как сделавшего кучу в неположенном месте Арсения, но пофиг мне не было. И это разом спустило все воодушевление по поводу первого рабочего дня в унитаз имени драконьего высокомерия.

— Можешь принять душ, я освобожусь и подойду, — передразнила я тон Нортона. — Сам принимай свой душ!

Я развернулась и направилась в комнату к Рису и Глории. Надо будет обсудить с ними технику безопасности. И узнать, как себя чувствует малышка. Когда я улетала утром, ей было лучше, но я все равно переживала. Не могла не переживать.

Вот только распахнув дверь, я не ожидала увидеть того, что увидела: в комнате все было перевернуто вверх дном, на кровати лежали те самые «страшные» крылатые собаки, сейчас выглядевшие абсолютно не страшно. На одной из них спал Арсений, рядом со второй сидел Рис и гладил огромную большую голову пса. Тот явно балдел, то и дело подергивая задней лапой, когда «массаж» становился слишком интенсивным.

— Ой, Алиса пришла! — крикнула Глория. И бросилась меня обнимать.

4.4 Нортон

В свете новых фактов я решил перестраховаться и усилить охрану особняка и плантаций. Не сказать, чтобы раньше я был беспечен, и у меня не было врагов. На пути к вершине с чем только не приходилось сталкиваться. И с кем тоже. Тот же Эр-Астор, которого я всегда учитывал во всех переменных, прекрасно понимая, что пока между нами перемирие, но в любой момент герцог может объявить мне войну. Почему-то я всегда думал, что первый удар прилетит именно от него, но снова недооценил женские обиды.

Со своей наивностью я расстался в тот момент, когда связался со Смиррой, но мне казалось, что я держу руку на пульсе, не давая никаких авансов Феодоре. Я ей ничего не обещал, но выяснилось, что даже обещания не нужны, если женщина мысленно тебя присвоила. Враг в лице Эр-Астора был в сотни раз лучше, потому что я знал, что от него ожидать. Что ждать от Феодоры, могла сказать только она.

Мое поместье и так напоминало неприступную крепость, но сегодня я влил дикое количество магии в охранные заклинания и многочисленные ловушки. Даже если бы сюда явился сам король Кириан со своим драконьим войском, вряд ли у него получилось бы пробиться внутрь. К счастью, Дора не знала, кто я на самом деле — здесь, на Фейре, я тщательно скрывал свою личность, иначе бы отправилась прямиком к властям Плиона.

Когда я закончил с защитой, проверив и перепроверив все раз десять, то удовлетворенно потянулся. Я дико устал, но эта усталость того стоила: теперь мои перцы и Алиса в безопасности. Или сначала Алиса, а затем перцы. С каких пор эта девочка из другого мира стала главной в моей жизни? Сокровищем, которое мне жизненно необходимо было защищать? О которой мне нужно было заботиться. К которой я спешил, как сейчас, желая увидеть ее, прижать к себе и никогда не отпускать. Пусть даже уже поздно, и скорее всего Алиса уснула, так меня и не дождавшись. Ничего, я приду и укрою ее своими крыльями, украду поцелуй…

Мечты о спящей Алисе развеялись пеплом, когда я вернулся в свою спальню и обнаружил застеленную постель. Я инстинктивно принюхался и понял, что ее аромат почти выветрился: последний раз иномирянка была здесь утром. Перед глазами тут же потемнело. Впервые за много лет мне стало действительно страшно.

Я сорвался по следу аромата Алисы, действуя на драконьих инстинктах. Мозгом понимал, что она не может никуда деться с закрытой территории, охрану которой я сегодня многократно усилил, но все равно не мог ничего поделать со своей паникой. Вдруг я где-то ошибся с кулоном, и Алиса попала в ловушку! Но ее след привел меня в комнату мелких мошенников. Распахнув дверь, я понял, что Алиса действительно в ловушке.

В ловушке мягких лап и объятий.

На одной постели смешались все: Зевс, Зара, Арсений, драконята и она. Моя прекрасная иномирянка спала в одежде прямо на покрывале и во сне обнимала светловолосую малышку. Я едва не отшатнулся от пронзившей меня словно молния мысли, что так могла бы выглядеть наша с ней дочь. С белыми, льняными волосами, трогательно прижимающаяся к матери.

Я с силой тряхнул головой, чтобы избавиться от этой ассоциации, но, как говорят на земле, осадок все равно остался. Уже одно то, что я представил себе семью с Алисой, говорит о том, что все зашло слишком далеко. Я не могу позволить себе семью. Это опасно. Это недальновидно. Это означает подставить мою иномирянку. Но отпустить ее? Даже от подобных размышлений хотелось рычать драконом!

У тебя не может быть семьи и детей. Ты проклят.

Я знаю, но это не мешает мне позволять себе думать, как это могло бы быть.

Мечтай-мечтай.

— У тебя такой вид, словно ты пришел убивать, — перебил мою мысленную беседу с самим собой вредный драконенок.

Мальчишка, оказывается, проснулся и наблюдал за мной. Из любопытного — проснулся только он, даже две массивные фигуры мату не пошевелились, но их можно было понять, для них спать рядом со своей стаей естественно. Другое дело, что они приняли мелких мошенников, Алису и ее лохматого питомца за своих. Наглые изменщики!

— Если бы я хотел вас убить, давно бы это сделал, — ответил я. Зевс и Зара отреагировали на мой голос, начали копошиться, но я приказал им: — Лежать.

Рис как раз устроился на боку Зевса, как на подушке, а сейчас и вовсе вольготно закинул руки за голову.

— Не сделаешь, — бросил он, с вызовом глядя мне в глаза. — Ты влюбился по самые перцы!

Влюбился?! По самые перцы?! Не смешно.

— Считаешь себя неприкосновенным? — прошипел я. Повышать голос было чревато тем, что я мог потревожить девочек.

— Разве это не так? — хмыкнул мальчишка. — Пока Алиса рядом, я под защитой.

— Ты не всегда будешь под ее защитой.

— Ну да, потом нас отправят к королю Плиона, и я сделаю все, чтобы она, — он кивнул на мою иномирянку, — отправилась с нами.

Ярость дракона поразила даже меня. Она поднялась гигантской волной и затопила меня целиком.

— Кто сказал, что я ее отпущу?

— А что ей делать рядом с тобой? На Плионе ее ждет нормальная жизнь, безоблачное будущее, а не заключение в крепости преступника, которого рано или поздно ждет бесславный конец. Тебя