому я немного опешила, когда перед заказанной для наших переговоров второй стороной ВИП-ложей обнаружила охрану.

— Вас уже ждут, — произнес один из широкоплечих парней в костюме, напоминавших о классических телохранителях из нашего мира. Сказал он это таким тоном, как будто я опоздала на полчаса. В лучшем случае.

— Хорошо, — я привыкла к переговорам самого разного уровня, поэтому только кивнула. — Рафаэль…

— Ваш сопровождающий останется здесь. Мы проследим за тем, чтобы к вам никто не вошел.

— Это звучит устрашающе, знаете ли, — хмыкнула я. — Ладно, Рафаэль, подожди меня здесь.

Тем более что символическая шторка, отделяющая ВИП-ложу от коридора была и правда символической. Не жрать же меня там будут, честное слово. Я отодвинула ее и шагнула в просторную комнату. Стоявший ко мне спиной мужчина повернулся, и я вытаращилась на него, по ощущениям, как Арсений на лакомство из зоомагазина. Потому что он был как две капли воды похож на Нортона. С поправкой на возраст.

4.6 Нортон

С глаз долой — из сердца вон. Так говорят на Земле, и именно так я собирался поступить с Алисой. Что делать с собственным сердцем, когда из него словно раскаленными щипцами вытаскивали все теплые чувства и память о том, кто делал тебя счастливым, почему-то земляне умалчивали. Возможно, подразумевалось, что ты просто продолжишь свое бренное существование.

Наверное, меня кто-то проклял при рождении. Как еще объяснить, что две женщины, которых я действительно любил (я не настолько идиот, чтобы не понимать, что в отношении Кати, а затем Алисы, это было больше чем симпатия), оказывались не для меня. В смысле, находиться рядом со мной им было небезопасно, я сам все разрушал.

Поэтому чем ближе Алиса ко мне, тем выше риск, что я не просто все испорчу, я могу подвергнуть ее опасности. Как уже подверг опасности сначала порталом в Открытые миры, а затем «знакомством» с гидрами. Как бы мне ни хотелось быть эгоистом, как бы ни хотелось, чтобы она осталась со мной, мелкий драконеныш Рис был прав: я должен был позаботиться прежде всего о ней. Тем более что у Алисы оказался просто невероятный организаторский талант.

Я больше занимался перцами, чем парком аттракционов — он требовал больше вложений, но пока приносил меньше. Честно, у меня до него руки не доходили! Зато дошла Алиса. Я видел, как горят ее глаза, как ей нравится все там менять. Ее предложения по реновации и дополнению были великолепными — как я сам до этого не додумался? Алисе это нравилось, и мы бы могли стать командой…

Это была самая опасная мысль. Как только я ее допустил, тут же разозлился и запретил Алисе что-либо делать. А затем все разрешил!

Меня шатало из стороны в сторону, потому что мне хотелось немедленно открыть ей портал на Плион сразу из своего поместья, а в следующую минуту упасть перед ней на колени и просить никогда меня не покидать. Но я не сделал ни того, ни другого: открытие портала на Плион все еще грозило мне как минимум пожизненным заключением, а всего остального Алиса наверняка бы не поняла, учитывая, как отвратительно я вел себя с ней в последнее время.

Разум подсказывал, если я отправлю ее к Кириану, то, возможно, когда-нибудь станет легче. С Катей же получилось именно так. Но глупый орган, именуемый сердцем, напоминал, что Катю я забыл только рядом с Алисой. Даже не забыл, практически не вспоминал, потому что девочка-огонь затмила всех и вся. Но…

Как я еще понял, что окончательно попал и пропал? Когда осознал, что счастье Алисы, ее благополучие и безопасность значат для меня больше собственных. Поэтому достаточно быстро принял непростое для себя решение по поводу «с глаз долой». Помимо моих терзаний, открытым оставался один вопрос: как доставить на Плион Алису с мелкими, не подставившись самому. Мне нужна была чья-то помощь, и я обратился к тому, кто обладал достаточной властью, чтобы помочь.

— Я согласен на сделку, — сказал я вместо приветствия, когда прилетел на встречу с Эр-Астором.

Мы встречались в то же время и в том же месте, в одном из ресторанов его сети отелей.

На мое заявление герцог