брать тебя живым. Наверное, хочет лично посмотреть, как ты испустишь последний дух на плахе. Если тебе дорога эта девушка, ты знаешь, где меня искать. Если нет… Ее приговор, как соучастницы преступника и похитителя детей, будет на твоей совести. Но тебе ведь не привыкать?

Видео закончилось, и артефакт все-таки влетел в стену. Разлетелся на мелкие осколки.

В нишу заглянул виноватый и напуганный Рафаэль:

— Лорд Нортон, я не знал…

— Забудь, — прорычал на него я. Как бы мне не хотелось выместить собственное злое разочарование на планшете или на помощнике, или еще на ком-то, кто подвернется под руку, это все было бессмысленно.

Гартиан Эрланд даже послание заранее записал, предполагая такой расклад. Уверен, у него их было несколько: по варианту на каждое развитие событий. А еще отец, скорее всего, предложил Алисе сделку — это в его стиле. Но она отказалась.

Лучше бы ты согласилась, моя огненная девочка. Сказала бы старику «да», а затем пришла ко мне.

Последний раз я чувствовал такую злость и отчаяние, когда Катя умирала на моих руках, а я не мог ничего сделать, чтобы ей помочь. Чтобы это остановить. Алиса была жива, но в лапах Гартиана, который даже своего единственного сына не пощадил. Какое ему дело до иномирянки без лицензии?

— Возвращаемся в особняк, — приказал я Рафаэлю.

А после…

Оказавшись в своем кабинете, я сдавил виски пальцами. Мозгами я понимал, что это ловушка: Гартиан даже не скрывал, что оставил для меня мышеловку приоткрытой. Хотя в моем случае — драконий капкан. И приманку приготовил хорошую.

Уверен, отец даже не представляет, насколько хорошую.

Не знаю, сколько я просидел в кресле. Очнулся только когда заметил, что дом накрыла ночь, и на небе вспыхнули звезды. Мне бы сейчас любоваться ими вместе с Алисой, а не вот это вот все. Но время с Алисой я упустил. Вместо того, чтобы быть с ней, видеться с ней как можно больше, я избегал ее. Чтобы что? Чтобы сейчас не чувствовать этой боли? Так это самая сладкая боль на свете. А теперь у меня, по сути, нет выбора. Вернее, передо мной он даже не стоит: остаться или идти за ней.

Я не могу оставить Алису, даже если Гартиан блефует.

Я просто не могу ее бросить.

Как не могу бросить мерзкую малышню: о них слишком многим известно, а после предательства Феодоры я уже никому не могу доверять. Поэтому я без церемоний вошел к ним в комнату и объявил:

— Вы возвращаетесь домой!

Игравшая с Арсением девочка подскочила на кровати и уставилась на меня огромными, словно бездонные озера, глазищами. А вот Рис поднялся из кресла и упер руки в бока.

— Что это значит? Где Алиса?

— Гостит у моего отца, — скривился я.

— Мы не уйдем, не попрощавшись! — Как ни странно, это произнесла Глория, а не ее брат.

— Вы с ней увидитесь, — пообещал я. — Совсем скоро. На Плионе. Так, не злите меня! Быстро собрались, мы идем порталом.

— Глория не готова… — попытался встать в позу мелкий засранец, но я его перебил:

— Если хочет увидеться с Алисой, лучше ей быть готовой и поторопиться!

Рис внезапно побледнел:

— Что ты натворил, Нортон?

— Не твое драконье дело! — огрызнулся я. — Что бы ни натворил, я это исправлю, а ваше дело мне в этом помочь.

— Мы никуда не пойдем, пока не расскажешь, что делать, — мелкая выпятила губу вперед и сложила руки на груди. — Хоть бросай нас в портал!

— А я брошу, — пообещал я и понял, что дети на самом деле могут помочь моей огненной девочке. — Алиса в беде, мелкие. Ее похитили, чтобы выманить меня. Мне нельзя на Плион, потому что я в розыске за плохие дела, но если явлюсь с повинной, Алису отпустят.

— И ты просто так им сдашься? — Рис даже рот открыл от удивления.

— Хотелось бы сложно, но тогда я подставлю Алису.

Глория соскочила с кровати и бросилась на меня. Я сначала решил, что девочка хочет меня поколотить, но она всего лишь врезалась в меня и обняла за ноги.

— Не надо, Нортон, — попросила она. — Алиса тебя любит! И мы тоже!

— Говори за себя! — возмутился ее брат, а я почувствовал себя странно. Потому что эти мелкие засранцы каким-то странным и незаметным способом умудрились проникнуть ко мне в душу и уже не казались обузой, как в самом начале.

— У меня есть план, — сказал я, — но для этого понадобится ваша помощь.

— Все, что угодно, — пообещала Глория.

— Что надо делать? — спросил более подозрительный Рис.

4.9 Нортон

Мой план не был идеальным, и я понимал, что при любом раскладе меня арестуют. Остаться на свободе я мог, только оставшись на Фейре и бросив даже думать о попытках вызволить Алису. Но я и так своим побегом выторговал у судьбы несколько лет, чтобы наконец встретить ту, что меня спасет. Короткое время рядом с моей огненной девочкой почему-то виделось особенно ярко, словно все эти годы на Фейре были совершенно незначимыми, прелюдией к встрече с ней. Алиса позволила мне почувствовать себя живым и свободным. Все о чем я жалел — это о том, насколько бездарно потратил наше время на попытки доказать себе и ей, что притяжение между нами — нечто неважное и незначительное, а не подарок судьбы.

Я больше не собирался обманываться или тянуть, поэтому, объяснив мелким дракошкам, что от них требуется, и, прихватив с собой корзину с перцами, я открыл портал.

Естественно, я не собирался идти сразу к отцу — он рассчитывал именно на это. Являться в офис Межмирового бюро или к стражам правопорядка тем более не входило в мои планы — не вариант для того, кто убил будущую королеву, слишком мелко. Я провел нашу маленькую процессию сразу к тому, кто имел самый большой авторитет на Плионе. К королю Кириану Третьему.

В прошлом мы были лучшими друзьями. Но потом между нами пробежала одна драконесса. Назло ей я притащил с Земли Катю. Думал, хорошая шутка, но Катя почти сразу поселилась в наших сердцах. Только в итоге выбрала он Кириана.

Портал привел нас в королевский кабинет. У меня была настройка на самого Кириана, поэтому «выйти»